примеры, когда мелькитов также именовали и «греками», отталкиваясь от их конфессиональной, а не языковой принадлежности. К примеру, в хартии антиохийского князя Раймонда де Пуатье, датированной апрелем 1140 г., под «греческими клириками» (canonici Graecos), фигурируют свидетели, носящие откровенно мелькитские имена: «Михаил, сын Мелькима» и «Авраам, сын Сукара». См. De Roziere E., ed. Cartulaire de TEglise du Saint-Sepulchre de Jerusalem, Collection des documents inedits sur l'histoire de France. — Paris, 1849. — № 89, P. 176–177. В 1183 г. князь Боэмунд III передал командорству госпитальеров в Латакии сервов из числа «греков, армян, латинян и евреев» (Graecos, Armenos, Latinos et Judaeos). Здесь также под «греками» вероятно подразумеваются мелькиты, т. к. к X в. большую часть «греков» как в самой Антиохии, так и на прилегающих сирийских землях (в т. ч. в Латакии), составляли не грекоязычные, но сиро- и арабоязычные румы. См. Rohricht R., ed. Regesta Regni Hierosolymitani. — Innsbruck, 1893. — № 633, P. 167–168. Бернард Гамильтон, в своей монографии «Латинская Церковь в государствах крестоносцев. Секулярная церковь», выдвинул предположение, что традиция именовать «сирианами» исключительно мелькитов характерна только для Иерусалимского королевства, в то время как на севере, в пределах княжества Антиохийского, из-за обилия сиро- и арабоязычных христиан-миафизитов, мелькитов предпочитали именовать «греками», во избежание путаницы с сиро-яковитами. При этом, в качестве примера, Гамильтон также ссылается на вышеуказанную хартию князя Боэмунда III от 1183 г. См. Hamilton В. The Latin Church in the Crusader States. The Secular Church. — London, 1980. — c. 7, P. 160.
Латинскому определению «Sudani» и прецедентам его применения к различным христианским конфессиям Сирии посвящена отдельная работа Жосефа Насраллы. См. Joseph (Nasrallah). Syriens et Suriens II Orientalia Christiana Analecta. — 1974. — № 197. — P. 487–503. В современной литературе определение «мелькит» чаще всего используется именно для обозначения сиро- и арабоязычных православных христиан (если же речь не идет о XVIII–XXI вв., когда это определение относится исключительно к ближневосточным греко-католикам). Этой же традиции будем следовать и мы, именуя арабоязычных и сироязычных православных «мелькитами», грекоязычных (там, где эта идентификация возможна) — «греками».
127
См. ниже: Глава I, раздел 1.1.
128
Кристофер МакЭвитт, в своей монографии по христианскому Востоку эпохи крестовых походов, отмечает, что Антиохия была, пожалуй, крупнейшим центром грекоязычных христиан в Леванте XI в. См. MacEvitt С. The Crusades and the Christian World of the East. Rough Tolerance… — P. 8, 32. П.-К. Тодт, в свою очередь, пишет о том, что большая часть «грекоязычных» жителей Антиохии была представлена служилой знатью, воинами и клиром, присылаемым из пределов Ромейской державы. Тем не менее, и он подтверждает, что часть «греков» Антиохии была представлена местным, коренным населением, преимущественно зажиточными семьями, сохранявшими более тесные связи с Византией и, как следствие — эллинскую речь. См. Todt К.-Р. Region und griechisch-orthodoxes Patriarchat von Antiocheia in mittelbyzantinischer Zeit und im Zeitalter der Kreuzzuge (969–1204)… — P. 448–456.
129
Значимое присутствие в Антиохии греческих и сирийских христиан (как мелькитов, так и миафизитов) отмечали многие латинские авторы эпохи крестовых походов. По словам Альберта Аахенского, Антиохию населяли «греки, сирийцы, армяне, граждане и мужи веры христианской». Гильом Тирский оставляет практически идентичное описание: «греки, сирийцы, армяне и подобные им, мужи исповедовавшие христианскую веру». Канцлер Готье, в свою очередь, пишет о «латинянах, греках, сирийцах, армянах, странниках и пилигримах». В описании Вильбранда Ольденбургского, видевшего Антиохию уже в XIII в., население города кажется еще более пестрым — «франки и сириане, греки и иудеи, армяне и сарацины», однако упоминание о греках и сирийцах сохраняется. Стоит отметить, что практически во всех перечнях «греки» упоминаются либо первыми, либо вторыми, что может быть расценено как косвенное свидетельство значимости их общины в Антиохии, по крайней мере — в поздневизантийский период и в годы правления крестоносцев. См. Alberti Aquensis. Op.cit. — Lib. IV, с. 23, P. 282; Guillaume de Туг. Op.cit. — Lib. V, с. 19, P. 224; Galterii Cancellarii. Op.cit. — I Bell., art. 1, P. 83; Wilbrandus de Oldenborg. Op.cit. — P. 171. Подробнее о населении Антиохии в период второго византийского правления (969–1084 гг.), в особенности о соотношении и сосуществовании мелькитов и сиро-яковитов см. Cheynet J.C. The Duchy of Antioch after the Byzantine reconquest // East and West in the Medieval Eastern Mediterranean. Antioch from the Byzantine Reconquest until the End of the Crusader Principality. — Leuven, 2006. — P. 8–12.
130
Рауль Канский, видевший Латакию в начале XII в., пишет о ее жителях исключительно как о «греках», не упоминая о каких-либо других населявших город народах. Ордерик Виталий пишет о том, что население Латакии состояло из «греков и сирийцев», верных византийскому императору. Наконец, Гильом Тирский описывает Латакию как «древний, благородный город, расположенный на берегу моря, и населенный верными. Из всех городов Сирии, лишь он один признавал власть греческого императора». См. Radulfo Cadomensi. Op.cit. — с. 144, P. 707; Orderic Vitalis. Op.cit. — Pars III, Lib. X, c. 11, P. 251–253; Guillaume de Tyr. Op.cit. — Lib. VII, c. 16, P. 301. Также известно, что в Латакии была и сиро-яковитская община. Она явно не была многочисленной, т. к. там не было сиро-яковитской кафедры, однако Михаил Сириец упоминает о том, что в городе была церковь «православных» сирийцев (т. е. миафизитов). См. Michel 1е Syrien. Op.cit. — Vol. III, Lib. XIX, c. 7, P. 339.
131
Медников H.A. Указ. соч. — С. 374.
132
Соколов И.И. Избрание архиереев в Византии IX–XV вв. (Историко-правовой очерк). Избрание патриархов Александрийской церкви в XVIII и XIX столетиях. — СПб: «Издательство Олега Абышко», 2004. — С. 100. Хотя, опять же пользуясь обобщенным правилом, приведенным Соколовым, избрание и поставление архиереев должно было «совершаться и в те города, которые издавна имели многолюдное население, а потом лишились его по обстоятельствам политического значения». См. Ibid. Т. е. наряду со свидетельством о сохранявшейся многолюдности города, действующая епископская кафедра порой могла свидетельствовать и о сугубо-формальном, титулярном значении кафедры, которую стремились сохранить любой ценой, не считаясь с действительным количеством паствы.
133
Естественно, говоря об автокефалии и «автокефальных митрополиях и архиепископиях» Антиохийского Патриархата, мы используем ныне вышедшее из употребления значение этого определения — то есть не административно-независимую Поместную Церковь, но епархию, выведенную из
