Я начала обзванивать самых близких друзей, которые не оставляли нас в тяжелое время. Оказалось, кто-то собирался Новый год встречать в ЦДЛ, кто-то с родными, кто-то по традиции — только дома. Моя любимая сестра Муза и ее муж Миша, которые всегда приходили на помощь в трудные для Виктора дни и которых Витя очень любил, не смогли приехать.
Отпали все: Абик Штейн с Ириной, Рувим Курс с женой и даже Володя Тихвинский с Наташей, которые вначале очень хотели встретить Новый год с нами. Я просила приехать к нам моих двух одиноких подруг — и те не смогли приехать по каким-то причинам.
Откровенно говоря, для меня отказ друзей приехать (не важно, по каким причинам) был маленьким ударом.
Мы с Витей украшали елку, пока Ксюша (шестилетняя дочь Драгунского. — Ф. Р.) спала, чтобы удивить ее утром, и я убеждала Витю, что к нам обязательно кто-нибудь приедет.
— Они ведь обещали! — врала я бесстыдно.
Я накрыла стол на нескольких человек, приготовила постели по крайней мере на четырех человек. Я пыталась создать иллюзию ожидания гостей.
В половине одиннадцатого никто не приехал, Витя ждал, я знала, что и в одиннадцать, и позднее никто не появится в нашем доме. Сердце сжималось от боли, когда я смотрела на Витю. Он был мрачен и молчал. Мы сели за стол. Витя и я. Денис (старший сын. — Ф. Р.) встречал Новый год в Москве со своими друзьями.
Мы сидели вдвоем с включенным телевизором, с зажженной елкой. Витя молчал. Я налила ему чуть-чуть вина, подняла свой бокал, поздравила его с Новым годом, пожелала ему всего-всего.
Витя молча отпил глоток вина, ничего не сказал в ответ на мои пожелания. Потом он встал из-за стола, выключил телевизор и ушел наверх. Это было ужасно. Мрачный взгляд, молчание и хотя бы слово! Может быть, это было предчувствие конца? Не знаю. Как мне было тяжело!
Дня за два до Нового года, когда я еще надеялась, что кто-нибудь приедет к нам, я загадала: если кто-нибудь приедет или зайдет к нам кто-то из пахринских, то все еще наладится с Витиным здоровьем.
Но никто не пришел.
Я тоже поднялась наверх, убрав все со стола и погасив елку. Зашла к нему в кабинет. Там было темно и тихо…"
В отличие от супругов Драгунских дуэт двух замечательных юмористов Романа Карцева и Виктора Ильченко Новый год встретил в компании, однако веселей им от этого не стало. А все потому, что вечеринка проходила не где-нибудь в Доме кино или ВТО, а в правительственном санатории Барвиха. И народ там собрался самый что ни на есть серьезный — члены Политбюро!
Между тем это приглашение для юмористов оказалось полной неожиданностью: они-то собирались отмечать Новый год в кругу своих родных и близких. Как вдруг за пару дней до торжества их обязали вылететь в Москву. Поселили в гостинице "Варшава" и предупредили: ждите, вас позовут. Они и ждали, практически никуда не выходя из гостиницы. Далее послушаем рассказ самого Р. Карцева:
"31-го нам позвонили, сказали, к десяти вечера быть готовыми. Играть будете "Авас".
В десять вечера черная "Волга" повезла нас в Барвиху. Девственные леса, охрана, голубые ели — и ждите! В концерте принимали участие солист Ансамбля песни и пляски имени Александрова (он пел песни "Родина" и "Эй, ухнем!"), какой-то фокусник (он вынимал платки и деньги из карманов членов ЦК), конферансье, который не шутил, а объявлял номера, и мы с Витей — юмор. Мы попросили показать нам сцену, где будем выступать.
В большом зале стояли столы буквой П, огромная елка, а за ней сцена, вернее, помост — все было сделано так, чтобы артистов не было видно! Мы попросили убрать елку в сторону, но в дупель пьяный электрик заявил, что у него не хватает шнура, и двигать елку нельзя, и вообще пошли вы… и ушел! И мы с певцом и фокусником, на свой страх и риск, принялись двигать елку в сторону, повесили игрушки, но зато нас уже было видно, хотя лучше бы они нас вообще не видели, а мы их!
В половине двенадцатого мы в костюмах поднялись наверх, где в гостиной члены ЦК с женами играли в домино. Дубль два! Дубль пять! Многие были нам знакомы по портретам, хотя выглядели гораздо хуже! Без пятнадцати двенадцать все сидели за столиками, и мы сбоку, а без десяти двенадцать слушали приветствие товарища Подгорного советскому народу. Сам Подгорный сидел тут же и слушал себя!.."
Звездные роженицы
В 1971 году стала мамой актриса Наталья Варлей. Летом 71-го она закончила Театральное училище имени Щукина и попала в труппу драмтеатра имени Станиславского. Сразу получила три главные роли. Однако это не остановило ее в желании родить первенца, хотя коллеги по театру настойчиво ей советовали не спешить. Осенью на свет появился мальчик, которого счастливые родители нарекли Васей. Кстати, отцом новорожденного был Владимир Тихонов — отпрыск звездной четы Нонна Мордюкова — Вячеслав Тихонов (до этого, в конце 60-х, Варлей непродолжительное время была замужем за Николаем Бурляевым). По словам Варлей: "Володя влюбился в меня, когда увидел "Кавказскую пленницу". Он был молодым, сильным, крепким. У нас были общие дипломные спектакли, я играла Снегурочку, он — Мезгиря. Он был очень способный человек, с прекрасными внешними данными, добрый по сути. Володя четыре года ночевал на чердаке, чтобы увидеть, как я прохожу мимо. Но когда мы поженились, он стал ревновать меня к каждому фонарному столбу. Находились люди, которые говорили ему: "Я с ней был". И мы выясняли отношения через день!.."
Скандалы возникали не только по поводу "измен". В частности, Тихонов еще в школьные годы пристрастился к выпивке и наркотикам и не изменял своим привычкам, даже обзаведясь семьей. Порой мужские компании были ему дороже общения с женой, что Варлей, естественно, не устраивало. В итоге все эти факторы и привели к тому, что уже через три месяца Тихонов собрал вещи и ушел жить к матери, Нонне Мордюковой, в ее квартиру на Таганке. По словам очевидцев, за ребенком Тихонов в роддом не поехал — так был зол на жену. А вскоре он и вовсе сбежал от нее в армию.
Тогда же стала матерью и "стервозная пани Тереза" из "Кабачка "13 стульев" — актриса Театра сатиры Зоя Зелинская. Вся страна, внимательно следившая за всеми перипетиями жизни обитателей "Кабачка", была уверена, что Зелинская замужем за своим партнером — затюканным паном Владеком (актер Роман Ткачук). Однако на самом деле у обоих в реальной жизни были "разные половины".
В первый раз Зелинская вышла замуж на последнем курсе ГИТИСа за студента режиссерского факультета Георгия Зелинского. Именно он чуть позже, в середине 60-х, и стал одним из основателей легендарного "Кабачка" и привел туда свою молодую супругу. Но лет через пять они расстались, причем по инициативе Зелинской — она влюбилась в другого мужчину. Им стал журналист-германист, работавший в газете "Известия", Валерий Леднев. По словам актрисы, это была любовь с первого взгляда: Леднев потрясал ее своим умом и великолепной памятью. В этом браке у них родился сын Сергей.
Как вышла замуж Елена Проклова
В том году вышла замуж популярная Киноактриса Елена Проклова. Она в то время училась на первом курсе Школы-студии МХАТ, куда поступила в 16 лет, сдав экстерном экзамены за 9-й и 10-й классы. Поэтому на момент замужества ей было всего 17 лет.
За красавицей Прокловой ухаживали сразу несколько кавалеров, но она сама отдавала предпочтение журналисту Виталию Мелик-Карамову. Однако даже он не ожидал, что Проклова согласится выйти за него замуж в столь раннем возрасте. Получилось это совершенно случайно. Одна из подружек Прокловой внезапно влюбилась в родного брата Елены Виктора (тот учился в архитектурном институте, слыл человеком коммуникабельным и часто собирал на квартире родителей в доме на улице Ермоловой шумные компании). Молодые решили пожениться, и Проклова стала весьма энергично помогать подруге в подготовке к будущей свадьбе. И однажды, во время выбора свадебного платья, Елена захотела… себе такое же. Тем более что у Прокловой была знакомая портниха в Доме моделей, а в шкафу уже лежал материал — совершенно потрясающей красоты гипюр с люрексом. Что еще оставалось? Только одно — стать невестой. Проклова действовала, что называется, нахрапом. Во время очередного свидания со своим возлюбленным она с места в карьер спросила его, есть ли у него черный костюм. Тот ответил, что нет. И тут же спросил: "А зачем мне черный костюм?" — "Потому что я за тебя выхожу замуж", — ответила Проклова, чем сразила своего возлюбленного наповал. Придя в себя, он спросил: "А как же родители?" — имея в виду тот факт, что Елене в ту пору было всего семнадцать лет. На что девушка ответила: "Вот это ты уже бери на себя. Хочешь, чтобы я стала твоей женой, значит, придумай что-нибудь, чтобы они согласились".
И жених придумал: мол, надо сказать родителям, что они уже давно живут вместе. Прокловой эта идея понравилась, и она, не мешкая ни секунды, пошла объясняться с родителями. Далее послушаем ее собственный рассказ:
