и аккуратно стягиваю их. Нежно поцеловав бедро Ангелочка, поднимаюсь.
Обхватываю Злату в кольцо своих рук, утыкаюсь носом ей в шею.
— Я охренеть как испугался, — шепчу и покрываю нежную светлую кожу поцелуями. — Это уже второй раз, когда я испытываю подобное. В третий раз моё сердце попросту может не выдержать этого.
Слова переплетаются с поцелуями, и я ощущаю, как её тело начинает расслабляться, а дыхание становится всё более частым.
С закрытыми глазами вдыхаю ее аромат, пытаясь успокоить свой пульс, который бешено стучит в груди. Маленькие ручки обвивают мои плечи, обнимая в ответ. И тепло, Ангелочка проникает сквозь мою кожу.
Мы стоим так некоторое время, пытаясь придти в себя от этих душераздирающих мыслей, которые словно туман окутывают разум. Время кажется остановленным, и единственное, что слышно — это тихий шепот наших дыханий, слившихся в единый ритм.
Даже когда мать ушла, оставив меня одного, я не испытывал такого чувства пустоты и одиночества, как когда увидел Злату в таком состоянии. Это было похоже на то, как будто какая-то часть была вырвана из моего тела, оставив после себя лишь пустую оболочку.
Не могу осознать, как так получилось, что я ужасно боюсь ее потерять и не могу представить свою жизнь без Ангелочка. Она, черт возьми, проникла мне под кожу, а точнее в сердце, где ей и положено быть.
— Ты в порядке? — отстранившись, спрашиваю, вглядываясь в нежные черты лица, пытаясь разглядеть малейшие признаки дискомфорта. — Ничего не болит? Не ощущаешь какой-то слабости или усталости?
— Есть небольшое жжение в лёгких. А так все нормально, — улыбнувшись, отвечает Злата. — Артем, все хорошо, слышишь? Я просто очень устала, хочу лечь в кровать.
— Может, будет лучше поехать к врачу? — в голове сразу же возникают мысли о возможных причинах этого жжения, и я не могу не задаться вопросом, не стоит ли обратиться за профессиональной помощью. Ведь лучше перестраховаться, чем потом жалеть о своем бездействии. — Ты уверена, что это не стоит внимания?
Злата приподнимается на цыпочках и мягко прижимает губы к моим в нежном поцелуе, который согревает мое сердце.
— Уже все прошло, — улыбаясь, говорит она. — Мне безумно нравится тебя целовать, — добавляет Злата. Голос звучит нежно и ласково, и она ещё раз целует меня, словно подтверждая свои слова.
— Кажется, ты сильно пьяна, — усмехаясь, беру футболку и помогаю Злате ее надеть. В моей одежде она выглядит чертовски соблазнительно, даже слюнки текут от этого вида. Не могу не улыбнуться, глядя на нее, и чувствую, что моя привязанность к ней только растет с каждым днем.
— Почему ты удивляешься, что мне нравится тебя целовать? Кстати, твои губы такие сладкие и мягкие, что в этом удивительного? — мурлычет она, обнимая за талию и чувствую, как её горячее дыхание щекочет мою шею.
— Недавно ты тонула. И ещё позволь напомнить, что ты боишься воды, а сейчас говоришь, что тебе нравятся меня целовать. Уверена, что с тобой все в порядке? — спрашиваю, смотря, как она мило морщит носик, словно пытаясь скрыть свою улыбку. — Мне кажется, что ты просто пытаешься отвлечь меня от твоего страха.
Злата поднимает голову, и наши глаза встречаются. В ее взгляде вижу искру тревоги.
— Я тебе помогу, Ангелочек, — говорю, беря ее за руку. — Вместе мы можем преодолеть любой твой страх. И я уверен, что ты сможешь научиться любить воду так же, как ты любишь меня целовать, — на последних словах не могу сдержать смешок. Моя улыбка становится еще шире, когда вижу, как она краснеет.
— Ты такой дотошный, Артем, — недовольно бурчит Злата, но улыбка приподнимает уголки её манящих губ. — То грозишь отшлепать, то шепчешь сладенькие слова. Не пойму я тебя.
— Если ты желаешь этого, то так тому и быть, — усмехаясь, хватаю Ангелочка за бедра и тяну в сторону кровати. Моё движение кажется ей неожиданным, и она пытается сопротивляться. Злата старается вырваться из моих рук в надежде убежать, заставляя меня этим смеяться. Её попытки вырваться тщетны, и мы заваливаемся вместе на кровать.
— Я вообще-то недавно тонула, — говорит она, пытаясь казаться серьёзной, но её голос пронизан игривостью.
— Да ну? Правда, что ли? — прыскаю от смеха, не в силах удержать его. Моё веселье заразительно, и Злата тоже начинает улыбаться, хотя и пытается скрыть это.
— Артем, — пихает меня в плечо, пытаясь соскочить с кровати. Но я крепко придавливаю Ангелочка своим телом. — Хочу спать. У меня голова кружится от выпивки, — она зевает, словно пытается этим убедить меня, но я лишь наклоняюсь и нежно целую её миленький носик.
— Не боись, Ангелочек, сегодня ты слишком устала. Я не собираюсь ничего делать, — улыбаясь поднимаюсь и тяну Злату за собой. Оставляю её в сидячем положении и, взяв полотенце, начинаю аккуратно высушивать каждую золотистую прядь.
Ангелочек поднимает на меня свои глазки, в которых читается изумление. Они, словно два сверкающих драгоценных камня, пронзают меня насквозь.
— Ты что делаешь? — спрашивает Злата. Голос звучит мягко, но в нём слышится нотка любопытства.
— Не хочу, чтобы ты простудилась, — отвечаю я.
Злата смотрит на меня с интересом, внимательно наблюдая за каждым моим движением. Её взгляд словно исследует каждую деталь моего лица.
Волосы, Ангелочка, мягкие и шелковистые. Они легко скользят под моими пальцами, когда я выжимаю из них воду. Голубые глаза не отрываются от меня, и замечаю, как в их глубине появляется искорка тепла, а губы расплавляются в мягкой улыбке.
Закончив, перекладываю волосы на одно плечо и провожу губами по самой изящной и соблазнительной шее. Делаю глубокий вдох, который обдает все тело электрическим разрядом.
Блять! Это словно взрыв чувств, который разрывает моё сердце и заставляет его биться ещё быстрее.
Отстраняюсь. И даю указание:
— А теперь бегом в кроватку.
— Я тебе ребенок, что ли? — недовольно пыхтит она, но все же ложится.
Подхожу и укрываю ее мягким одеялом. Черт, как же странно и в то же время приятно видеть Ангелочка в моей одежде, уютно устроившуюся в моей кровати. Все так, как должно быть. И кажется, ничего не может быть более идеального. И так удивительно, что еще недавно я совершенно не думал, что такая глупость будет проникать настолько в сердце и завладевать мною целиком. От этого зрелища внутри меня все обдает теплом. Моя! Мой ангелочек! Моя девочка!
— Ты останешься со мной? — спрашивает Злата, сжимая своим мизинцем мой. Её глаза, словно два глубоких океана, смотрят на меня с надеждой.
— Я буду рядом, — говорю и сажусь рядом с ней.
— Будешь просто сидеть и наблюдать за мной? — её голос становится
