Под знаком белой луны - Ольга Александровна Скоробогатова

— Сама ты тю-тю! — прошептала Милка и покрутила пальцем у виска. — Неужели ты думала, что обманом и подлостью можешь влюбить в себя мужчину?

Мила вышла из подъезда и направилась к метро. Она хотела подъехать к Глебу и все рассказать ему. Но потом подумала, что, если явится к нему в таком виде, он ей не поверит. Решит, что она пустилась во все тяжкие, пока муж зарабатывает деньги для семьи. «Еще подумает, что я пьющая! Он же меня совсем не знает! — рассматривая свое лицо в зеркальце, подумала Мила. — Вот гадина! Как меня разукрасила! Теперь надо не меньше недели, чтобы все зажило. Может, пойти в милицию и снять побои? Засадить на пятнадцать суток?»

Лина ахнула, увидев подругу. Она заметалась по дому в поисках перекиси водорода и зеленки. Потом подошла к Милке и спросила:

— Что с тобой? Кто тебя так избил?

— Ленка! — улыбнувшись, проговорила Милка. Глаз сильно заплыл — и улыбка получилась кривой.

— Ленка? Ты к ней ездила?

— Да. Я не ожидала, что она может так драться! Правда, я ей тоже наваляла, половину волос выдрала заразе!

— И что теперь делать? Тебе же завтра на работу! Дети тебя испугаются!

— Придется идти к твоей матери и просить больничный. Могу же я по-женски немного поболеть!

— Не знаю… Сможет ли мать?

— Я защищала честь ее дочери! Какая мать не пойдет на маленький обман. Поваляюсь у нее в больнице недельку, залижу раны и выпишусь. Не ходить же в таком виде по улицам. Я пока сюда доехала, от меня все шарахались.

— Лучше сиди дома и не высовывайся, я сама съезжу к матери и выпишу тебе больничный.

— Это сложней!

— Я очень попрошу! Мил, ты не обидишься, если я уеду в Крым?

— А почему я должна обидеться? Ты лучше подумай о детях. Они же еще маленькие. Как ты с ними поедешь? Я не могу тебя проводить! Хотя если у меня будет больничный лист…

— Я не сейчас поеду. Чуть попозже. Митя должен прилететь в Москву по делам. Он меня и проводит.

— Он прислал письмо?

— Да. Только это будет через два месяца.

— И сколько ты собираешься там пробыть?

— Месяца два, три… До октября. Погода там хорошая обычно стоит.

— А что тебе вдруг взбрело голову уехать?

— Не могу я тут. Я все время жду Глеба. Все надеюсь, что он одумается и приедет ко мне. А там я успокоюсь. Буду знать, что он в Москве и приехать не может. Понимаешь?

— Понимаю, — вздохнула Мила. — Я хотела к нему поехать и все рассказать! Но мое лицо…

— Не надо! — прошептала Лина. — Он должен сам все понять и принять решение.

— Ты думаешь мужчина способен что-либо понять, если он ревнует?

— Ему помогут. Баба Таня не зря посылает сюда Митю. Она уже все знает и очень переживает за нас.

— Это ты ей написала? — спросила Милка.

— Нет, конечно! Ты же знаешь, кто она…

Глава 42 Ночной гость

В конце июля Глеб стал потихоньку ходить по квартире без костылей. Ему было еще очень тяжело передвигаться без опоры, к которой он привык за три последних месяца, но он старался научиться ходить не хромая, несмотря на ноющую боль: она все еще мучила его, особенно перед дождем. Скоро приедут родители, и он должен быть в форме. Глеб написал им, что Ирина и тесть погибли в автокатастрофе, но о себе решил промолчать. Ему не хотелось волновать их, иначе мать могла сорваться и прилететь в Москву, оставив отца одного в чужой стране. От Ленки не было никаких известий, она словно сквозь землю провалилась, но Глебу это было только на руку, ему очень не хотелось объясняться с ней снова и снова. Правда, иногда ему кто-то звонил и молчал, и он хотел надеяться, что это Лина. Каждый день Глеб думал о ней. Его мучила ревность и обида. Он снова стал плохо спать по ночам, часто просыпался и потом долго лежал без сна. Глеб постоянно вспоминал их встречи в Крыму, ее глаза, волосы, улыбку. Он страдал и, несмотря на то что был очень зол на нее, ничего не мог с этим поделать. Разлюбить ее было не в его силах…

Глеб вышел на работу. После долгого отсутствия его встретили с сочувствием, все приносили ему соболезнования в связи с гибелью жены и тестя, и Глебу вскоре это порядком надоело. Он решил уволиться из института и поискать себе какое-нибудь другое место, потому что не мог видеть эти жалостливые взгляды коллег, зная наверняка, что на самом деле они его вовсе не жалеют, а некоторые даже радуются тому, что он остался без покровителя.

Лето кончалось. Глеб никак не мог найти работу. Его постоянно что-то не устраивало. В конце концов, он решил оставить поиски работы на осень, тем более, что в деньгах он пока не нуждался. У него были кое-какие сбережения, и, немного подумав, он решил не спешить и немного отдохнуть. Может, даже съездить куда-нибудь отвлечься. Его очень беспокоили ночные кошмары, он постоянно видел во сне темную дорогу, огромную белую луну и окровавленную Ирину. Эти сны преследовали его постоянно, успокоительные таблетки не помогали, дошло до того, что он просто боялся засыпать. Он устал ходить по врачам. Но те сочувственно смотрели на него и прописывали очередной антидепрессант. Глеб знал, что должно пройти время, чтобы его психика вошла в нормальное состояние, но для этого ему надо было обрести покой, а этого у него как раз не получалось. Его все время что-то тревожило, и он никак не мог понять что…

Глеб снова проснулся от своего крика. Он встал, включил свет и налил себе воды. Жадно выпив целый стакан, он подошел к открытому окну и вздохнул полной грудью. «Сколько это может продолжаться? — подумал он. Что мне постоянно не дает покоя?» Он снова лег и стал вспоминать свой сон.

…Ему снилась Ирина. Она лежала на дороге с закрытыми глазами, кровь стекала у нее по лицу, она была мертва или ранена. Рядом суетились врачи и гаишники. Тесть и шофер лежали чуть в стороне, накрытые какими-то тряпками. Ему показалось, что волосы зашевелились у него на голове. Он испытывал ужас от этого зрелища! Но, невзирая на леденящий страх, он кинулся к Ирине и приподнял ей голову, пытаясь привести ее в чувство, у него это получилось, она открыла глаза. Ирина посмотрела на него