На глаза навернулись слезы. Было обидно и больно, что я снова одна и за меня некому заступиться. Хотя я сама могу постоять за себя! Пора прекращать верить в чудо. Катя права, доверять можно только самой себе.
– Пошли вон отсюда! Оба! – проговорила негромко, но так, чтобы они услышали это.
– Что? – непонимающе переспросил Юра, словно не ожидал от меня ничего подобного.
– Вон пошли! – повторила и посмотрела сначала на бывшего, а после на Валеру, продолжила: – Видеть вас не хочу! Можете идти дальше обсуждать меня, спорить, чей это ребенок и кому я в итоге достанусь, но только не здесь!
Меня затрясло изнутри. Я пыталась успокоиться, но становилось только хуже: руки не слушались и дрожали.
– Но?!. – нахмурившись, попытался сказать бывший, вот только его перебил Валера:
– Пойдем, ей нужно успокоиться.
После того, как за ними закрылась дверь, у меня неожиданно подкосились ноги, и я медленно съехала по шифоньеру на пол. Обхватив себя руками, стала покачиваться. Я не могла сидеть на одном месте, но и совершенно не знала, что теперь делать.
Я знаю, что Валера не оставит меня в покое, пока не узнает результат, поэтому закрыться в комнате, чтобы избавиться от него, не получится. А так хочется сейчас спрятаться от всего мира…
Крепко зажмурившись, скривилась от головной боли. Я не удержалась и сорвалась, заплакав. Боль никак не утихала, не становилось легче. Хотелось перестать реветь, но слезы все текли, а тело трясло то ли от жара, то ли от холода. И так больно было в груди, будто сердце сжала чья-то тяжелая холодная рука. Так плохо мне не было еще никогда.
Спустя некоторое время я все же успокоилась и, вытерев с лица остатки слез, поднялась. Я все же собрала вещи. После чего вышла из комнаты, практически тут же наткнувшись на Оксану.
– У тебя все в порядке? – взволнованно поинтересовалась она, заглядывая мне в глаза.
Я посмотрела на девушку. Казалось бы, совершенно посторонний человек, но она больше волнуется о том, что происходит в моей жизни, чем тот, кто находится рядом.
– Хотелось бы лучше, – ответила, печально улыбнувшись девушке. – Но ничего, я и с этим справлюсь.
И ведь я не кривила душой. Мне не впервой сталкиваться с грубостью, обвинениями и унижениями. Не зря же говорят: что нас не убивает, то делает нас сильнее. Со временем мне станет легче переносить грубость и унижения Валеры.
– Если вдруг тебе нужна помощь…, – начала она, и я поняла, что Олеся может помочь.
– Можешь сказать хозяйке, что меня не будет некоторое время, если она вдруг спросит?
Я переживала, что в мое отсутствие хозяйка надумает пустить в комнату кого-то еще. И пусть комната оплачена мною на несколько месяцев вперед, я не сомневаюсь, что она может так поступить.
– Да, конечно, – согласно закивала девушка. – Так ты вернешься?
– Да!
Я была уверена, что так все и будет. Валера настаивал на совместном проживании, пока не узнает: его ли это ребенок. Как только результат будет готов, я покину его квартиру. После подобных унижений оставаться дальше под одной крышей с парнем у меня нет желания. А после рождения ребенка я обязательно подам в суд на алименты. И, видит бог, я этого не хотела. Валера сам напросился на роль отца, вот пусть теперь платит!
Когда я вышла из общежития, то обнаружила только Валеру около его машины. Юры же поблизости не было видно. Впрочем, он мне был не интересен. Валера принял из моих рук чемодан, и пока он грузил его в багажник, я забралась в машину на заднее пассажирское сиденье.
Удивленный взгляд парня проигнорировала. Я решила для себя сторониться его. Ведь Катя была права, когда говорила, что мне будет больно, если я привыкну к нему. Так и вышло. Мне казалось, что мы, наконец, начали нормально общаться и что у нас могут сложиться отношения, хотя бы дружеские. Но нет, я снова ошиблась в человеке.
Глава 29
– Смирнова, – назвала мою фамилию медсестра, вышедшая из кабинета.
После общежития мы направились в поликлинику. Я старалась не смотреть на Валеру, а если он что-то спрашивал, отвечала коротко или вообще молчала, если считала, что его вопрос может остаться без ответа.
Мне все равно, что Валера обо мне подумает. Свое мнение он уже высказал, за что я была благодарна ему. Теперь я могу не строить иллюзии насчет светлого будущего.
– Я здесь, – ответила медсестре, поднимаясь с кресла.
Валера тут же подошел ко мне.
Все время, которое мы находимся здесь, он старался держаться от меня на приличном расстоянии. Лишь изредка парень бросал на меня взгляд, словно проверял: не сбежала ли. Мне даже стало казаться, что Валера нарочно сторонится меня.
Возможно, так и есть. Ведь я на фоне привлекательного, стильно одетого парня в своем сером стареньком платье выгляжу как серая мышь. Прав был Юра: на меня может посмотреть только такой, как он.
Но кроме недовольства от этого я ничего не испытывала. Просто я понять не могла, зачем он вообще пошел со мной, если стыдится моего общества?
– Пройдемте в кабинет, – попросила медсестра.
Согласно кивнула и, подхватив сумочку, направилась следом за ней.
Почему-то я не подумала о том, что Валера решит пойти следом. Я заметила это, только когда врач, пожилая женщина с прической смешных завитушек, подняла взгляд от бумаг и, нахмурив брови, поинтересовалась:
– А вы, молодой человек, кем будете пациентке?
Я обернулась и посмотрела на Валеру.
Он растерянно застыл в дверях и точно так же, как врач, хмурил брови. Видимо, пытался решить, что ответить женщине. Не знаю почему, но сейчас я решила ответить за него именно так, как отвечает он каждому, кто бы ни поинтересовался, его ли это ребенок.
– А это предполагаемый папочка, – с сарказмом произнесла, заметив, как Валера вздрогнул. – Вот, ждем результат, который подтвердит это.
Валера посмотрел на меня раздраженным взглядом. Ага, видимо, ему не понравились мои слова. Что ж, пусть терпит, я же терплю.
– Ага, значит, ты все же решилась на эту процедуру,
