Ни единого шанса - К. Р. Джейн

Мы уже достаточно поразмыслили на эту тему.

— Завтра, — тихо повторила она, и я притянул ее к себе, целуя еще раз.

Мне нужна была доза, чтобы продержаться до тех пор, пока я снова не увижу ее. Я не думал, что вообще усну этой ночью. Я бы просто переживал сегодняшний вечер снова и снова.

Дверь за ней закрылась, и я на мгновение заколебался, пытаясь решить, хочу ли ворваться в дом, схватить ее и увести к нам домой.

Каким-то образом мне удалось заставить себя уйти, но только потому, что я знал, что скоро увижу ее.

Мой телефон зазвонил в ту же секунду, как я сел в машину.

— Какой-то мудак полностью разбил мой грузовик, — огрызнулся Джек.

— Что?! — зарычал, разворачиваясь посреди дороги и направляясь обратно к арене, а не домой. — Я буду там через двадцать минут.

— Увидимся, — вздохнул Джек и в его голосе послышалось отчаяние.

Он чертовски любил этот грузовик.

Двадцать минут спустя я заехал на парковку «Арены», жутковатый свет фонарей отбрасывал длинные тени на асфальт. Я оглядел местность в поисках грузовика Джека. Припаркованный недалеко от входа, я заметил полицейскую патрульную машину с опознавательным знаком, фары которой мягко мигали в темноте.

А затем увидел грузовик Джека. Это была полная развалина. Передняя часть была искорежена, капот смят и испорчен до неузнаваемости. Фары были разбиты, осколки стекла поблескивали в резком свете. Решетка радиатора была сорвана, и на ее месте зияла неровная дыра.

Но от надписи, нанесенной краской из баллончика, у меня по спине пробежали мурашки. Слова «Я вижу ее» были написаны крупными, грубыми буквами, которые портили покраску грузовика. Белая краска из баллончика резко выделялась на фоне ярко-красного — пугающее послание, не оставлявшее места для двусмысленности.

Гнев и досада отразились на лице Джека, когда он прислонился к ближайшей машине, крепко скрестив руки на груди. У Себастьяна тоже было мрачное выражение лица, он стиснул зубы в тихом гневе.

Я крепче сжал руль, припарковал машину и быстро вышел. Там были двое полицейских, один из них делал снимки и осматривал поврежденный автомобиль, в то время как другой допрашивал Джека и Себастьяна.

— У вас есть какие-нибудь предположения о том, кто эта «она», о которой говорится в сообщении, или о том, кто мог это сделать? — спросил офицер с суровым выражением лица.

Джек прислонился к ближайшей машине, скрестив руки на груди, и держался непринужденно, несмотря на то, что перед нами были обломки.

— Понятия не имею, — ответил он, небрежно пожав плечами. — Это мог быть кто угодно.

— Увел чью-то девушку? — офицер пошутил, но его улыбка исчезла, когда никто из нас не засмеялся.

Себастьян поежился, его челюсть напряглась.

Мы все прекрасно понимали, что это был не случайный акт вандализма, а прямая угроза.

— Что показали записи с камер наблюдения? — спросил, так как знал, что по всей парковке установлены камеры.

— Каким-то образом камера на этой территории перестала работать сегодня утром. Служба безопасности еще не вызвала людей, чтобы починить ее, — сказал офицер с камерой, и в его голосе не прозвучало и близко ничего подозрительного, как следовало бы.

Удобно.

Гнев… и досада переполняли меня, и я сжал кулаки, желая закричать. В последний раз, когда Кеннеди угрожали, нам пришлось ее отпустить.

— Мы будем держать вас в курсе расследования, — сказал один из офицеров, когда он и его команда отправились в путь.

Чувак вернулся в патрульную машину. Мы втроем смотрели, как они уезжают, прежде чем кто-либо из нас заговорил.

— Я не могу ее отпустить, — выпалил я, чувствуя головокружение от этой мысли. Я присел на корточки, закрыв лицо руками. — Я не могу этого сделать.

Это было эгоистично с моей стороны. Но я не был уверен, что выживу без нее на этот раз.

На самом деле, я знал, что не выживу.

— Я тоже не могу ее отпустить, — тихо сказал Себастьян.

Я взглянул на него, немного удивленный тем, что он согласился со мной. Его глаза сверкали, кулаки были сжаты по бокам.

— На этот раз я убью любого, кто попытается забрать ее, — сказал Джек, и в его словах звучала решимость, какой я никогда раньше не слышал.

Мы оба посмотрели на него. Его челюсть была сжата, а в глазах был холод.

— Мы не можем защитить ее, пока она в этой дерьмовой квартире, — размышлял Джек, проводя рукой по волосам.

— Итак, мы вытащим ее из этой помойки, — сказал я.

В ночи раздался голос Себастьяна.

— Любым необходимым, блять, способом.

Глава 14

Подготовка к свиданию с Картером оказалась более изнурительной, чем я ожидала. Он попросил меня приодеться, и я несколько часов рылась в своем шкафу, пытаясь найти что-нибудь подходящее. Но все, что у меня было, казалось мне либо слишком повседневным, либо слишком… бедным.

Когда я разочарованно вздохнула, раздался звонок. Прежде чем я успела подойти и открыть дверь, Кэрри сама открыла её и вошла, держа в руках сумку с одеждой.

— Настолько не терпится? — поддразнила я.

— Ты меня знаешь, — сказала она, подмигнув. Ее глаза озорно заблестели, когда ее рука протянула мне пакет. — Я тебе кое-что принесла.

— Но сегодня даже не мой день рождения, — пошутила я, между нами была небольшая шутка, потому что Кэрри любила дарить и получать подарки.

Даже если это был не день рождения.

Я расстегнула молнию на сумке, чтобы достать потрясающее огненно-красное платье. Оно было… сексуальным. Это платье, которым я всегда восхищалась на других, но никогда не осмеливалась бы надеть сама. Ткань была шелковистой и элегантно драпировалась, с глубоким вырезом и смелым разрезом до бедра.

— Я не могу это надеть, — запротестовала я, проводя пальцами по гладкой ткани. — Это слишком… слишком сексуально для меня. Я буду выглядеть нелепо.

Кэрри приподняла бровь и скрестила руки на груди.

— Кеннеди, когда ты наконец поймешь, насколько ты чертовски великолепна? — спросила она, и в ее голосе прозвучало неподдельное беспокойство. — Мы не можем пройти и пяти шагов без того, чтобы какой-нибудь парень не попытался тебя трахнуть. Это платье было сшито специально под твою фигуру.

Я прикусила губу, испытывая смесь неуверенности и благодарности. Кэрри была такой подругой, которую все искали. И я не понимала, как мне так повезло, что я проснулась в самый мрачный момент своей жизни и обнаружила ее рядом. Она всегда была моей опорой, и я бы сделала для нее все, что угодно.

Она подошла ближе и нежно положила