поймет, для чего я сделала это… Обязательно поймет и не осудит…
Не могу я ставить свои интересы выше здравого смысла… Любовь, влечение, планы… Плевать на все это, если нам двоим угрожает опасность. И правду ему говорить — такой себе план… Давид молодой, порывистый мужчина. Избалованный, привыкший получать желаемое… И пока он хочет меня… Вопреки опасности и препятствиям. Вопреки всему…
Конечно, расстаться со мной добровольно он не захочет. Пойдет напролом, наломает дров…
А я жить хочу… Спокойно и… Нет, счастливо я вряд ли смогу. Но спокойно — меня тоже устроит.
— Анатолий Сергеевич, я возьму отпуск. Мне нужно уехать, понимаете?
— Дома проблемы, Алин? Побитая ходишь, заплаканная… Прости, что лезу, но… — вздыхает он, покручивая в руках ручку.
— Да. Отпустите. Мне нужно их решить.
— Хорошо, дорогая. Пиши заявление. Завтра тогда может отчаливать… Удачи тебе.
Хороший он мужик, правильный… И Божедомку нашу любит.
Вылетаю из его кабинета и спешу позвонить дедуле. Закрываю дверь ординаторской и приваливаюсь к подоконнику.
За окном осень… Монотонно бьет по отливам дождь, желтеет трава, деревья словно в молитве тянут черные ветви к небу… Невыносимо грустно… Одиноко, горько, холодно… Понимаю, что сделала все правильно, и не могу отпустить его… Люблю до чертиков. Люблю Даву…
— Дедулечка, привет, родной.
— Алинка моя, привет. Не грустишь там?
— Ну… Есть немного. Я в отпуск ушла. Собираюсь к тебе приехать, погостить. Пустишь?
— Охо-хо. Вот это новости. Конечно. Что-то стряслось?
— Нет. Или да… Разводиться собираюсь. Поеду сначала в Москву, к адвокату. А оттуда уже к тебе.
— Слава богу. Я рад, внучка. Давно пора избавиться от этих узурпаторов. Пусть дом себе оставляют, а остальное… Надеюсь, адвокат найдет способы тебе помочь. И даже если нет, то… Ничего страшного, проживем. Продала завод?
— Да. Новый директор уже приступил к работе. Деньги получу в конце месяца, когда юристы закончат с оформлением документов. Половина будет на счетах Егора, будь он неладен…
— Черт, как же так? Ладно, дочка, занимайся. Я жду тебя, милая.
Квартиру я… почти нашла. Василиса договорилась с хозяином, я могу прямо сегодня въехать. Правда, никакой утвари в ней нет — посуды, постельного белья. Но это меня не печалит — до отъезда в Москву я успею обзавестись всем необходимым.
— Васька, я готова, — вздыхаю в динамик. — Чемоданы в багажнике, я в отпуске.
— Отлично, моя девочка. Заезжай за ключами, договор я приготовила. Оплатишь и… Можешь наслаждаться одиночеством.
Если бы только им можно было наслаждаться… Еду к Василисе в офис, поглядывая на экран смартфона. Расплываюсь в улыбке, видя отправленную дедушкой фотку.
«Ждем с Байкалом нашу девочку».
Сдал он сильно… И пес старый, почти слепой… Господи, они ведь все, что у меня есть… Только дедуле я нужна. Давид больше ничего не писал… Надеюсь, что смирился с моим решением. Отпустил… А скоро и забудет.
— Привет, Василиса. Я готова, — выпаливаю, врываясь к ней в офис. Риелторы поднимают головы, поздоровавшись со мной.
— Как ты, детка? Все норм или…
— Терпимо все, Вась. Я… рассталась с Давидом, выгнала его сегодня… — сглатываю, отводя взор и сосредоточиваясь на бумагах.
— Правильно сделала. Я слышала, что отец его жены приезжает сюда. Хочет поздравить зятя с приобретением завода. Как вы ни старались утаить от общественности факт продажи, а они…
— Господи… Какая я молодец, что обезопасила нас. Я завтра улетаю в Москву. А потом проведаю дедушку.
— Ну и молодец. Держи ключи, Алин. Надеюсь, успеешь устроиться до отъезда.
— Постараюсь.
Ваське не терпится расспросить меня о Давиде, но я выдумываю причину поскорее убежать… Не хочу плакать при ней. Я весь день терпела… Оперировала людей, отбрасывая дурные мысли. Сосредоточивалась на ответственности за человеческую жизнь и здоровье. Убеждала себя, что нужна… Я приношу пользу, значит, нужна людям?
Добираюсь до квартиры быстро. Вытаскиваю чемодан из багажника и поднимаюсь в квартиру. Здесь пахнет чистотой и новой мебелью. Приветливо гудит холодильник, от порывов ветра шелестят жалюзи. Сбрасываю обувь и прохожу в кухню… Пусто, одиноко… Даже чашки нет, чтобы выпить воды…
Опускаюсь на табурет и закрываю лицо ладонями… Ощущение, будто я умерла. Снова… Почему смерти всегда предшествует любовь? Она вспыхивает в сердце, а потом сжигает его дотла… Ничего, кроме черного, зловонного пепла не остается… Горечь, яд, разочарование…
Опустошение — пожалуй, его сейчас больше… И дичайшее одиночество…
Мне слишком знакомы эти чувства, чтобы удивляться. Я все это уже переживала. Значит, скоро все пройдет… Сердце наспех зарубцуется, а я научусь видеть красоту вокруг…
А пока… Стираю с щек жгучие слезы, глядя на свинцовые, повисшие над городом тучи…
Глава 37
Алина.
Мне жизненно необходимо отвлечься… Стряхнуть с себя уныние и найти силы жить дальше. Папа бы меня осудил… Человеком он был сильным и смелым, надежным и верным… И он считал уныние одним из тяжких грехов, не позволял себе раскисать.
И у меня нет причин для грусти… Мы с Давидом были вместе… всего ничего… Я и влюбиться в него толком не успела. Безусловно, он хорош в постели. И обаяния у него не занимать, ума, обходительности…
И цинизма в нем тоже немало… Так что… Остается жить дальше. Дышать, что-то есть, думать, улыбаться, работать…
Ничего не случилось. Я здорова, умна и вполне красива… Даже такой красавчик, как Галеев на меня клюнул, мне ли унывать?
Отрываюсь от городского пейзажа и завариваю чай… В животе урчит от голода. Заказываю кое-что из еды, полотенца, посуду, заварочный чайник… Собираю вещи в рюкзак и покупаю билет в Москву. Марков не назначил мне конкретного времени. Он крутой адвокат, за ним бегают… О Маркове ходят легенды… Многие стоят в очереди неделями. Не могут попасть к нему, караулят возле залов суда… В общем, ищут любой повод, чтобы всучить свое дело… Знаете, я готова выдержать все, чтобы он мне помог. Если надо, буду ночевать на коврике возле его офиса…
Хотя… Я уверена, что потенциальные клиенты притащили туда лавочки.
Ну, разве это справедливо? Людей много, а Марков такой один?
Проверяю смартфон в надежде, что Давид мне напишет, но… Нет. Ни словечка не написал, сдался без боя… Слепо поверил в мои слова, отпустил…
Раскладываю вещи в шкаф, прибираюсь… Чтобы окончательно вытравить дурные мысли из головы, включаю музыку.
Мелочи для уюта ненадолго поднимают настроение. Ем на ходу, собираю пустые контейнеры в пакет, ставлю его возле входа… Даже мусор за мной некому вынести. Вот, до чего я дожила… Господи, как же хорошо, что всего этого не видит папа… Он бы
