мелочь, что связывает нас.
Прервав поцелуй, мы все еще не размыкаем наших губ, и хоть теплое дыхание Кэма согревает мою кожу, я почему-то дрожу. Опускаю пальцы на его грудь, чувствуя быстрое биение сердца под своей ладонью, и в этот момент мне кажется, что на этом свете нет ничего более правильного, чем мы.
За моей спиной открывается дверь, и по тому, как Кэмерон меняется в лице, я понимаю, что это Гарри.
– Выглянул в окно, увидел ваш сериал и решил узнать, все ли в порядке.
– Все хорошо, – отвечаю я.
Гарри продолжает стоять, словно не верит моим словам.
– Забыл, где живешь? – спрашивает Кэмерон.
– Да нет, вроде помню. Твоя девушка, кстати, тоже отлично помнит.
– Гарри! – выкрикиваю я, сжимая кулаки.
– Готов поспорить, что ты кончил, когда услышал, что Энди ушла от меня.
– Хорошо, что ушла своими ногами, ведь ее могли и вынести.
Эти слова равносильны физическому удару – такому, на который Кэмерон не в силах ответить.
– Слушай, – Гарри поднимает руки, показывая, что хочет помириться, – ты ведь понимаешь, что сегодня все могло закончиться плохо? Неужели она и вправду заслужила это? Если ты проявишь хоть капельку смелости и отпустишь Энди, то она сможет уехать отсюда и быть в безопасности.
Качнув головой, Кэмерон переводит взгляд на меня.
– Ты хочешь уехать?
Запустив пальцы в волосы, пожимаю плечами. Раскрываю губы, но ком в горле сжимает мои голосовые связки. Когда мы говорили об этом с Гарри, это было просто словами. Но когда об этом говорит Кэмерон, все становится слишком весомым и реальным.
– Чувствую себя злодеем, хотя, может, так и есть, – невесело усмехнувшись, он сжимает переносицу. – Ты такая дурочка, Банни. Ты не можешь бросить учебу, тем более из-за меня.
Я молчу, потому что мне нечего ответить на его слова. Мне стыдно, а внутри просыпается ненависть к самой себе и к своей же глупости.
– Что бы ты ни решила, сначала сдай экзамены. Обещаю, что больше я тебя не побеспокою.
Он делает шаг назад, и с моих губ срывается рваный вздох.
– Кэм, – шагаю навстречу, но его разочарованный взгляд останавливает меня.
– Надеюсь, как хороший друг, ты довезешь ее до дома.
В тот момент, когда Кэмерон уходит, во мне словно с треском разламывается что-то важное. Его машина срывается с места, и я неосознанно делаю несколько шагов за ней. Закрываю дрожащие губы пальцами, дыхание учащается, каждый вдох глубже предыдущего, и от этого мои легкие начинают гореть. Кажется, подступает истерика.
Весь наш трудный путь оборвался за секунду на этой искаженной, уродливой ноте. Сначала я винила в наших неудачах Майка и Фела, затем Блэйка и даже самого Кэма. Все это время я боялась, что такой парень, как Кэмерон Райт, разобьет меня, а в итоге я сама разрушила нас обоих.
31
Комната Энди.
31.05.18. Вечер.
Вы когда-нибудь пытались разлюбить? Бросьте эту затею. Это то же самое, что надоедливая песня, засевшая в голове. Только больно.
Среди недавних вызовов больше нет имени Кэмерона, пропали наши СМС и обмен глупыми фотографиями и колкостями.
Если бы я была в мультфильме, то непременно отправилась бы к злодею, который забрал бы мои чувства взамен на что-то важное. На что угодно. Я готова на всю жизнь отказаться от просмотра фильмов с Райаном Гослингом, от вкусной еды, от любимой музыки и книг. Заберите все, что я люблю. Только вырежьте это ноющее чувство в груди.
Если бы не подготовка к экзаменам, не знаю, как бы я справилась. Все силы уходят на учебу, и это помогает мне отвлечься. Билеты до Кентукки уже куплены и лежат у Келси. Исайя получил повышение на работе и перевод в другой штат. Келси едет с ним, потому что больше не верит в любовь на расстоянии после истории с Максансом, а я еду за компанию, но всего на пару недель. Куда двинусь дальше? Не знаю. Я в растерянности.
Смотрю на Рози, которая собирается в паб, где сегодня будет вечер стендап-комедии. Ее парень Боб выступает в середине программы. «В экваторе» – как выразилась она, и для вечно хмурой Роуз это огромный повод для непривычной улыбки.
– Пойдем со мной, – предлагает Роуз, нанося духи на шею и запястья. – Давай же, будет весело.
– Не сомневаюсь, – я откладываю маркер, которым выделяла важные исторические даты в конспекте. – Но экзамены на носу, мне нужно хорошенько подготовиться.
– Брось, ты скоро свихнешься. Посмотри на это, – она указывает на мусорную корзину и стол, заваленный фантиками от шоколадных батончиков и пустыми банками из-под энергетика. – Если даже я говорю, что ты слишком много времени уделяешь учебе, то стоит прислушаться.
– Ладно, ты права, – закрыв тетрадь, отодвигаю ее подальше. – Ты уверена в том, что тебе нужна такая компания?
– Неважно, ты должна выйти на воздух. Одевайся.
Раздается короткий стук, и Рози, поправив очки на носу, идет к двери.
– Это к тебе, – бросает она и, раскрыв дверь шире, возвращается к зеркалу.
Оборачиваюсь и вижу на пороге Зейна. Облокотившись на косяк, он пробегается оценивающим взглядом по телу Рози и, поправив лямку огромной спортивной сумки на плече, заходит внутрь.
– Привет, бывшая соседка.
– Привет, – поднявшись, стряхиваю с помятой футболки крошки от шоколадного маффина. Зейн оглядывает меня с головы до ног и, сморщив нос, качает головой.
– Я уже сказал вслух, как отвратительно ты выглядишь, или только подумал об этом?
– Она ходит так уже неделю, – отвечает Рози.
– Сочувствую, – обращается к ней Зейн.
Он опускает сумку на кровать, и я понимаю, что там мои вещи. Вряд ли Зейну так понравилось делить со мной крышу, что он решил бросить Кэма и переехать ко мне.
– Как там… – набираю в грудь побольше воздуха, чтобы заставить себя говорить дальше. – Как там Кэмерон?
– В порядке.
Прикусив губу, смотрю на Зейна, а он лишь пожимает плечами.
– Справится, уже взрослый. В любом случае можешь не переживать, он переносит это не так, как я. То есть без огромного количества сигарет и алкоголя. Полностью ушел в работу.
Я с облегчением вздыхаю.
– Не хочу прерывать вашу беседу. – Рози скрещивает руки на груди. – Но, Энди, ты собираешься одеваться или нет?
– Куда собрались?
– В паб, парень Роуз выступает сегодня со стендап-номером.
– Ого, – усмехнувшись, Зейн плюхается на мою незаправленную кровать и откидывается на подушки, даже не снимая обувь, – можно мне с вами?
– Ты и стендап? – не скрываю я скептицизма в голосе.
– Я и паб, – он складывает руки за головой. – К тому же я не хочу
