свою работу и у него это отлично получалось. Разумеется, Уран предложил должность Ксену, но тот отказался, потому что внезапно решил уйти из «Пантеона» и сосредоточиться на выполнении 12 подвигов. Должность досталась Ярославу. Вот только радости от этого он не чувствовал. Ему просто кинули ту кость, которую обнюхал, лизнул и не стал есть другой пёс.
А теперь Ксену досталась и его невеста…
Или все же не досталась?
Ведь она же беременна от Ярослава, ну конечно же! Кому нужна беременная чужим ребёнком женщина? Какой бы соблазнительной она не казалась. Вот Ярослав бы ни за что не повёлся на такое. Это мерзко, растить чужого ребенка и делать вид, что он твой.
— Нет, Лера меня не предавала, — пробормотал Ярослав. — Не могла она, так ведь? Она же беременна моим ребёнком. Она так не поступит. Не нужна она никому, кроме меня. И она это знает. Зна-ает…
Вскочив с дивана, Ярослав принялся искать телефон. Он должен позвонить. Он непременно должен вернуть Леру. Сию же минуту! Она ведь его, больше ничья. И ребёнок его. Только его.
Да, все так. Нельзя делиться своим. Нельзя, чтобы кто-то чужой пользовался его собственностью.
Телефон валялся под кроватью. Ярослав достал его, сдул пыль, открыл и хохотнул. Старым телефоном ничего не страшно. Они переживут не только удар о стену, но и ядерную войну.
Эту «раскладушку» специально для Игната перепрошил Сет. Её тяжело отследить, и поэтому ей можно пользоваться почти без опасений. Игнат отдал Ярославу этот телефон на крайние меры. Например, как сейчас. А ещё в телефонной книге «раскладушки» так и остались номера бывших коллег Ярослава. Сначала он хотел удалить почти все, оставив только номер Игната и Харона, но потом почему-то передумал. Решил, что, может быть, когда-нибудь с кем-то из них все же придётся поговорить.
Что ж, вот и настал этот момент.
Глава 45
Сгорим — Лали, baur karbon
Пока Лера спала, Ксен спустился в магазин за углом, где купил фруктов, торт и детское шампанское. Подумал, что хватит с Леры алкогольного. Пусть вместе с ним потягивает в Новый год лимонад.
Новый год. Ксен уже не мог вспомнить, когда в последний раз отмечал его. Бриарей всегда звал его на праздничные вечеринки, но Ксен не любил шум.
Лера тоже была шумной, однако она Ксена не раздражала. Ну, может быть, только по началу. Теперь же от былого раздражения не осталось и следа.
Остановившись у подъезда, Ксен поднял голову и посмотрел на серое небо, с которого медленно падали мелкие снежинки. Он внимательно прислушался к своим ощущениям. С тех пор, как Ксен встретил Леру, его эмоциональный диапазон заметно вырос. Вернулись те чувства, которые, как он думал, уже давно его покинули. Нежность, которая вдруг пробудилась, когда он смотрел сегодня на спящую Леру. Радость, когда он подшучивал над ней, а она забавно надувала губы. Надежда, что такие спокойные и теплые дни еще будут в его жизни.
Впервые за много лет Ксену вдруг много чего захотелось: отметить праздник, посмеяться, поговорить, порадовать. И все это относилось к Лере. К девушке, которая ворвалась в его жизнь вопреки его желанию, и теперь, при мысли о том, что она должна рано или поздно уйти, Ксен испытывал нечто, напоминающее тоску.
Сунув руку в карман куртки, он вынул синюю стрекозу-балансир, которую зачем-то купил в магазине, пока стоял в очереди на кассу. Эта стрекозка с причудливым узором на крылышках напомнила ему Леру. Яркая, шебутная и стремительная — эта девушка действительно обладал некоторыми свойствами стрекозы.
Постояв немного на улице, Ксен сунул стрекозу обратно в карман и вошел в подъезд.
Лера уже проснулась. Из кухни доносился грохот и запах пригорелой яичницы. Морща нос, Ксен заглянул на кухню.
— Помощь нужна?
— Нет! Я справляюсь! — Лера повернулась к нему и широко улыбнулась. На ней была все та же пижама Нефтиды, поверх которой она подвязала цветастый фартук.
— Сколько яиц уже сожгла? — Ксен не хотел уходить. Ему было любопытно понаблюдать за потугами Леры, которая будто первый раз в жизни готовила завтрак.
— Всего два. И то потому что отвлеклась на снег. — Она указала деревянной лопаткой в сторону окна. — Так красиво падает. Погулять бы.
— Тебе пока не надо выходить, — напомнил Ксен, садясь на табурет у стола.
— Тебе как бы тоже, — фыркнула Лера. — Но ты вышел.
— Потому что надо было купить еды.
— Так ведь Нефтида все купила.
— Да, но… — Ксен не нашел себе оправдания.
Он действительно безрассудно покинул убежище по глупой прихоти: порадовать Леру тортом, детским шампанским и идиотской детской игрушкой. Да уж, кажется, он совсем размяк, скрываясь и ничего не делая.
Пока Ксен размышлял над своей метаморфозой, Лера благополучно поджарила яйца с ветчиной и поставила на стол две тарелки. Себе она налила свежезаваренный чай, а Ксену сварила кофе, который он сначала боялся пробовать, но, осторожно сделав глоток, с удивлением понял, что кофе весьма неплох.
Некоторое время они спокойно завтракали, изредка разговаривая на нейтральные темы типа погоды, кино и новостей. На краткий миг Ксену даже показалось, что он дома. У себя дома, в своей семье. Ему было тепло, комфортно и вкусно. Напротив сидела девушка, чей голос ему очень нравился, и чью болтовню он был не против слушать долгое время.
Однако это приятное чувство прогнал телефонный звонок. Еле слышно выругавшись, Ксен отложил вилку и вынул из кармана серебристую «раскладушку». Увидев допотопный телефон, Лера усмехнулась.
Входящий номер был скрыт, и Ксен сделал вывод, что ему звонил либо крутой клиент, либо кто-то из «Пантеона».
— Алло, — недовольным голосом произнес Ксен, приняв вызов.
— Привет, — ответил смутно знакомый голос.
— Привет.
— Не узнал?
— А должен?
Собеседник неприятно рассмеялся.
— Да нет, с чего бы… Меня зовут Ярослав. Валерия Ригер — моя невеста.
— И что? — Ксен не хотел вредничать, но эти два слова сами слетели с его языка.
— И что? — с усмешкой в голосе повторил его слова Ярослав. — Да, в общем-то, ничего, кроме того, что ты должен вернуть мне мою невесту, причем немедленно.
Ксен посмотрел на Леру, которая беспечно жевала яичницу и смотрела на падающий за окном снег. Такая милая, спокойная и домашняя. Никуда не спешит, собирается вместе с Ксеном встретить Новый год. Однако, как она поведет себя, если он скажет, с кем говорит и чего хочет его собеседник?
Помедлив, Ксен произнес, не сводя глаз с Леры:
— Значит ты хочешь, чтобы Валерия немедленно вернулась к тебе. Да, Ярослав?
Лера перестала жевать и
