class="p1">— Вот это посмотри, — говорит она, не поднимая головы, и пододвигает планшет ко мне.
Я беру его, вглядываюсь в фотографии. Бывший салон дверей. Первый этаж, большие витринные окна на улицу. Внутри — пустота, белые стены, которые можно наполнить чем-то своим. Ярким и красивым.
Навык насмотренности сразу помогает воображению расставить в голове интерьер по полочкам.
— Сто двадцать квадратов, — комментирует она, вызывающе дёргая бровями.
Я знаю, на что намекает жена. Отличный размер пространства на первое время для того, чтобы закрыть все необходимые нужды. И адрес подходящий, рядом с торговым центром — проходное.
— Аренда?
Не дожидаясь ответа, пролистываю страницу ниже, находя ценник. Уф-уф.
— Это очень оптимистично считать, что мы можем позволить себе эти вложения на первом этапе с неустаканенной финансовой моделью. Да и квадратов, как ни крути, маловато. Если дело пойдёт…
— Ты сам сказал, что надо начинать с малого.
— Да, но не с золотого.
Она перелистывает фотографии, приближает, показывает детали. Я смотрю на пустой зал, на эти большие окна, и уже вижу, как там можно расставить модули. Где сделать зону приветствия, где разместить демонстрационные кухни, где оставить пространство для переговоров.
— Там можно сделать несколько готовых решений, — говорит она. — Маленькие зоны, чтобы человек зашёл и сразу понял, как это будет выглядеть у него дома.
Я тянусь к блокноту, начинаю рисовать. Карандаш быстро скользит по бумаге, вычерчивая прямоугольники, квадраты, линии. Модуль А, модуль Б, проход между ними. Тем временем Элина уже накидывает ещё кучу идей, как обыграть светом и дополнительными уютными штучками будущие проекты.
Я усмехаюсь.
— Ты опять включила маркетолога.
— А ты опять успел включить бухгалтера.
Секунда молчания и одновременный всплеск смеха наполнил кухни, возвращая нас воспоминаниями во время, когда мы делали наш первый проект — мою фабрику. Торговались друг с другом за каждый метр и каждую деталь, а схватки были не на жизнь, а на смерть.
— Ладно, — говорю я, возвращаясь к блокноту, внося пару заметок, которые, признаться честно, и меня тоже зацепили.
Она победно улыбается.
— Спасибо, что признал, мой гений.
Я снова смотрю на набросок. Идея начинает обрастать деталями.
— Слушай, — говорю я. — Если сделать три базовых комплекта…
— Для студий, — подхватывает она.
— Да. Компактные, функциональные. И один для семейной кухни. С возможностью расширения.
Она кивает, быстро записывает что-то в заметках своего телефона.
— И онлайн-конструктор, — вдруг говорит она.
— Это дорого.
— Но это будущее, Андрей. Люди хотят собирать кухню сами, прежде чем к нам прийти. Это экономит время и нам, и им.
В её глазах — та самая уверенность, с которой она когда-то продала первую кухню клиенту, пришедшему просто «посмотреть». Ту, что мы собрали из отбракованных материалов, потому что на нормальные не было денег. Ту, с которой она вышла из нашего общего дела и начала лично своё — студию маникюра.
— Ты скучала по этому, да? — спрашиваю я.
Она задумывается на секунду, крутит ручку в пальцах.
— Очень, — говорит тихо. — Я не думала, что буду, но… да. Очень.
— Я тоже.
* * *
К обеду того же дня мы стоим в том самом помещении из объявления.
Хозяин — лысеющий мужчина лет пятидесяти, в дешёвом костюме и с вечно обеспокоенным лицом — водит нас по пустому залу, рассказывая что-то про коммуникации и соседей. Я почти не слушаю. В помещении, как и всегда, есть пара нюансов. Все мысли о них, ведь благодаря этому можно сбросить цену, либо сделать отсрочку. Это ой как бы нам пригодилось.
Но взгляд притягивают почти панорамные окна. Они огромные. Почти во всю стену. С улицы всё будет видно — каждый модуль, каждый шкаф, каждую деталь. Идеальная привлекающая витрина.
— Арендные каникулы на ремонт помещения дадите?
Он пожимает плечами.
— Ну а что здесь ремонтировать? Всё и так отлично.
Элина тихо шепчет мне на ухо наставляя:
— Не пугай его.
— Я не пугаю, — шепчу в ответ. — Я торгуюсь.
Мы доходим до задней комнаты. Тесноватая, но для склада подойдёт. Хозяин называет цену. Я молчу, делаю вид, что задумался. На самом деле я уже всё решил.
Пока Элина отошла к окнам и снимает на видео всё помещение для нашего дизайнера со своими комментариями, я указываю на косяки помещения арендодателю.
— Вроде основательные причины для арендных каникул или скидки? — с небольшим давлением объясняю ему положение вещей, правда сильно сомневаюсь, что он клюнет.
— Подожди, посоветуюсь с сыном.
Пока тот звонит, ещё раз обхожу зал. Проверяю розетки, вентиляцию, пол. Всё в порядке. Более чем. Потом возвращаюсь к хозяину и называю свою цену. На треть ниже.
Спустя пятнадцать минут жарких споров и торгов мы пожимаем руки.
* * *
Пока мы осматривали помещение, мой телефон разрывался от звонков юриста.
Я включаю громкую связь.
— Привет. Слушаю, ты в эфире.
— Андрей Геннадьевич, добрый день, у нас новости. На этот раз хорошие.
Хорошие новости нам сейчас очень нужны. В подтверждение моим мыслям жена крепко сжимает мою ладонь.
— Суд принял иск, — продолжает юрист. — Дело будет рассматриваться в ближайшие две недели.
— И ещё, — говорит юрист. — Разведка докладывает, что конкуренты начали сыпаться. Ждём возврат части заказчиков.
— В каком смысле?
— У них наплыв заказов после скандала. Клиенты, которые ушли от вас, теперь бегут к ним. Но они не справляются. Просрочки, брак, сорванные сроки.
Я усмехаюсь. Так, часто и заканчивается демпинг и конкурентные войны. Надеюсь, эти твари поработали в минус, в попытках утопить меня и мою фабрику.
— Почти мгновенная карма.
— Это ещё не всё, — в голосе юриста слышится улыбка. — Вчера вышла статья в журнале «Предприимчивые». Про промышленный шпионаж в мебельной отрасли.
Я молчу переваривая.
— И?
— Там упоминается ваша компания, не без нашей подачи, разумеется. Как пострадавшая сторона. Подробно. С цитатами из нашего заявления, пикантными подробностями, при этом тонкие моменты обвинений обошли стороной.
Элина смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
— И после публикации нам уже позвонили три старых клиента, — продолжает юрист. — Хотят вернуться, возобновить договор и надеются обойтись без неустоек.
Я откидываюсь на сиденье, закрываю глаза.
— Хорошо. Спасибо.
Мы заканчиваем разговор. В машине несколько секунд тихо. За окном моросит дождь, дворники ритмично скребут по стеклу.
— Скандал в отрасли, — говорит Элина.
— Похоже на то.
— Ты этого хотел?
— Нет, — честно отвечаю я. — Но иногда жизнь делает рекламу лучше любого маркетолога. Просто надо пользоваться моментом.
Усталость и облегчение накатывают почти одновременно.
— Клиенты возвращаются, — говорит она.
— Да.
— Иск приняли.
— Да.
— И мы только что сняли помещение под новый проект.
Утвердительно киваю.
— Новый риск.
Она протягивает мне руку. Ладонь
