class="p1">Дима, довольно улыбаясь, как фокусник вынул бархатный черный футляр.
– Открывай…
Я отодвинула рукой цветы, посмотрела внимательно в глаза мужа и открыла коробочку. Внутри лежало серебряное кольцо с гранатом. Вишневый камень кровожадно блеснул в лучах светильника.
Решил подсластить пилюлю? Или купил по акции? Как Ниночка сковородки. Нимфе браслетик, чтобы, как там? В глазках не слезки, а бриллианты отражались. А мне колечко на сдачу.
Внутри всё заклокотало. Я захлопнула коробочку и сунула обратно ему в руки.
– Спасибо, Дима. Ты еще что-то хочешь мне сказать? А то голова болит. Я бы прилегла, если не возражаешь…
Лицо мужа обиженно вытянулось, но он быстро с собой совладал. Улыбнулся тепло, засуетился снова:
– Конечно, конечно… Ты не простыла? А то сыро, дождь…
«Надеешься овдоветь?» - чуть не съязвила я и от греха подальше юркнула в ванную.
Горячие струи, о которых я мечтала, окутали тело, согрели кожу, оставляя внутри могильный холод. Я стояла, подняв лицо кверху и, закрыв глаза, ловила губами воду. Соленые слезы смешивались с пеной от шампуня и геля, терялись в потоке, как будто их и не было.
Дорогие мои, спасибо за поддержку! А совсем скоро нас ждет встреча с одной очень яркой героиней, которую многие успели полюбить) Это Светка из книги "Роковая измена". В моем телеграм канале (имя, фамилия, чтение для души) уже есть ее визуал!
А если вы еще со Светкой не знакомы, то самое время познакомиться) Она классная!
Глава 5
Глава 5
– Может чаю? - Дима поправил на мне одеяло.
– Нет. Я посплю.
Щелкнул выключатель, оставив меня в желтом полумраке. Застучали градом по стеклу крупные капли. Как там Лёнька? – подумала я. – Не простыл бы…
Посплю… Если бы. Сомневаюсь, что я вообще смогу сегодня заснуть. Господи, я же столько раз натыкалась в интернете на статьи об изменах и разводах, пробегала глазами примерно с тем же интересом, как просматривают сводку погоды. Нет, на прогноз я внимательнее смотрела, это меня напрямую касается – дождь, снег, осадки. А вот измены и разводы – это для других. Несчастливых, попавших под раздачу, но для других. Меня среди них никогда не будет. Так думала я. Наивная клуша.
И про кризис среднего возраста читала. И слушала, как Ниночка два года назад жалилась, что ее Костя загулял. Не знала, что делать, только и голосила, что перед детьми стыдно.
– Может, развод, Нинуля? – осторожно спросила тогда я.
– Ты что? С ума сошла? – Ниночка отпрянула от меня, будто я прокаженная. – Как же можно развод? Все гуляют. Перебесится.
Перебесится… Я вспомнила, с какой нежностью и заботой крутился Дима вокруг нимфы. Скоро-скоро у них будет праздник. Новомодное гендер-пати. Врач на УЗИ запечатывает конверт, его отдают организаторам, и те устраивают торжество, на котором счастливые родители и гости узнают, кто у них родится – мальчик или девочка.
Почти семнадцать лет назад я о таком и не слыхала. Димку в консультации в кабинет не пустили. Он ждал меня на деревянной скамье в коридоре. А я торопливо оделась, подхватила заключение и выскочила со счастливыми глазами.
– Мальчик, - почему-то прошептала и прислонилась к двери.
Димка вскочил, растерянно огляделся, будто искал, с кем еще разделить радость и, схватив меня за руку, потащил к выходу. На улице шел дождь. Мы остановились под белоснежной черемухой, он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал. Раз, другой, покрыл поцелуями щеки, губы, лоб, а я смеялась и видела, как с веток осыпаются на нас душистые лепестки.
Странно стукнуло сердце. Сначала ударилось о грудную клетку, потом замерло, будто размышляя, нужно ли дальше биться, задрожало тонко на ниточке, и всё же продолжило работать. Я тихо выдохнула.
Что же мне делать? Надо ведь что-то предпринять. Нельзя же вот так просто прятаться под одеялом, как маленький ребенок в грозу.
Развод. Конечно, развод. Как Ниночка я не смогу. С ума сойду. Потому что, даже если отвоюю мужа (три раза ха-ха), то потом стану параноиком и буду вздрагивать от каждого сообщения, звонка или задержки на работе.
Я шевельнулась. Пойти, самой сказать? Что лежать тут, как на плахе? Поднялась, попыталась выбраться из клубка одеяла, но тут же потеряла силы. Нет. Не сейчас.
Трусиха, - издевательски запел кто-то внутри. – Струсила.
Да! Струсила. А как не струсить, когда под ногами исчезла земля. Болтаешься в невесомости, и несет тебя неизвестно куда. Да как же неизвестно? На погибель. В ледяной космос одиночества. На безлюдную планету слез. К отчаянию. Потому что, как там вещала нимфина подружка? Возраст под полтос, климакс и кольца Венеры.
Рука машинально обхватила шею. Склизкий ком прополз, раздвигая пальцы. Я уткнулась в подушку, зажмурившись. Перед глазами появилась любимая бабулечка. Поправила, как всегда иссиня-белый платок, коснулась жесткими пальцами моей щеки и пропела:
– Жизнь – это река, Лидушка, иногда она бурная, иногда спокойная, но течение всегда продолжается.
Стой, бабулечка, стой, - напрасно взмолилась я и даже рукой попыталась схватить воздух. Но бабушка уже растаяла, исчезла, как сон.
Утром проснулась до будильника. Димы снова рядом не оказалось. И это выглядело еще унизительнее: он что, мною брезгует? Спит отдельно, будто я постыдной болезнью заболела. Боже мой! - чуть не вскрикнула я. Болезни! Мы же…
Меня затошнило, словно я угодила на огород к бабушке, где на капусту напали гусеницы. Жирные, зелено-коричневые, с толстыми присосками на пузе, они извивались и цеплялись за листья, не желая расставаться с лакомством. А мне нужно было бабушке помочь. Обобрать, бросая в ведро с водой.
До сих пор помню, стоящую у горла муть: и гусениц не выносила, и жалко их было топить. Бабушка увидела мое лицо под стать цвету капусты и отправила с девчонками деревенскими играть. Они утащили меня через лопухи к забору, где, оборвав разноцветную космею, устроили маникюрный салон.
Вот бы сейчас так просто решить все проблемы. Сидеть на вязаном из тряпочек половике, шевелить на солнце босыми пальцами ног и любоваться розовыми и белыми лепестками на ногтях.
Мысль о том, что нимфа беременна, а значит, проверена-перепроверена меня нисколько не успокоила. Наоборот, стало только гаже, что мое тело использовали, как акробатический снаряд, а то, молодое и упругое было предназначено для наслаждений.
Раздался стук в дверь. Я как улитка вползла под одеяло, натянув его по глаза.
– Лида? Ты не спишь? Как голова? Прошла?
Сколько вопросов, - поморщилась я.
