не выдержал… Закопал Егора, вытряс из него дурь, заставил меня отпустить или… полюбить… Стоит подумать о бывшем, он звонит.
Медлю, не решаясь ответить.
— Да, — протягиваю сухо.
— Милая женушка, а куда ты делась? Не надоело жить в гостинице?
— Не твое дело. Что ты хотел?
— Аль, прости меня… Знаешь, я ведь после покушения, многое пересмотрел. Мне нужна ты для счастья. Я хочу, чтобы все было как раньше. Я, ты и наш дом…
— Ты знаешь, кто хотел тебя убить?
— Нет. Не все ли равно теперь? Аль, я никому тебя не отдам. И сосунку этому богатенькому тоже… Он уже кинул тебя, да? Бросил? Отказался? Ну понятно…
— Что тебе понятно? Егор, я не люблю тебя больше, тебе ясно?
Произношу эти страшные слова, испытывая освобождение. Я. Не. Люблю. Мужа… Не люблю его больше… Да разве мои чувства к нему можно назвать любовью? Больная одержимость, дурость, каприз…
Зря отец запрещал мне с ним встречаться. Со всеми парнями… Он боялся, что меня используют, обидят… Хватался за сердце, когда я возвращалась домой с прогулок или студенческих вечеринок… Названивал мне и Ваське, искал по всему городу… Тогда это раздражало, а теперь… Я безумно жалею, что не уберегла папу. По-детски считала его запреты глупыми и жестокими… И бегала, бегала на свидания…
— Алина, давай попробуем родить малыша? Мне никто не нужен, честно… Я расстался со всеми. Анфисы нет, Ани тоже… Никого.
Еще и Аня какая-то… Плевать мне на его баб, на все плевать…
— Алька, я договорюсь с самыми лучшими клиниками, тебя вылечат, детка, и…
— Хватит, Егор. Если любишь, оставь в покое Давида.
— Я его не трогаю, но… Жизни ему не будет, если посмеет приблизиться к тебе. Тут даже не во мне дело, детка. Его тесть не позволит ему уйти от дочери. Так что ты не рассчитывай особо.
— Хорошо, ты меня любишь, да?
— Да, милая. И я жду тебя дома.
— Верни мне мое имущество. Соверши мужской поступок.
— Не могу. Я тоже многое в него вложил.
— Ты показал всю силу своей любви. Разговаривать нам больше не о чем. Егор, я развожусь с тобой. Сейчас я делаю все, чтобы признать наш договор ничтожным и кабальным.
— Ничего у тебя не получится. Ты обращалась к херовой туче адвокатов, ничего не вышло. Хватит ломать комедию, жду тебя дома.
— Я не приду домой больше. И я не шучу. Встретимся в суде, Егор.
— Вот так серьезно все? — хмыкает он. — Не пожалеешь?
— Нет. Пока, Егор. Не звони мне больше, если никто не умрет или…
Он сбрасывает звонок первым, а я впервые за долгое время облегченно вздыхаю… Назад пути нет. Пора собираться в аэропорт. Сначала еду к Маркову, а оттуда полечу к дедуле…
Глава 38
Алина.
— Женщина, куда вы претесь? Здесь таких, как вы… Сами посмотрите, — цедит сквозь зубы сидящий возле двери в зал суда мужик.
Вид у него неопрятный, помятый… Сомневаюсь, что у него хватит средств оплатить услуги Маркова.
Мне хватило ума найти в интернете форумы, содержащие советы тех, кто хочет попасть к Маркову… Или уже является его клиентом…
Александр падкий на женскую красоту и одежду белого цвета в любое время года… И духи он предпочитает определенной марки. Его от них «торкает» — именно так описала одна девушка эмоции Александра Евгеньевича… Странно, что ее скромное замечание осталось без ответов… Оно просто потерялось среди тонны других…
Там советовали куда более простые методы — запугать его, подкараулить у машины или квартиры…
Все это мне не подходило, поэтому я наивно воспользовалась советом одеться в белое и надушиться…
Купила духи в дьюти-фри, заказала белый, брючный костюм на сайте дорогого, московского салона женской одежды…
Я буду ходить к нему каждый день, караулить возле зданий суда… Благо, его участие в заседаниях можно увидеть на сайте…
— Расходились тут… Полы помыть не дают. Валите все отсюда, — орет толстая женщина с большим, пластмассовым ведром в руках.
Я даже в туалет боюсь отлучиться… Пью воду из бутылки, жую протеиновые батончики, не сводя взгляда с массивных, деревянных дверей зала суда…
Они распахнутся, и на Маркова накинутся жаждущие его помощи люди… Я не смогу так… Точно не смогу… Лезть в душу, умолять… Нет, я готова просить его, платить готова… Пусть только скажет, как мне добиться его расположения?
Из зала доносятся голоса, скрип сидений… Наверное, секретарь суда объявил перерыв, или осужденному вынесли приговор? Все закончилось?
На лавке сидят родственники обвиняемого. По коридору снуют люди, пришедшие сюда за благосклонностью Маркова. Свидетели были, но дали показания два часа назад…
Ноги гудят от усталости, перед глазами мелькают черные мушки… Воздуха не хватает. Только не сейчас, Господи… Дай мне сил все это выдержать.
В ушах закладывает, когда двери с треском распахиваются, и оттуда вываливается толпа. Родственники пострадавшей, прокурор, зеваки, адвокаты-стажеры с папками в руках…
— Отвалите, я не беру новых дел, — кричит мужчина, облепленный толпой. — Маша, вызови охрану, нам не дают пройти.
Я не вижу его, слышу одни лишь голос…
Ступаю ближе, неуверенно взмахивая ладонью… Не могу как они, не получится… Но я хотя бы попытаюсь привлечь его внимание.
— Три миллиона! Я дам вам столько, помогите мне…
Все будто в неразличимое пятно сливается… Во рту сухо, в груди печет… Я пить хочу, есть, присесть хоть ненадолго…
Темнота будто поглощает меня… Последнее, что я вижу — бежевая стена казенного коридора и склонившиеся надо мной лица…
— Женщина, вы меня видите?
А это, кажется, врач… Тычет мне в нос ватный тампон, пропитанный нашатырным спиртом.
— Вижу… Что со мной?
— Обморок. Скорее всего, от переутомления… Поедем в больницу? Давление мне ваше не нравится. Высоковатое… Вы не беременны? Хорошо, люди догадались вызвать скорую.
— Нет. Я не могу иметь детей.
— Предлагаю госпитализацию. Не могу я вас отпустить в никуда… Пульс частит, давление высокое. Первый день последних месячных помните?
Мучительно напрягаю память, понимая, что в этом месяце менструации не было… А у меня было слишком много других проблем, чтобы вспомнить об этом.
— Я… Я не помню.
— Милая, это вы мне три ляма предлагали?
Надо же, Марков… Я его сразу и не заметила… Рядом с ним рыжеволосая девушка в больших очках и клетчатом пиджаке…
— Я… Простите, обморок настоящий. Я не планировала падать к вашим ногам.
— Я не смог уйти… Ваши духи… И эффектное падение… Никто еще так не просил меня о помощи. Она вам точно нужна?
— Погодите, мужчина. Я уговариваю ее поехать
