Пока мысли Елены метались, Олег припарковал машину у одного из домов на Кингс-роуд. Он вышел, открыл дверцу с другой стороны и протянул Елене руку. Закрыв машину, Олег буркнул «извини» и тотчас куда-то отошел. Елена на мгновение потеряла его из виду, но он появился так же неожиданно, как и исчез. В руках у него был огромный букет голландских тюльпанов. Желтые, светло-лиловые, молочно-кофейные и красные бутоны крикливо пестрели в случайном букете.
— Не знал, какой цвет ты предпочитаешь, купил ассорти. Выбери по вкусу.
Елена покачала головой, раздумывая. Потом протянула руку и нежно коснулась светло-лилового цветка.
— Так я и предполагал, — улыбнулся Олег.
Он тут же отобрал из пестрого букета все лиловые цветы и протянул ей с видом художника, демонстрирующего свое творение. Не успела Елена поблагодарить Олега, как тот небрежно отбросил остальные цветы на обочину тротуара. Елене стало жаль загубленного букета, но она не остановила Олега. Они перешли на другую сторону улицы и оказались у небольшого двухэтажного коттеджа с маленьким палисадником перед окнами. Такие же аккуратные коттеджи из серо-розового кирпича разных оттенков стояли и по соседству.
— Здешние квартиры устроены, как правило, на двух уровнях. Видишь: одно окошко на первом этаже и одно на втором, тут же и входная дверь. А рядом вертикаль — это уже соседнее владение. И тоже палисадник перед окном. Англичане очень любят выращивать цветы даже в стесненных городских условиях. А вот и моя хозяйка!
— Evening <Добрый вечер (англ.).>, — поприветствовал Олег хозяйку, немолодую женщину с убранными в строгую прическу седыми волосами. Она рыхлила землю в своем цветнике маленькой, почти игрушечной мотыжкой.
— How do you do? <Как дела? (англ )> — бросила хозяйка, на минуту разгибаясь. Но, заметив Елену, тотчас вновь склонилась над цветником. Она не привыкла проявлять любопытство к гостям своего постояльца.
Елена, напротив, считала своей обязанностью быть приветливой с хозяйкой дома. Так принято в России.
Она произнесла вежливую фразу:
— What a nice garden you have <Какой замечательный у вас садик (англ.)>.
Хозяйка кивнула и что-то ответила. Но диалоги были недоступны Елене. Она не успевала схватывать смысл фраз, зацикливаясь на отдельных знакомых словах. Вот и сейчас из фразы, которую произнесла англичанка, Елена уловила лишь одно слово «really» <Действительно (англ )>.
Олег пригласил ее следовать за ним и начал подниматься по деревянной лесенке с широкими перилами на второй этаж. Затем открыл перед Еленой дверь своей комнаты и включил свет. Обстановка комнаты была ничем не примечательна. Широкая деревянная кровать, застеленная коричневым покрывалом. Два кресла, журнальный столик, торшер.
Лишь красный электрический камин в углу комнаты напоминал, что Елена находится в английском доме. Тут же на этаже была и ванная комната, в которую Елена пожелала войти.
— Не забудь умывальник заткнуть пробкой, когда будешь мыть руки. Здесь не принято мыть под струей, — напомнил Олег, давно приученный хозяйкой к бережливости.
Елена кивнула. Она умылась, напустив воды в умывальник, как в маленькое корытце. Затем вытерла руки пушистым оранжевым полотенцем и вернулась в комнату. Верхний неоновый светильник уже был выключен. Лишь торшер с оранжевым абажуром отбрасывал розоватые тени вокруг. Олег успел снять пиджак и сейчас в тонкой белой рубашке казался еще тщедушнее. Он придвинул Елене кресло и сел на соседнее. На столике уже были приготовлены два бокала, бутылка французского коньяка, ваза с яблоками и шоколад всемирно известной английской фирмы «Кэлдбэри». Олег разлил коньяк по маленьким стопочкам и произнес тост:
— За нашу встречу, Леночка!
Елена осторожно пригубила коньяк, ощущая кончиком языка его терпкую горечь. Вкус был божественным. Она медленно осушила стопочку-наперсток. Приятное тепло растеклось в груди. Елена почувствовала покой и безмятежность. Она спокойно взглянула на Олега. Глаза его заблестели, зрачки расширились. Блеск его глаз, как предупредительный сигнал, отрезвил Елену. Она вдруг поняла, что попала в банальную ситуацию: приглушенный свет, вино, конфеты. Весь арсенал обольстителя! Не хватает лишь тихой музыки.
— Ты любишь Моцарта? — будто следуя угаданному Еленой сценарию, спросил Олег. И, не дожидаясь ответа, включил магнитофон.
Трогательные звуки фортепьяно разнеслись по комнате.
— Вот это, считай, финальный аккорд. Твой концерт слишком затянулся! — Елена решительно встала с кресла. — Или тот эпизод ты посчитал авансом?
Елена окинула Олега презрительным взглядом. Губы ее искривились. Выражение лица Елены и особенно ее слова обескуражили Олега.
— Ты о чем, Леночка?
— О студенческих эскападах. Да, я виновата перед тобой. Да, мне стыдно за свое прошлое. Но продолжения не будет. Надеюсь, ты не помешаешь нашему с Игорем счастью. Теперь, когда я, наконец, обрела Игоря… — Закрыв лицо ладонями, Елена разрыдалась.
— Да в чем же ты виновата, Елка? — непроизвольно вырвалось у Олега старое имя. — Ну верно, ты мне нравилась в то лето. Мне приятно было помогать тебе на кухне, разговаривать с тобой, смотреть на тебя. Леночка, я полюбил тебя сразу, как только впервые увидел. Но моя любовь была абстрактной. Как Прекрасная Дама у Блока. Я даже никогда не желал тебя как женщину. Ты была для меня недоступна. И я знал, что со своей стороны ничего не могу предложить тебе. Мои девочки тогда были совсем малышки, да и с женой мы жили неплохо.
Просто, понимаешь, ты всегда напоминала мне маму. Вы очень похожи. Но я никогда не обижался на то, что ты сурово со мной обходилась. И потом твой брак с этим журналистом. Я не стал добиваться тебя. Я желал тебе только счастья.
Олег подошел к ней и положил руку ей на плечо, как отец, одобряющий поведение дочери.
Елена с сомнением выслушала откровения Олега. Неужели он в самом деле ничего не помнит?
— Хорошо, — сказала она наконец. — А зачем эти атрибуты обольщения? — Она обвела рукой стол с бутылкой коньяка и раскрытой коробкой конфет.
— Ну какое обольщение, Леночка. У тебя просто богатая фантазия. Разве наша беседа не была тебе приятна? Просто беседа, и ничего больше.
Елена стряхнула с себя наваждение. Действительно, поддавшись страху разоблачения, она вела себя неадекватно. С чего она вообразила, что Олег намерен затащить ее в постель? Он так безупречно вел себя весь день. Показал ей столько интересных мест. В какой момент она завелась? Он только спросил, любит ли она Моцарта. Все остальное она сама наложила на пошлый сценарий, многократно виденный ею в кино. Елена встала, взяла плащ. Олег тотчас перехватил его и помог ей одеться. Он не уговаривал Елену остаться. Затем торопливо накинул на сутулую спину спортивную молодежную куртку, и они вышли на улицу. С Темзы, которую отделял от дома всего один квартал, тянуло вечерней прохладой. Олег направился к машине, но Елена остановила его. Ей не хотелось больше быть с ним наедине.
