рот поцелуем. Теперь уже скользил сам, поддерживая тот же темп, что заставлял её трепетать от наслаждения.
Она не знала, куда деть руки, поэтому отчаянно цеплялась за его шею и мычала ему в рот, словно подсказывая, что вот-вот разлетится на миллион микроскопических осколков.
И это случилось. Ева вскрикнула, и бешеное цунами экстаза накрыло с головой. Все импульсы в мозгу перепутались, и тело охватила неконтролируемая дрожь. Влад замедлился, позволяя ей насладиться каждой секундой блаженства, а когда стала приходить в себя, шепнул:
— Хочу трахнуть твой ротик, кошечка. По-настоящему, грубо. Позволишь?
Она очумела настолько, что согласилась. Сползла вниз по его телу, лаская губами всё, что попадалось. Больше всего её влекли чётко очерченные грудные мышцы, разверстая тигриная пасть и детально проработанные кубики пресса. Ева была почти уверена, что откажись он от привычки целый день ходить без футболки, ей было бы куда проще блюсти облик чопорной леди, а не расписываться на каждом углу в нимфомании.
Она встала перед Владом на колени, стянула его штаны до колен — бельём он тоже пренебрегал — и облизала его целиком. Попыталась помочь себе рукой, но он придержал за запястье.
— Я сам, — поглаживая её лицо, предупредил он, — ты только открой пошире ротик, убери зубки и расслабь язык.
Ева приласкала губами головку и села на пятки. Руки сложила на коленях и подняла взгляд вверх к его лицу.
— Проглотишь?
— Нет, ты невкусный, — она задиристо показала ему язык и тут же получила по нему шлёпок членом.
Засмеялась, потом сделала серьёзное лицо и придвинулась ближе. Влад направил себя рукой, другой обхватил за подбородок и вынудил раскрыть рот шире.
— Фантастика, блядь.
Он вошёл глубже и подался назад. Повторил. Ева попробовала плотнее сжать губы на нём. Утробно заурчал. Спустя минуту он уже не обращал внимания на её слабые попытки сделать ему приятное, а полностью увлёкся процессом. Держал её голову за затылок и терзал членом рот, доставая почти до самого горла.
— Ещё чуть-чуть, — просипел в отчаянии, когда она упёрлась руками ему в бёдра, чтобы ограничивать движения. — Давай, маленькая, пососи меня.
Это чередование нежных слов с грубыми проникновениями обволакивало разум красной дымкой. Ей захотелось доставить ему удовольствие, пускай ценой слёз и нехватки кислорода. Приноровившись дышать носом, она наконец сумела расслабиться и начала двигать головой в такт. Сместила руки на потрясающую мужскую задницу и вонзила ногти в кожу.
Влад заворчал, выскользнул изо рта и, лаская себя рукой, излился на её грудь и шею.
— Знаешь, я всё же озвучу эту мысль, — он опустился рядом на корточки и поцелуем поблагодарил за отменный оргазм. — Я люблю тебя.
Ева изменилась в лице. Она ожидала какой угодно пошлости, но явно не этого.
— Думаешь, мой минет того стоит? — попробовала отшутиться.
Влад не поддался на провокацию. Обнял за плечи и шёпотом предложил:
— Просто подумай над моими словами и возьми в расчёт, что я никому и никогда их не говорил.
***
Дни слились в бесконечную череду безделья. Большую часть времени они разговаривали, узнавая вкусы и привычки друг друга. Изредка делились подробностями прошлого, но никогда не касались темы будущего. К признаниям тоже больше не возвращались. Ева запретила себе думать о его словах насчёт влюблённости, да и сама не горела желанием признать факт ответных чувств. Их роман казался ей каким-то увечным, эмоции возникли под гнётом обстоятельств и животной страсти. Что будет, когда секс приестся обоим? А ничего хорошего.
Но сейчас, глядя на то, как Влад отжимается, распластавшись на полу между грубо сколоченной из неотёсанных досок кроватью и почерневшим от времени столом, она ловила себя на мысли, что ещё не скоро научится воспринимать его спокойно. Обилие загорелой кожи, под которой перекрывались упругие мышцы, заставляло мысли течь только в одном известном направлении. И то, как вздувались мускулы на его руках при каждом движении… Ар-р!
Ева отвернулась, перевернула на сковороде тончайший блин, прижала пальцами. Экран телефона, что лежал неподалёку, зажегся, уведомляя о новом входящем сообщении.
Она уже смахнула около полусотни разных посланий — в основном от подруг. «Ты где, Булатова?», «Куда запропастилась, сучка?)», «Может, по бокальчику? Слышала, ты от Костяна ушла».
Новое послание было как раз от мужа: «Что я сделала не так?» И тут же вдогонку упало фото.
Ева покосилась на любовника, который теперь качал мышцы пресса, и с неким чувством чего-то запретного открыла чат с Костей.
Снимок запечатлел нутро их посудомойки вместе с чашками и плошками, покрытыми толстым слоем белого налёта.
«Это же ненормально, да? Вся посуда в какой-то хрени, и она не отмывается», — писал Костя.
«Включи машину и посмотри, какие индикаторы горят красным светом», — быстро накидала ответ.
Костя: Во.
Он прислал ещё одно изображение передней панели прибора. Горели два индикатора.
Ева: Кось, у тебя закончился ополаскиватель и нужно засыпать соль для смягчения воды.
Костя: И где ополаскиватель? Соль только в солонке, этого хватит?
Ева засмеялась, но беззвучно, принялась печатать подробную инструкцию для беспомощного супруга.
Ева: Ополаскиватель в шкафчике под раковиной, высокая синяя бутылка с надписью «Finish», соль найдёшь там же в бело-красной коробке, фирму не помню. Она в пакете, там граммов 500. На вид как очень крупная кристаллическая соль. Обычную поваренную не сыпь, нужна специальная.
Костя: И куда всё это добавлять?
Ева: На внутренней стороне дверцы видишь отсек для таблетки? С крышечкой. Рядом крутилочка, её поворачиваешь и в отверстие доливаешь ополаскиватель. Слева есть прозрачный глазок, когда заполнится чёрным — значит, ополаскиватель на максимуме. Завинтить не забудь. А соль досыпай в горлышко на дне, оно тоже под крышкой. Чтобы было проще, возьми воронку, белая такая, тоже под раковиной лежит. А посуду тебе придётся перемывать вручную, этот налёт посудомойка не отмоет, он уже прикипел в процессе сушки.
Костя: Блин, малыш… Как ты со всем этим справлялась в одиночку?
Ева вздрогнула и спешно отложила телефон. В груди что-то остро ёкнуло от этого «малыш». Она вернулась к выпеканию блинов, стараясь не думать о том, когда в последний раз Костя называл её малышом и как при этом нежно скользил внутри её тела.
— Слушай, пахнет просто бомбезно, — Влад подкрался сзади и положил подбородок ей на плечо. Устроил руки у неё на животе, приобнял.
— Так садись и ешь, — буркнула, смахивая его руки с себя.
Диссонанс между мыслями и реальностью вмиг оголил нервы. Она покосилась на телефон с потухшим экраном и сняла со сковороды очередной румяный шедевр.
— И чего мы злимся?
Влад стащил с тарелки ещё горячий блин,
