это не кто не стал комментировать и дали ему возможность выплакаться. В скорее почуствовала, как его руки обняли меня, а он поднялся и посмотрел в мои серые глаза, которые тоже были на мокром месте.
— Мой Волчонок, неужели это и вправду ты? — спросил меня Миронов, касаясь моего лица, стирая с него слезы, а снова появлялись новые, он продолжал их вытирать.
— Да, это я — ответила я с дрожью в голосе, и тоже вытирая с его щек дорожки из соленой воды, не осознавая улыбалась, потому что была настолько рада тому, что человек, которому сделала больно, сейчас передо мной и льет слезы при виде меня.
— Да или нет? — спросил он меня ожидая ответа, я замешкалась, думая сразу о каком-то подвохе.
— Да… — но все же решаюсь ответь положительным ответом даже не зная, что скрывает в себе этот вопрос, пока я ветала в мыслях, как он накрыл мои губы своими в тоже мгновение отвечала на поцелуй. Что-то внутри меня запархало, а тело горело изнутри, он был нежный с каждым поцелуем настойчивом, и из простого поцелуя превратилисья в грубый, углобокий, но все так же прекрасный. Мы оба очень долго в нем нуждались. С каждым новым поцелуев по моему телу проходила дрожь, а от его прикосновений замерала, чтобы он мог, каждую часть моего тела изучить руками. Не заметив, как его губы оказались на моей шее оставляя опаляющие короткие поцелую от которых прикусывала нижнюю губу, издавала тихие стоны, и запракидовала голову верх от удавольствия. Вновь губы Миронова накрыли мои.
— Так ребята, а может впустите нас уже, а то соседи смотрят на нас — решила нас прирвать Меркулова.
— А, да — отстранилась от Ивана, собираясь вставать, как снова села на пол, и ко мне тянулся он за новым поцелум, но я успела выставить лодонь, посмотрела в ее сторону, и я замерла. Вся ее одежда была в дырках, уставшая и еле стоя на ногах, упасть не давал Краснов придерживая Эшли за талию, а он сам был не в хорошем виде, решила об этом сказать Миронову, — Остановись, нам нужно пропустить внуторь твоих спасителей, а ты так грубо себя ведешь.
— Подождут — сказал он, дав ему шелбан, словно очнулся, схватив меня в свои руки, встал в сторону давая пройти им, а следом за ними зашли Алиса и Денис, которой с опущеной головой стоял.
— А этот какого черта приперся?! Алиса, почему вы с ним заруку стоишь?! — в недумении оказалась я, переводя взгляд то на него, то на Новикову с нее на Краснова, а потом на Меркулову, нечего не понимая, — Что происходит?!
— Советую тебе их выслушать, и вам мальчики — обратилась разно глазка к парням, которые все так же стояли позади меня в таком же ступаре, что я, — У меня уже нет сил..
Потеряла сознание Эшли падая вниз, все уже похватились ее ловить, славу богу был рядом Лука и поймал ее, взяв в свою руки, разувшись, направился в гостиную, чтобы положить на диван. На том же месте осталось я и ребята дожидаясь обьясней зелено глазой и каре глазого. После их рассказа, я была повергнута в шок и то что Алиса во все не она, а Алена, вообще удивило, видимо в таком положении находилось не только я, но и мальчики. Еще услышав, что Ден собирался нашу подругу поставить против Эшли, ему собирался врезать Александр, когда блондиночка наша обьяснила о том что не собиралась вредить ей, он успокоился. Дальше их допрашивать из нас четверых не стал, потому что и так были измотаны ожидая наших, ушли к Лука, а меня Миронов потащил на своих руках в мою комнату.
Посадив на кровать, пошел закрывать дверь, чтобы не кто уже не смог нам помешать, осаться наедение. Направляясь ко мне уже по дороге снимал с себя, грязую кофту при этом наблюдая за моей реакцией, поедая меня своим голодным взглядом. Как только он практические находился передо мной, я облакотилось на локти, а он в скорее навис надо мной, смотря то в мои глаза, то на губы и он снова спросил меня:
— Да или нет?
— С тобой всегда да — прикусывая нижную губу, отвели я.
Он потянулся комне за поцелуем, которые вскруживали мне голову, ответом на него его одарила, а своей левой рукой вновь решил изучить меня, но от этих прикосновений по телу проходила дрожь, а поцелую обжигающие, настойчивые, требующие, хотящие меня с каждой волной все сильнее, а я его, внизу внутри уже все полыхало, и он это знал. Но ему нравилось обжигать мои губы своими, вынуждая издать стон, который его будоражил. Я не почуствовала, как Миронов снял с меня белоснежную рубашку на которой остались его мокрые следы от слез, а потом штаны, вместе с нижнем бельем, и перед ним уже лежала обножоная. Почуствов тепло на животе от которого появились мурашки, он ухмыльнулся, останавливаться не собирался. И продолжил на моем теле оставлять поцелую, нежные, которые мне нравяться.
Мне захотелось инциативую взять на себя, и поискушать его. Быстрым движением, повалила на кровать, села ему на колени, водя пальцами по его груди касаясь пресса. В скорее мои руки оказались на ремне черных джинсов, растягнув, начала снимать вместе с трусами, стянув с него, потянулась к его губам, этим поцелуем давая понять, что жажду Ивана Миронова. Я вздрогнула от того что в меня медленно входило что-то твердое, но при этом делая мне приятно, как только он оказался во мне полностью издала стон от удавольствия. Иван немного подождав, когда я приму его, наблюдая при этом за моей реакцие, услышав мой стон, поволил на кровать, чтобы быть сверху и не сделать мне больно.
Начал медленно двигаться при этом иследуя мои эмоции, а потом постепенно наберая темп. Сперва внизу проявлялась боль, наверное из-за того что, это видимо мой первый раз, а потом с каждым новым толчком становилось приятния и внутри все обжигало, а в животе начинали порхать бабочки. От приятных ощущений я вцепилась в спину Ивана, слегка царапая, а это его еще сильнее заводило.
И это ночь станет для нас волшебной.
* * *
Просыпалась солнце, своими лучами будила город, давая понять всем, что следущий день наступил. Птички пели свои песни. А у Ивана началось утро с телефоного звонка. На его телефоне стоял ректон моей любимой исполнительницы Веры Брежневы, а куплет был взят из трека “Хороший день”. Честно я
