для того, чтобы принять правильное решение. Перед этим сполоснулась под душем, переоделась в домашнюю одежду и села за кухонный стол, параллельно успевая пить яблочный сок. Надо же себе как-то поднимать настроение — сахар подходит идеально.
Но рядом лежащий телефон прервал мои чтения. Высветился номер Адриана. Ну вот, он звонит первым. Наверняка начнет извиняться за то, что произошло. А я пока не хочу обсуждать эту тему. Нужно как-то подготовиться. Возможно этим поцелуем я дала лишний повод Чернову о чем-то серьезно задуматься.
Положив телефон экраном вниз и поставив звук на ноль, вернулась к договорам. Давно пора решить этот вопрос. Время идет, а мужчины вечность ждать меня точно не будут.
Все же они отличались между собой — Самойлов предлагал вполне хорошие условия с меньшим роялти, выставка будет в той самой галерее, где мы были сегодня. Леонид же предлагает бюджет чуть меньше с не менее отличными условиями и высокими процентами с продаж, однако, он согласился на две дополнительные картины и думаю, Добрынин предложит галерею своего отца. По сути, оба контракта равны, дело только в деньгах. Но это не первоначальная цель моей выставки. Я хочу лишь донести до людей свое творчество и смысл, который передаю через картины.
Вспоминаю, как Лео реагировал на каждую мою работу — как будто видел такую красоту впервые, хотя не исключаю того, что нынешние художники очень талантливые и, возможно, где-то превосходят мой реализм. Но Добрынин так всматривался, анализировал, а его горящие глаза говорят о многом, как ему нравится мое творчество.
Сергей же мог оценить мои картины только через фотографии, но не проявил особого интереса к тому, о чем они, что за собой несут. Понимаю, что выглядит прилично и можно не особо заморачиваться о смысле, но это будто меня обидело. Если Самойлов не увидел этого, то как потом мы будем сотрудничать, если мужчина сам не знает, что каждая работа со своим индивидуальным посылом. Он будто не проявил полноценного интереса, когда Добрынин это сделал в полной мере. Лео заинтересован в моих работах — они ему нравятся, он понимает их.
Кажется, выбор уже очевиден.
Я поднимаюсь из-за стола вместе с контрактом Леонида и иду к нему. Надеваю тапочки, выскакивая в коридор и стучусь в железную дверь. Однако, ко мне никто не выходит даже через пять минут. Телефон остался на столе. Возможно ему стоит позвонить — наверняка Добрынин уехал на работу.
Что ж, зайду позже. Но только моя рука касается металлической ручки, слышу знакомый голос с лестничной площадки.
— Классно ты ему показал, Леня!
— Да брось ты. Он тоже мне дал хорошенько попотеть, — отмахнулся Добрынин. Это явно был его голос.
— Не прибедняйся, брат. Я видел, что ты даже нисколько не напрягся. Чисто на лайте.
Лев?
— Господи, что за новомодные словечки, — в коридоре показался Леонид наперевес со спортивной сумкой. Увидев меня, остановился. — Лера? Ты ко мне?
— Да. Я тут…в общем… — что-то я немного растерялась, когда к Добрынину присоединился высокий мужчина, закинув ему руку на плечо, и младший брат. Прям целая команда собралась.
— Ты по поводу контракта?
— Да, — кивнула я.
— Сань, это я про нее тебе говорил, — Лео посмотрел на мужчину. Тот внешне был чем-то похож на какую-то фотомодель: аккуратная прическа, русые волосы и хитрые зеленые глаза, приглядевшиеся ко мне. Его губы мгновенно расплылись в улыбке.
— Так вы та самая художница? Рад увидеть вас. Лео все уши прожужжал, — мужчина шикнула на друга, но тот только усмехнулся, протянув мне руку.
— Правда?
— Еще какая. Я Александр Филиппов — арт-менеджер, мы работаем вместе с этим чудиком, — мы скрепили знакомство рукопожатием.
— Рада знакомству с вами.
— Что ж, давайте не будем стоять на пороге. Леня, запускай нас, — мужчинка оказался шустрым. Добрынину пришлось подчиниться, чтобы не стоять в коридоре и открыл дверь, пропуская всех в квартиру. Я впервые тут оказалась.
Лев, заметив меня во второй раз за эту неделю, долго изучал меня, но потом все же решил поздороваться:
— Здравствуйте! Я брат Лени — Лев.
— Я знаю. А я Лера. Только давай не на «вы», старше-то всего на несколько лет, — и правда стало как-то неловко, тем более, что со своим ростом он будто вообще казался даже старше меня. Я так понимаю, вся родня Добрыниных такая — с пышной шевелюрой и с высоким ростом. А, ну и внимательный взгляд тоже видимо достается по наследству, ведь парень открыто рассматривал меня.
— Вы та девушка, которую защитил мой брат недавно?
— Верно. И ты потом познакомился с Ниной, — уточнила я. Лев сразу же смутился, скинув рюкзак и сняв кепку с головы. Они ведь с Леонидом чуть ли не копии. Только Леши не хватает для полноты картины — и можно было бы их назвать близнецами с похожими чертами лица.
— Нина классная. Мы с ней теперь вместе играем в Доту, — похвастался он.
— Правда? Не знала, что она играет, — улыбнулась я. Надо же, эти двое все же нашли общий язык. Это даже интересно.
— Сам не ожидал, — подбросив в воздух ключи, он поймал их ладонью и повесил на крючок, проходя вглубь квартиры. Пока я стояла и мялась в прихожей, сняла тапочки, как это чаще всего делает Добрынин. Но сейчас Лео сам подошел ко мне, когда мимо него пролетел младший брат. Прислонившись к стене плечом, мужчина шепотом спросил:
— Ты все-таки выбрала меня?
Звучало не совсем однозначно, но я понимала, о чем идет речь и поэтому просто кивнула, протягивая ему договор с ручкой, которую прихватила на всякий случай.
— А можно вопрос?
— Конечно, — поднимаю на него глаза.
— Почему? Знаю, что Самойлов тоже лучший в нашем городе и к нему много кто обращается.
— Но и ты хорош в своем деле, верно? — скрестив руки перед собой, испытующе смотрела на Лео.
— Верно. Но ведь должна же быть причина, — Добрынин не унимался. По нему было видно, как сильно он жаждал знать ответ на свой вопрос.
— Она есть: ты больше заинтересован в том, чтобы помочь мне с выставкой, дать людям понять, насколько сильно мои картины пропитаны этими эмоциями, которые раньше заставляли меня биться в истерике, думать о том, как вообще жить дальше. Меня до сих пор пробивает на дрожь, как только вижу свои работы, поэтому и прячу их, чтобы снова не заплакать.
Леня замолк. Он опустил глаза вниз, задумавшись.
— Теперь понимаешь почему? Сергея же будто больше заботят деньги, а не мое творчество.
— Я тебя прекрасно понял. Спасибо, что дала нам шанс поработать
