ними сначала его верхнюю, а затем и нижнюю. Отстранилась, смакуя окрыляющий момент, после чего обвила руками шею Марка и проделала всё то же самое, но уже с языком, мягко пробуя, чувствуя, наслаждаясь.
Давыдов вёл себя как истинный джентльмен. Не наглел, не распускал руки, но всё же заставил её начать задыхаться, когда бережно приобнял лицо и настойчиво переплел из языки.
Эля прервалась на глоток воздуха и ощутила, как внутри всё дрожит, будто плохо застывшее желе. Марк прильнул губами к её виску.
— Какая там у тебя оценка была по шкале легкомыслия? — задумчиво молвил он. — Тройка, вроде, да?
Она согласилась и переместила руки с его плеч на талию. Под мягкой тканью пуловера легко угадывались пружинистые мускулы. Эля попыталась воскресить в памяти то, как он выглядел вчера, повиснув вниз головой на перекладине, и поняла, что это плохая затея. Шкала тут же поползла вверх к критической отметке.
Они потратили ещё час на пустые разговоры и добрались до парка аттракционов под покровом сумерек. Марк предложил начать экскурсию с колеса обозрения. Эля отказалась и повела его к развлечению под названием "Бустер". Он представлял собой стрелу пятидесяти метров в высоту с рядом сидений на каждом из концов. Эта гигантская махина вращалась со скоростью свыше ста километров в час. Эля издали наблюдала за работой огромной конструкции и слышала панические крики тех, кто взлетал и падал вниз. Спонтанная затея попахивала самоубийством — именно то, что нужно.
— Погоди-погоди! — Марк сбавил шаг и свободной рукой начал обыскивать свои карманы. — Разве нам не следует вначале составить завещание?
— Отдашь словесные указания, — отмахнулась от него Эля и с удвоенной силой потащила вперёд. — Шевелись, Нарцисс! Не то опоздаем к запуску.
— Ты меня удивляешь, Лапушка. Кстати, как зовут тебя дети?
— Элеонора Валерьевна. Двигайся же, телега без колёс!
— Элеонора Валерьевна, — мечтательно пропел Марк, — а в тебе тоже дремлет маньячка.
— Я этим хотя бы не хвастаюсь!
Марк купил два билета в небеса у загорелого парня в фирменной кепке, который во всеуслышание расписывал преимущества "Бустера".
Обещался дикий первобытный восторг, ведь в переводе с английского "бустер" означает "усилитель". Так что посетителям парка предлагалось усилить ощущения сегодняшнего вечера, полюбоваться красотами вечерней реки Ангары с высоты пятидесяти метров и вкусить уникальные эмоции.
Кто-то в толпе дал более лаконичную и правдивую оценку этому развлечению: блевотрон. Эля судорожно рассмеялась.
— Ну что, Пуговка, не передумала?
Эля окинула взглядом высоченную пику и смело шагнула вперёд. Оператор тут же махнул им рукой и подозвал к сиденью на правом краю шпильки. Пока они шли, включилась вечерняя подсветка, и всё тело стрелы загорелось ядовитым неоновым светом. Марк помог Эле сесть, загорелый парнишка закрепил у неё на бедрах ремень безопасности и опустил на плечи металлический поручень с мягкой поролоновой накладкой. Она отчаянно зажмурилась и истово принялась молиться всем известным богам.
— Во время работы аттракциона с места не встаём, отстёгиваться не пытаемся, окей? Телефоны лучше убрать поглубже в карман, — проинструктировал оператор и пошёл к пульту управления. Нажал что-то, огни засветились ярче, и громадина ожила.
Эля простилась с жизнью. Она явно не переживет этих покатушек.
Их сиденье поднялось на самый пик высоты и внезапно застыло. Эля обмерла, вцепилась холодеющими пальцами в перекладину на груди и тут же заорала: от малейшего движения сиденье под ними вдруг зажило собственной жизнью и начало потихоньку раскачиваться. Злющий порыв ветра вгрызся в волосы.
— Эй, ты чего? — Марк всмотрелся в её напряжённое лицо, отчаянно зажмуренные глаза и бледные пальцы, впившиеся в поручни на плечах. — Ты высоты боишься?
— Еще как, — с трудом выговорила она, не поворачиваясь.
— Спокойно, Эля, спокойно. Дыши и открой глаза. Вид просто потрясающий.
— Я поверю тебе на слово. Спасибо.
— Если тебе так страшно, зачем мы здесь?
— С недавних пор я не поддаюсь страхам.
— Расскажешь подробнее, когда спустимся?
— Если спустимся, — мрачно предрекла Эля и судорожно всхлипнула, когда кресло под ней опасно зашаталось. Видимо, Марк пошевелился или попытался приободрить её касанием. — Нет, пожалуйста, Марк, пожалуйста, не шевелись, — чуть не плача от испуга, взмолилась она и посмотрела на кавалера.
В его взгляде читалась твёрдая уверенность и негласное обещание самого благополучного исхода, что немного притупило панику.
Они по-прежнему мертвым грузом болтались в воздухе на чудовищной высоте. Очевидно, внизу происходила посадка пассажиров с другого конца стрелы. Эля не могла заставить себя посмотреть вниз.
— Оглядись по сторонам. Вид просто сказочный, — с улыбкой посоветовал Марк.
И она подчинилась, покуда не улетучилась последняя крупица решимости. Объяла глазами тёмно-синий простор городского пейзажа со всеми всполохами цветных огней, что бликами отражались от речной глади. Красиво. Завораживающе. Волнительно. Но чувство страха, которое вышло на передний план ещё в самом начале, не позволяло насладиться изяществом вида. Если бы сиденье под ними не раскачивалось от малейшего шороха или дуновения ветерка, возможно…
Тут аттракцион продолжил своё кружение, и земля стала приближаться с пугающей скоростью. Эля опять зажмурилась, но поняла, что от этого ещё хуже. Мозг воспринял быструю потерю высоты за падение, тело налилось лёгкостью, пульс подскочил до трёхсот ударов в минуту. Наверное.
Внутренности попросились наружу. А потом свалились обратно, потому как начался обратный процесс набора высоты. Стрела раскручивалась с ещё большей скоростью.
Ёкнуло где-то под ложечкой. Эля пообещала себе, что если всё завершится благополучно, она никогда больше не будет принимать необдуманных решений.
Сиденье теперь раскачивалось беспрестанно. Шпилька круто спикировала вниз, и на мгновение Эле показалось, что она повисла в воздухе вверх тормашками. Уши заложило. Кровь вскипела от прилива адреналина. Какофония звуков слилась в едином стиле. Грохотала музыка, на разные голоса гомонили пассажиры "Бустера". Даже Марк в какой-то момент прокричал что-то похожее на "Ву-ху-у", выражая дикий восторг. А Эля одновременно радовалась и плакала. Она уже не понимала, где верх, где низ, разноцветные огни иллюминации слиплись в пёстрое пятно. Чудовищный страх вступил в противоборство с отчаянным весельем. Она чувствовала себя пьяной и в то же время невероятно живой. Очень бодрящий коктейль ощущений.
Аттракцион начал замедляться. Из палитры красок перед глазами стали выделяться контуры отдельных предметов. Набор высоты и элементы падения воспринимались слабее. Наконец, они остановились у земли. К ним подбежал оператор. Первым расстегнул Марка, после чего занялся Элей.
Получив возможность двигаться и, главное, опору под ногами, она с трудом отняла спину от кресла и сделала первый неуверенный шажок. Да, это поистине благословение: гравитация, сила трения, все эти земные законы, о которых раньше она никогда не задумывалась и которые начинала ценить с каждой секундой
