собратьев? — киваю на телевизор.
Виктор переводит взгляд на экран, видит оленя крупным планом, сдвигает брови к переносице и становится серьезнее бубнового короля.
— Очень остроумно! Поставь в своем ежедневнике галочку напротив напоминания: «Не забыть поиздеваться над бывшим мужем».
— Для этого мне не нужны напоминания, — подмигиваю ему, разворачиваюсь, иду на кухню за пакетом, затем поднимаюсь на второй этаж, ищу то, что мне нужно, и складываю в пакет.
— Ты даже не спросишь, что я здесь делаю? — раздается за спиной голос.
— А мне и спрашивать не нужно, — пожимаю плечами и разворачиваюсь к нему. — Видимо, отдыхаешь от своей беременной любимки. Я угадала?
— Не только, — протягивает на выдохе. — Может, ты не помнишь, но именно здесь прошло наше с тобой первое свидание. Помнишь, как я привез тебя сюда? Как сидели у реки, как…
— Вить, с памятью у меня все порядке, — перебиваю его. — Я все помню: и как у реки сидели, и как радовалась, когда ты мне сделал предложение, и как много лет была верной и заботливой женой. И о том, как ты мне неоднократно изменял в браке тоже помню, — пронзаю его взглядом. — Так что давай обойдемся без сантиментов.
— Маш, — тихо произносит, — я уже сто раз обо всем пожалел. Я идиот, который собственными руками разрушил нашу семью. Понимаю, что обратного пути нет, но я хочу только об одном тебя попросить: ради всего, что между нами было, давай сохраним человеческое отношение друг к другу. Разве люди после развода не могут нормально общаться? Прошу, помоги мне наладить отношения с Алисой. Я хочу сопровождать свою дочь на свадьбе, хочу общаться с ней, с внуками, которых она нам подарит. Я все осознал, — шепчет он. — Ты была отличной женой, верной, заботливой, как ты и сказала, и я этого не отрицаю. Но ведь и я не настолько ужасный бывший муж, чтобы считать меня врагом номер один.
Я молча хожу по комнате и собираю вещи.
— Тебе совсем нечего мне сказать?
— Зачем мне тебе что-то говорить? Подбери антонимы к своим прилагательным обо мне и сразу поймешь, каким ты был мужем.
Как же мне противно все это, а.
Сначала этот кобель спит с кем попало, не пропускает мимо ни одной юбки, отдыхает в отелях со своими пациентками, заводит отношения с подругой нашей дочери, а теперь стоит передо мной как побитая собака и просит сохранить нормальные отношения?
— Маш, я тебе на пальцах одной руки могу перечислить моих знакомых, которые ни разу не изменяли в браке. У мужчин это в крови. Мы все полигамны. Мы…
— Будешь мне рассказывать о том, что у всех мужиков это в крови? Ну раз полигамны, так валите на все четыре стороны! Не мешайте своим женам строить карьеру и наслаждаться жизнью. Зачем вы женитесь? Зачем отнимаете у женщин драгоценное время? Мы живем не в ту эпоху, когда женщин ни во что не ставили. Сейчас многие женщины сильнее мужчин. Они сами строят карьеру с нуля, сами прокладывают себе дорогу в будущее, ни от кого не зависят и не позволяют вытирать об себя ноги. И ты думаешь, что нам есть дело до того, что вы полигамны? Тьфу! — брезгливо смотрю на него. — Нашли модное словечко в свое оправдание. Не полигамны вы, а просто чешется у вас в одном месте, да так сильно чешется, что не можете удержаться. А потом ноете из-за того, что семью потеряли. О семье, о дочке, и будущих внуках, к которым тебя навряд ли подпустят, нужно было думать перед тем, как лечь в постель с любовницей. А сейчас поздно жалеть о содеянном. Воспоминания о том, как мы проводили время в этом доме, как сидели у реки, и какой я была прекрасной женой — это все, что у тебя осталось. На большее можешь не рассчитывать.
Беру с кресла пакет, выхожу из комнаты и спускаюсь на первый этаж.
Стою на улице, пытаюсь выбросить из головы всю ахинею, которую только что услышала от этого полигамного, делаю еще одну попытку вызвать такси, но никто не хочет за мной ехать сюда.
— Может, тебя подвезти? — раздается за спиной голос.
— Ты меня и так много раз подвел. Справлюсь сама, спасибо.
— Можешь и дальше бросать острые словечки в мой адрес, но я все же еще раз прошу тебя поговорить с Алисой. Она не отвечает на мои звонки и сообщения. Передай ей, что я не хочу ее терять.
— Обязательно.
— Сюда в последнее время невозможно вызвать такси из-за ремонта дороги. Давай я тебя подброшу.
Я бы еще подождала, конечно, но у меня прием через час. В итоге мне приходится согласиться на его предложение.
— Ты домой или на работу? — спрашивает, выехав на трассу.
— На работу.
— А я вот решил взять отпуск, — тяжело вздыхает. — Поживу неделю на даче, подышу свежим воздухом, приведу в порядок мысли.
— Зря не работаешь, Вить, очень зря. Пользовался бы возможностью, пока Кирилл в Бразилии. Скоро он приедет и, чувствую, к нему снова выстроится очередь из твоих пациентов.
— Считаешь, что он лучше меня?
— Нет, но он привезет с собой огромный опыт. Который, кстати, ты сам лично ему подарил, за что тебе большое спасибо.
— Пожалуйста, — недовольно бросает.
Я же прекрасно понимаю, что Витя сам хотел поехать в бразильский госпиталь, но что-то пошло не так, и его место быстренько занял Кирилл.
— У тебя с ним все серьезно? — слышу нотки ревности в его голосе.
— Тебя это не касается. Следи за дорогой.
— Так сложно ответить на вопрос?
— Ну я же не расспрашиваю тебя о твоих отношениях с Ксенией. Мы развелись и теперь каждый живет своей жизнью.
Молчит несколько секунд и с усмешкой произносит:
— Быстро ты к нему переметнулась.
От услышанного мои брови ползут на лоб.
— Кто бы говорил. Тебя даже штамп в паспорте не смущал, а я свободная женщина, и имею право заводить отношения с кем угодно, когда угодно, и где угодно.
— И ты решила завести их с первым попавшимся?
— Кирилл мой давний друг. Ты прекрасно знаешь, сколько лет мы знакомы, так что чушь не неси.
Кирилл для него как кость в горле. Всю
