Ленд». Я встала на колени и потянулась к поясу спортивных штанов Холдена. Но он поймал мою руку и убрал ее.
– Что ты делаешь? – спросила я, все еще ничего не замечая и флиртуя. – Я хочу, чтобы ты был у меня во рту.
Холден просунул руки мне под мышки и помог подняться.
– Ты слишком пьяна.
– Но ты только что сказал…
– Я принесу тебе обезболивающее и воды.
Прежде чем я успела возразить, он был уже на полпути по коридору к кухне. Я была так пьяна, что даже не осознавала, что расстроила его. Через несколько минут я заметила, что с трудом держусь на ногах. Я села на край кровати и позволила себе откинуться назад. Прошло еще несколько минут, а он все не возвращался, поэтому я зевнула и закрыла глаза. И это было последнее, что я помнила, когда проснулась на следующее утро в половине седьмого.
Приподнявшись на локтях, я на мгновение растерялась, не понимая, где нахожусь. Квартира Холдена и моя были очень похожи. Но груда барабанов в углу спальни помогла мне разобраться. Хотя Холдена в кровати рядом со мной не было. Я протерла заспанные глаза и отправилась на его поиски.
– Привет.
Он сидел в темноте за кухонным столом и пил кофе. Я обняла его сзади и поцеловала в шею.
– Что ты здесь делаешь?
– Размышляю.
– По поводу чего?
Он повернулся и поймал мой взгляд.
– Почему ты не сказала Уоррену, что у тебя есть другой?
О черт. Иголка на пластинке со скрипом остановилась. Прошлая ночь прошла в тумане, но я, должно быть, рассказала о телефонном разговоре с Уорреном.
Я вздохнула и села на стул напротив Холдена.
– Я не сказала ему, потому что не хотела причинять ему боль. Я разорвала нашу помолвку всего несколько дней назад, и между нами все произошло так быстро.
Он кивнул, уставившись в кружку с кофе.
– Значит, тебе проще причинить боль мне, чем ему…
– Нет, нет, Холден, все не так! Правда… Его вопрос застал меня врасплох, и у меня не было времени придумать ответ. Когда он позвонил, его голос звучал расстроенно, а я не люблю причинять боль людям, особенно тем, кто всегда был добр ко мне. Я совершенно не подумала, что ответ, который я ему дала, чтобы не расстроить, причинит боль тебе. Я не хочу причинять боль ни одному из вас.
Холден поднял голову и посмотрел на меня.
– Это все, чего он хотел? Узнать, встречаешься ли ты с кем-нибудь еще?
Я потрясла головой.
– Он спросил, сколько мне нужно времени. Наверное, когда мы расставались, я сказала ему, что мне нужно время для себя.
Он нахмурился.
– Значит, отношения между вами не закончились? Они просто… что? Поставлены на паузу? Ты взяла тайм-аут? А я – идиот, с которым тебе нужно было потрахаться, прежде чем выйти замуж за хорошего парня?
– Нет, Холден. Все не так.
– Тогда расскажи мне, как все на самом деле. Кто я для тебя?
– Я люблю тебя. Ты это знаешь. Я влюблена в тебя с тех пор, как себя помню.
– Ты все еще любишь Уоррена?
Я чувствовала, что моя голова вот-вот взорвется от всех этих вопросов. Я порвала с Уорреном и запрыгнула в постель к Холдену, не дав себе времени разобраться, что я делаю. И все же я не хотела лгать. Это только все бы усложнило.
– Я не знаю, что чувствую, Холден. Мне во многом нужно разобраться.
Он оттолкнулся от стола так, что ножки стула заскрежетали по кафелю, и встал.
– Похоже, единственное, что ты знаешь, так это то, что ты хочешь меня трахнуть. – Он указал большим пальцем в сторону коридора, ведущего в его спальню. – Может, мне пойти подрочить, чтобы быть готовым для тебя, когда ты будешь в настроении?
– Холден…
Он провел рукой по волосам.
– Хотя нет. Я лучше пойду приму душ. Леди из 408-й нужно прочистить трубы. Похоже, это все, на что я гожусь в эти дни.
* * *
Позже той ночью я все еще чувствовала себя подавленной, когда выбралась на пожарную лестницу с бокалом вина. От Холдена не было вестей весь день, и я его понимала. Он расстроился. Никому не нравится, когда он словно бы недостаточно важен, чтобы о нем упоминать. В течение сегодняшнего дня я много думала о том, почему солгала Уоррену. И это не имело никакого отношения к Холдену. Мне было стыдно за свои действия, за то, что я не могла подождать двадцать четыре часа после разрыва помолвки, чтобы нырнуть в постель к другому мужчине. Я теряла самообладание, когда дело касалось Холдена Каталано. И хотя я эгоистично наслаждалась преимуществами такого отсутствия самоконтроля, я не переставала думать о последствиях, к которым приводила уступка.
Погрузившись в размышления о том, как теперь все уладить, я сделала несколько глотков вина. Вдруг Холден открыл окно. Он вылез из него и сел с краю, ближе всего к тому месту, где сидела я.
– Привет, – сказал он.
– Привет.
Он опустил взгляд и покачал головой.
– Прости меня за то, как я вел себя сегодня утром.
– Ты тоже меня прости. Клянусь, Холден, ложь Уоррену не имеет к тебе никакого отношения. Я вовсе не собиралась утаивать твое существование. Я не хотела причинять ему боль. И если честно, мне стыдно за отсутствие самоконтроля. Я набросилась на тебя в ту же минуту, как вернулась в Нью-Йорк после разрыва помолвки с женихом. Я не задумывалась о том, что, не контролируя свои эмоции, я причиню вред другим людям. – Я шмыгнула носом, с трудом сдерживая слезы. – Я действовала импульсивно.
Холден просунул руку сквозь прутья пожарной лестницы и погладил меня по щеке.
– Не плачь, милая. – Он улыбнулся. – Твое отсутствие самоконтроля – лучшее, что случалось со мной за очень долгое время.
Я накрыла его руку на своей щеке своей.
– Надеюсь, ты примешь мои извинения.
– Только если ты примешь мои. Я понимаю, что тебе нужно время, и мне не следовало заставлять тебя вешать ярлык на то, что между нами происходит. Ты с самого начала откровенно говорила о своих желаниях. Давай немного повеселимся.
Мои плечи расслабились впервые за сегодняшний день.
– Правда? Ты серьезно?
– Серьезно. – Он поднял палец. – В
