перед этим антибактериальными салфетками.
Нет осмотров, болезненных процедур, желто-коричневых синяков на ягодицах и на сгибах локтей. Нет запаха пшенной каши или серо-сизой размазни овсянки на тарелки, нет ненавистного минтая на обед и тушеной, а больше похожей на вареную капусты. Интересно, тот, кто составляет меню для больницы, он когда-нибудь пробовал это есть?
Скосила глаза на Рому. Спит. Измаялся после дороги. Вчера я, пугаясь самой себя, осторожно подлезла к нему под бочок и пробежалась пальцами по животу. Он дернулся, как от удара током. Ого! Значит, если мне аккуратно расположиться рядом, он будет не прочь?
Конечно, о близости не шло и речи, но ведь есть другие способы…
– Извини, малыш, устал сильно, - сказал Ромка, перехватывая мою руку. – Да и не хочется тебя напрягать. У тебя же, наверное… болит?
Я разочарованно отползла под свое одеяло.
– Хватит делать из меня инвалида, - пробурчала, обиженно надувая губы.
– Я просто беспокоюсь, - муж выключил свет.
Через минуту он уже спал. Удивительная особенность. Мне чтобы уснуть, нужно много времени. Особенно если случилось какое-то событие. Не обязательно плохое, достаточно и хорошего. Мозг еще долго обрабатывает картинки, эмоции, выхватывает яркие моменты, наполняет отдельные уголки звуками, музыкой. Всё это шебуршит, искрит, то вспыхивает, то потухает. Остается только терпеливо ждать, когда движение станет медленнее, а импульсы потеряют силу и наконец притихнут.
Смирившись, что сразу не засну, я думала. Думала о том, что завтра надо проверить у Кати комод и шкаф, перебрать вещи и постирать грязное. Разобрать Ромкин чемодан. Хорошо бы испечь клубничный чизкейк.
Мысли прыгали с одного на другое. Вспомнилась Танька. Ой, а я же не сказала Роме, что она беременна!
И тут же картинки из прошлого, когда была беременна Катей я.
Я тогда ужасно хотела малины. И Ромка покупал ее коробочками, а иногда ловил у магазинов бабушек со стаканчиками ягод или ехал в область и катался по поселкам в поисках моей причуды.
Однажды привез желтую. Помню, что сорт назывался ананасный. Огромные ягоды. Сладкие. Спелые.
Но я не смогла ее есть, потому что она, видите ли, колола мне язык и горло. Никогда ни до, ни после беременности у меня таких приколов уже не повторялось. Ела малину, спокойно ела. А вот беременная – не смогла.
Ревела в три ручья. Получалось, как в поговорке - и хочется, и колется.
Ромка утешал, а потом притащил из моего набора пинцет и начал общипывать каждую ягодку. Я чуть не умерла со смеху. Так и сидела со слезами на глазах, то ли от расстройства, то ли от смеха.
Он очищал от косточек арбуз и резал его для меня аккуратными кубиками, а еще ездил на другой конец города за моим любимым шоколадом – с кристалликами соли и кусочками морской капусты. Он продавался только там, в фирменном магазине. Пятнадцать лет назад о доставке еще и речи не было.
Мысли постепенно угомонились, перестали толкать друг друга и выяснять наперебой, какая из них главнее. Ночь всех уравняла.
За окном противными голосами заорали чайки. Каждое утро они слетаются соседней крыши и кружат у наших окон. Так продолжается до осени. Потом птицы по размеру напоминающие гусей, перемещаются ближе к помойке, и уже там устраивают свои разборки.
«Пойду завтрак приготовлю», - подумала я и тихонько, через бок встала с кровати.
Двигалась медленно, боясь боли, но ее почти и не было. Я повеселела. Скоро всё заживет и начнется обычная жизнь. Снова пойду в бассейн, а может быть, и на мягкую йогу.
Я как раз положила на тарелку последний сырник с изюмом и включила кофе-машину, когда на кухню вошел Ромка. Зевнул во весь рот, потер руками лицо.
– М-м-м, какие запахи…
Я подставила щеку, но он будто не заметил. Навис над столешницей, ожидая, когда будет готов кофе. Значит, еще толком не проснулся. Я в это время забросила в прозрачный чайник несколько горошин «Жемчужин дракона» и залила горячей водой. Вдохнула легкий аромат жасмина. Чудесный чай! И нисколечко не горчит.
– Какие планы на вечер?- спросила я, наблюдая, как Рома делает первый глоток.
Сколько раз говорила ему, что это вредно для желудка, только отшучивается.
– Жить вообще вредно.
В общем-то, он прав…
– Может быть, сходим куда-нибудь? В кино? Или просто погуляем…
Ромка тихо зашипел, видимо, обжегся, поморщился, но кофе не отставил.
– Мне сейчас с утра ауди привезут. Там блок комфорта полетел. Надо будет покопаться… Допоздна провожусь.
– Понятно… жаль… Ну ладно, тогда давай сразу запланируем выходные. Не бери, пожалуйста, никого! Ну, вот прям объяви, что не можешь. Никак не можешь! Пойдешь с любимой женой гулять на Елагин остров. Хорошо?
Ромка кивнул, оставаясь ко мне спиной. Потом переставил кружку на стол и принялся поедать один за другим сырники.
***
– Вы меня радуете Юлия Викторовна. Молодец, - сказала мне моя доктор.
Помимо больницы она работала и в семейной клинике. Я здесь оказалась впервые и немножко оробела. «Асклепий» дышал роскошью. Холл, больше похожий на элегантный салон, сверкающий мраморный пол, бронзовые светильники, мягкие кресла цвета слоновой кости. Девушка за стойкой регистрации, с безупречной прической и ослепительной улыбкой, напомнила мне голливудскую актрису. Она была настолько вежлива и внимательна, что я почувствовала себя настоящей королевой.
– Попринимайте витамины, - сказала Наталья Николаевна, строча по клавиатуре. – Нужно помочь тканям восстановиться. Никаких тяжестей. Если кровотечение, боль, что-то необычное, немедленно звоните или пишите мне. Номер у вас есть.
Краснея, я всё-таки спросила, что это на меня за влечение нашло.
– Бывает. Вариант нормы. Но нужно подождать.
– Да-да, конечно, - пробормотала я, отводя глаза.
Господи, сорокадвухлетняя тетка, а смущаюсь, как школьница.
– Психолог нужен? – доктор кинула на меня быстрый взгляд.
– Да… вроде нет. Я справляюсь. Спасибо.
Она кивнула и снова застрекотала по клавиатуре.
– Больничный я вам новый открыла. Через недельку покажитесь, если ничего беспокоить не будет, закроем.
Забрав бумаги, я прикинула, где ближайшая аптека, и вышла из клиники. Настроение было приподнятым. Как хорошо, что мое тело справляется. Сейчас немножко витаминками его подпитаю, вечерними прогулками подбодрю, накормлю полезными, но не вредными вкусностями, а осенью и на море можно рвануть.
Я взглянула на часы – почти пять. В двух шагах от клиники выставка, куда я давно хотела попасть. Мои любимые импрессионисты. Ромка будет сегодня поздно, а значит, успею и картинами насладиться, и ужин приготовить. Нужно только доставку продуктов заказать.
