я боялся другого. А именно того, что нам предстоит дома.
Дома у нас уже всё было подготовлено. Куплено все необходимое для ребенка от смеси до памперсов. Ремонт в детской сделали давно, готовились к появлению дочурки, осталось добавить вторую кроватку. Но, это уже позже, когда дочь родится. Как хорошо, что не оформили комнату в розовом цвете, а выбрали нейтральный, который для мальчика также подойдёт.
Правда, не все новости были позитивными. Ближе к вечеру у Эллы отошли воды, не выдержала моя Лу эмоциональной встряски.
Вызвал скорую, кудряшка увезли в роддом, а я даже не могу сопроводить, у меня на руках грудной ребенок. Бля-я-я... Вот чего я больше всего боялся. Когда моей малышке нужна будет поддержка, я не смогу её оказать.
— Тиш, всё нормально, — малышка храбрилась, спускаясь по ступенькам. — Ты же всё равно не пойдешь со мной рожать. Дальше приемного отделения тебя не пустят. Я буду всегда на связи, — целует в губы. — Береги Климушку, — улыбается слабо.
— А ты Глашу. Люблю тебя.
— И я тебя.
Когда скорая уехала, поднялся в квартиру. Клим заходился пронзительным плачем. Таким, что кровь в жилах сворачивалась. Вот ведь... выматерился про себя, когда уходили он весь сладко спал. Бросил всё, взял его на руки.
То ли я что-то не так делал, то ли он чувствовал подступающую ко мне панику. Может, так новое место повлияло, но успокаиваться он и не собирался. А я реально начинал паниковать. Он просто ревел в режиме нон-стоп. Мне кажется, с меня семь потов сошло. Уже и накормил его немного, в надежде, что уснёт. Да куда там! У него сна ни в одном глазу.
Дойдя до ручки, позвонил парням. Больше было не кому. Можно было, конечно бате с тетей Ларисой, но они в санатории отдыхают. Итак, с трудом уговорили их ехать. Хотели остаться помогать с внуком. Ещё сорвутся и приедут.
Вот у них было удивление, когда мы сообщили им новость. Они внучку ждали с нетерпением, а тут сразу полный комплект. Отец полностью поддержал нашу идею забрать ребенка.
Батя всё-таки решился и предложил тете Ларисе жить вместе. А четыре месяца назад, они переехали в наш город. Продали обе квартиры, дачу и купили хороший коттедж загородом. Большая территория, огород, сад и свежий воздух. Всё о чем отец всю жизнь мечтал.
Егор с Вованом и с женами сразу приехали. До приезда ребят сын продолжал плакать, но уже не так активно, видимо сам устал. Хрен знает, может и зря я панику навёл, но что-то как-то растерялся не на шутку.
Ребята приехали быстро. Девчонки занялись Климом. А я … а я просто отключился. У меня в последнее время вообще со сном туго. Поэтому не удивительно, что мне было достаточно присесть и расслабиться. Я в миг улетел.
Где-то через час, немного пришёл в себя. Ника с Настей провели для меня полный инструктаж, как ухаживать за малышом. Дали указания, кое-что даже написали на стикеры и приклеили на холодильник.
Странно, но после того, как ребята уехали, сын вел себя как ангелок. И не скажешь, что это он включал голосовую сирену чуть ли не на весь день.
Ночь прошла более-менее. Вставал кормить по часам, как наказали девчонки. Попутно писал Элле, она отвечала, что пока обрадовать не чем. После последнего кормления вырубился вместе с Климом, проснулся от вибрации телефона под подушкой.
— Да? — ответил, не открывая глаз.
— Тихон, у нас родилась дочь. 3450, 52 сантиметра, — услышал взволнованный голос своей малышки.
— Как уже? — подскочил с кровати. — То есть... Уже? Отлично! Это же хорошо, любимая. Спасибо за дочь, — начал собирать всё, что первое приходило в голову.
— Тиша, успокойся. Всё хорошо. Как вчера день прошел? Как ночь?
— Всё хорошо, — отвечаю её же словами. — Не переживай, я справляюсь.
И действительно постепенно всё как-то выровнялось. С последующими днями, стало в разы легче. Я начал подмечать некоторые нюансы и делать выводы.
Например: засыпал Клим только у меня на руках. Стоило попытаться укачать в кроватке — он заливался плачем. Громким, пронзительным, что я сразу же бросал это дело и брал его обратно на руки. И только когда он крепко засыпал, начиная смешно посапывать, перекладывал в кроватку. Поэтому после нескольких таких эпизодов перестал экспериментировать и пошёл на поводу у маленького манипулятора изначально укачивая на руках.
Через неделю Эллу с малышкой выписали.
Встречать своих родных поехал вместе с Климом. Пристегнул сынишку в авто-люльке. Быстро, не теряя ни секунды, полез в сумку за пустышкой, когда понял, что он готов разреветься. И только когда она оказалась у него во рту, облегчённо выдохнул. Так, отлично. Мне жирный плюс в карму, раз мы уже не на грани слёз. Фууух.
Пока ехал, поймал себя на мысли, что снова веду машину крайне аккуратно. Я, конечно, обычно и не лихачил особо, но сейчас просто эталон правильной езды. Причём происходит это неосознанно, словно на уровне инстинктов.
Шары, цветы, фотограф, друзья, родители. Всё было, как полагается.
Когда приехали домой, я с облегчением выдохнул. Наконец-то вся семья в сборе. Впереди у нас новый этап жизни!
Глава 72: Лиза
... Выбежала из подъезда захлебываясь слезами. Такое ощущение, что я на весеннем тонком льду. Вроде удерживает, но трескается, постепенно заполняя все ледяной водой. Но я ведь сама зашла на этот лёд. Сама ступила на эту хрупкую дорожку, несмотря на сотни знаков и предупреждений.
Прекрасно знала, что Тихон мне изменяет. Что грезит другой. Шепчет ее имя во сне и во время секса. Как часто я от него это слышала, как часто ревела потом в подушку. А потом надеялась, надеялась, надеялась.
Никогда бы не подумала, что смогу простить измену. Когда слышала подобное от подруг или знакомых, только удивлялась, говоря про себя, что девки дуры. Изменщик никогда не изменится.
Измена — это грязь, ложь, унижение и боль. И я приняла эту грязь.
А спрашивается, зачем?
Что бы он вот так, в один прекрасный момент указал мне на дверь.
Ему плевать на меня. Ему даже на нашего будущего ребенка плевать, он весь в этой сопливой девчонке.
Когда узнала о беременности, на какое-то время даже подумала, что всё ещё может получиться. Он порядочным, такой никогда не бросит своего ребенка. Он бы женился на мне. А я окружила бы его любовью, уютом, теплом. Он бы и думать забыл о другой.
Я так думала, до того момента, пока не увидела
