в 3 раза превосходящим американский1840), защищенным имперскими преференциями, дополненными в 1932 г. 20 % таможенным тарифом1841. Закон о пошлинах на импортные товары от 03.1932 положил конец восьмидесятилетнему периоду свободной торговли Великобритании.
Реакцией Германии, на введение Соединенными Штатами протекционистских тарифов, стало не столько возведение ответных протекционистских барьеров, сколько переход к двухсторонним торговым соглашениям. Особенность Германии заключалась в том, что она была единственной страной сохранившей золотой стандарт де-юре. Именно эта курсовая переоценка марки, приходит к выводу А. Туз, привела к падению германского экспорта с 1931–по 1932 гг. на 30 %, «поскольку большинство важнейших торговых конкурентов Германии благодаря девальвации валюты получили серьезные конкурентные преимущества»1842.
Гр. 38. Девальвация национальных валют относительно их золотого стандарта – 100 %
Отказ от девальвации, представители Рейхсбанка объясняли, опасением вызвать гиперинфляцию, как в 1922 и 1923 гг., кроме этого Рейхсбанк «несомненно, беспокоился о том, что ограниченные резервы валюты сделают его беззащитным в случае спекулятивной атаки на девальвированную германскую валюту. Однако в итоге решающим фактором, – по мнению Туза, – стало влияние девальвации на стоимость германского внешнего долга. Его основная часть была деноминирована в иностранной валюте. Соответственно, снижение стоимости рейхсмарки немедленно привело бы к росту долговых обязательств Германии, выраженных в рейхсмарках. Хотя Английский банк приветствовал германскую девальвацию, США четко дали понять, что желают, чтобы Германия обслуживала свои долгосрочные займы и в то же время защищала свой платежный баланс с помощью мер валютного контроля»1843.
На выбор немцев повлияла и их убежденность в том, отмечал Нойман, что «внешняя торговля может быть средством обогащения более высокоорганизованной нации за счет менее индустриализированной. Такова сущность внешней торговли даже при условии конкуренции… Внешняя торговля при условии свободной конкуренции – это средство перемещения прибыли… Внешняя торговля и валютные манипуляции теперь становятся преобладающими средствами порабощения зарубежных стран»1844. В результате, «вместо того чтобы пытаться выйти из кризиса посредством девальвации и сближения с западными державами, Третий рейх, – отмечает Туз, – снова выбрал курс националистического самоутверждения»1845.
Германия де-юре сохранила золотой стандарт, отменив его де-факто, и перешла на двухсторонние торговые соглашения, основанные на клиринговых и бартерных расчетах. Клиринговая система давала преимущество Германии, поскольку: надежно защищала ее внутренний рынок; позволяла создать свой клиринговый торговый блок и более гибко конкурировать на мировом рынке.
Неслучайно немецкие экономисты «описывали клиринговую систему как самое могущественное средство валютной и торговой политики»1846. Падение германской торговли было вызвано не столько сохранением золотого стандарта, как утверждает Туз, сколько падением всего мирового рынка: германский экспорт в 1930-е гг. упал меньше, чем у стран с девальвированной валютой – Англии, Франции или США. Например, экспорт из США к 1934 г., по сравнению с 1929 г., упал в 3 раза, в то время, как из Германии всего – в 21847.
Вместе с тем Германия была гораздо более чувствительна к падению мировой торговли, чем США или Англия. Причина этого заключалась в том, что доля экспорта промышленной продукции, от общего объема ее производства достигала в Германии 30 %, в то время как в США этот показатель был почти в 3 раза меньше, а Англия, чей показатель достигал 25 %1848, опиралась на свои колонии, включенные в Стерлинговый блок. Не меньшей была зависимость Германии и от импорта: ее промышленность была ориентирована, прежде всего, на переработку импортного сырья в готовые изделия и на их экспорте, поэтому любой сбой в регулярном внешнеторговом обороте угрожал самому существованию государства.
Наиболее сокрушительный удар по Германии, отмечал в 1934 г. Э. Генри, нанесло отторжение от нее Лотарингии: «Лотарингия – естественный источник железной руды для Германии, которая отлично шихтуется с рурским углем. Отход Лотарингии к Франции потряс все здание германской тяжелой промышленности… Вся экономическая система Германии основана в первую очередь на металлургической утилизации угля, на производстве стали… «Могучие «вертикальные» концерны Рурских королей, которые начинаются с угольной шахты, а заканчиваются машиностроительными и электротехническими предприятиями, без собственной базы железной руды находятся как бы в блокаде»1849.
Но с Лотарингией Германия потеряла не только железную руду. «Комите де форж» конфисковал и лучшие сталелитейные предприятия германских концернов в Лотарингии…, которые стоили сотни миллионов марок. «Комите де форж» развил на основе этих приобретений новую мощную французскую стальную промышленность, которая готова проглотить Рур с его углем1850. «Франция начала железную блокаду Германии, и в этом кольце уже задыхается Тиссен», ««Комите де форж» организует единый фронт всех национальных групп, чтобы сократить производственные и экспортные нормы Рура и задушить тиссеновское и крупповское производство стальных изделий…»1851.
Но Тиссен «не может также бесконечно отступать перед Францией, – отмечал Э. Генри, – Слишком велики его производительные силы; его уголь нуждается в рынках; его гигантские стальные предприятия и сверхмощные машины должны приносить прибыль и оплачивать амортизацию. Он должен освободиться от этих цепей, он должен расчистить себе путь любыми средствами, во что бы то ни стало. Он должен прорвать кольцо французской блокады…»1852.
Экспорт для Германии, подчеркивал Э. Генри, это вопрос жизни и смерти: «Германская машиностроительная промышленность может продать только треть своей продукции внутри страны, электротехническая – несколько больше. Рур должен поэтому открыть или пробить путь на мировой рынок… Он может добиться этого лишь в ожесточенном состязании с другими странами, которые производят и экспортируют те же товары, – в первую очередь, с Англией и Америкой»1853. «Экспорт – одна из важнейших потребностей Германии…, – подтверждал Тиссен, – обеспечение удовлетворительного экспорта Германии было бы единственным прочным базисом благосостояния страны…, что бы жить на своей земле, восьмидесятимиллионный народ нуждается в экспортной торговле»1854.
Обострение англо-американского соперничества дало шанс для развития германского экспорта. Например, в 1934 г. Лондон пошел на подписание платежного соглашения с Берлином, по которому последний получал серьезные валютные льготы1855. Британские уступки привели к проникновению Германии не только на рынок Англии, но и на рынки Латинской Америки, и Британской империи. К 1936 г. экспорт из Германии в Великобританию вырос в 4 с лишним раза, по сравнению с 1933 г1856. Германия уверенно выдавливала Англию и с европейского рынка. К 1937–1938 гг. Германии удалось полностью оттеснить Англию в возе металлических изделий в Италию и Швейцарию, и занять главенствующее положение в импорте Португалии, Голландии, Бельгии, Дании, Швеции и Норвегии1857.
Политика экономических уступок Англии в отношении Германии подстегивалась активностью США в этом вопросе. Так, в конце 1936 г. Вашингтон пытался сепаратно договориться с Берлином, за счет предоставления ему средств для стабилизации экономики. Англия в ответ усилила политику «умиротворения» Германии, с начала 1937 г., надеясь достигнуть с ней собственного
