и глубоко важным. Это не просто влюбленность, это и доверие, и уважение, понимание и поддержка.
Разве не идеальные отношения? Мне кажется, что это так.
Кто бы мог предположить, что они окажутся такими совершенными? Точно не я. А сейчас… сейчас я просто счастлива. Счастлива вот так лежать рядом с Артемом в кровати и смотреть на него.
Когда вспоминаю наше первое знакомство и те неурядицы, которые у нас были в начале, поражаюсь, как наши отношения смогли так волшебно и необычно развиваться. Никогда бы не подумала, что смогу найти человека настолько мне близкого. А ведь Артем смог это сделать, даже несмотря на то, каким он был придурком в прошлом. Сейчас же чувствую себя счастливой и любимой.
Глядя на его умиротворенное лицо и ровные черты, я не могу не улыбнуться. Он выглядит таким прекрасным во сне, что не могу оторвать от него глаз. Вспоминаю, как он вчера все организовал. Это было просто потрясающе. Я была поражена его сюрпризом и тем, как он затащил меня в озеро. Засранец. А то, как я заставила его выйти оттуда, вызывает у меня смешок.
Ну-у, не могу сказать, что это было только ради того, чтобы покинуть воду. Скорее я наслаждалась и жаждала этого поцелуя и того, что последовало после него.
Боже, я больше не девственница. У меня был секс с Артемом. С моим сводным братом. Возможно, многие скажут, что это неправильно, но меня совершенно не волнует их мнение и критика. Если, конечно, они будут, хотя я надеюсь, что этого не произойдет.
Все тело крайне усталое, а внизу ощущается напряжение, но это не мешает мне сиять от счастья.
Думаю о том, как мы проведем сегодняшний день, какие у нас планы. Артем упоминал, что к нам присоединятся его друзья. Значит, они должны скоро приехать.
Я придвигаюсь к Артему ближе, кладу руки на его обнаженную крепкую грудь, нависаю над ним. Мои волосы обрамляют его лицо с обеих сторон. Затем приближаюсь и целую его в нос, после этого в щеки, а потом прижимаюсь к губам.
— Тема, просыпайся, а то мне скучно! — требую нежным голосом, продолжая осыпать его лицо поцелуями.
Он не открывает глаз, но на лице появляется довольная улыбка, настолько широкая, что я невольно улыбаюсь в ответ. Так он на меня влияет.
— Мне нравится этот новый способ пробуждения, — сонным голосом произносит Артем, приоткрывая глаза и пытаясь сфокусироваться на моем лице. — Я думал, что вчера достаточно утомил тебя, но, как вижу, ты полна сил, а значит, готова к большему.
— Что? Что ты имеешь в виду? — озадаченно смотрю на него, а он играет бровями. И тут до меня доходит, на что он намекает. — Нет! Конечно, я не готова!
— Тогда почему ты так рано встала? Всего лишь девять утра, — говорит он, указывая головой на стену напротив, где висят маленькие часы. Черт, даже не заметила их.
— Я выспалась, да и ты говорил, что здесь будут твои друзья. Разве они не должны приехать?
— Они не появятся до обеда, так что можешь еще полежать в постели. Или займись, чем захочешь, — его быстрые пальчики скользят вверх по моим бедрам, легко надавливая на обнаженную кожу, но он останавливается на вершине и начинает ласково гладить спину.
Я тихо смеюсь от этого трогательного жеста. Вместо того, чтобы продолжать меня трогать, он решил остановиться. Похоже, все еще думает, что мне может быть больно. Хотя я вчера трижды сказала, что меня ничего не беспокоит и все в порядке.
Просто есть лёгкое напряжение в мышцах бедер и во влагалище. Скорее это дискомфорт, нежели настоящая боль. Тем не менее, его забота и внимание к моим чувствам очень меня трогают.
Мне приятно, как он обо мне заботится, даже если его осторожность иногда кажется чрезмерной.
— Ну что, ты так и останешься в постели или спустишься со мной?
— Я бы предпочел ещё немного полежать.
Следя за каждым его движением, я замечаю его губы, улыбка которых сводит с ума, и эти безупречные светло-карие глаза.
— У тебя очень милое лицо, — слова вырываются сами по себе, и нахальная ухмылка появляется на его лице. Поэтому я решаю немного сбить его спесь: — Только если ещё брови выщипать, было бы вообще идеально.
Он с удивлением приподнимает одну из своих безупречных бровей и, играя с моим локоном, спрашивает:
— Ты хочешь выщипать мне брови?
— А ты не против?
Он резко отпускает прядь и смотрит на меня с легким удивлением, даже растерянностью на лице.
— Ангелочек, если это не жизненно необходимо, давай не трогать мои брови? Мне они нравятся такими, какие есть.
Боже, дай мне терпения, чтобы не рассмеяться от его реакции. Такое впечатление, будто я попросила его побриться налысо.
— Ох, ну что ж, раз ты против, — говорю я с издевкой и собираюсь повернуться на другой бок.
— Подожди! Я же не сказал, что против, почему ты сразу отворачиваешься? — он нервно проглатывает слюну и, кажется, начинает беспокоиться.
Неужели он действительно готов согласиться только ради моего каприза?
— Да расслабься ты, не собираюсь я трогать твои брови. Они и так у тебя идеальные, — решаю больше не мучить бедолагу и остаюсь в его объятиях.
Еще чуть-чуть, и он бы уже начал нервничать до пота. Забавный.
— Не шути так, у меня вся жизнь перед глазами пролетела.
Теперь я не могу сдержать смех.
— Буду знать, что можно тебя напугать, пригрозив выщипать брови во сне! — смеясь, чмокаю его в нос. Он улыбается в ответ и, подняв руку, нежно гладит мою щеку.
— У тебя после вчерашнего еще болит? — серьезно спрашивает Артем, заглядывая в мои глаза, словно пытается найти ответ раньше, чем услышит его.
Ну вот. Опять начинаем!
— Уже говорила, что всё в порядке! Хватит спрашивать! — оставляю лёгкий поцелуй на его губах, быстро отстраняюсь и поднимаюсь с кровати. — Я спускаюсь вниз. Поднимай свою задницу и пошли завтракать!
— Буду внизу ровно через пятнадцать минут, — проговаривает он, зевая и переворачиваясь на живот. Одеяло скатилось к его ногам, открывая вид на его полуголое тело — невероятно подтянутое и сексуальное. — Пока можешь осмотреться в доме.
Значит так? Ну что ж, Темочка, ты сам напросился!
Тихонько подкрадываюсь к другой стороне кровати и, размахнувшись, изо всех сил шлепаю его сексуальную задницу, прикрытую лишь тонкой тканью боксеров. Звук гулким эхом разносится по комнате, и я прикусываю губу, стараясь не засмеяться. Похоже, я ударила слишком сильно. Но он даже не шевельнулся. Ни звука. Нет, я точно
