этого он связывал с тем, что крестьяне в основной массе не интересовались политикой, вполне поддавались воздействию властей, верили правительству, проявляя безразличие ко всему, кроме вопроса о земле. Крестьянское же движение в губернии, по мнению губернатора, являлось результатом революционной пропаганды. Проблема малоземелья, считал П.А. Столыпин, используется социалистами для внушения крестьянам своего варианта решения земельного вопроса: увеличение крестьянских наделов за счет помещичьих земель.
Конечно, революционная пропаганда оказывала влияние на крестьянскую массу, однако в этот период она лишь начала проникать в сельскую местность. Так, начало деятельности «Объединенной группы социал-демократов и социалистов-революционеров», наиболее крупной революционной организации в губернии, относится к концу 1902 г. Притязания крестьян на помещичью землю определялись не только влиянием революционеров, но и крайней неравномерностью распределения земель в губернии. Это вообще было характерно для П.А. Столыпина – объяснять значительную часть крестьянских выступлений и требования прирезки земли внешними влияниями, находившими благоприятную почву, как считал губернатор, в неграмотной, «темной» крестьянской среде[263].
Задачу власти П.А. Столыпин видел в том, чтобы перехватить инициативу у революционной интеллигенции и предложить крестьянам свой вариант решения земельного вопроса. Большое значение в связи с этим он возлагал на царский Манифест от 26 февраля 1903 г. Между тем документ содержал крайне умеренные предложения. В Манифесте говорилось о необходимости пересмотра законодательства о крестьянах, но при сохранении крестьянской общины, неотчуждаемости надельных земель, правовой обособленности крестьян. Особое внимание П.А. Столыпина привлекло обещание пересмотра деятельности Крестьянского банка с целью обеспечения крестьян дополнительной землей.
В то же время, почувствовав угрозу режиму, таившуюся в недрах русской деревни, он высказал в адрес правительства справедливые опасения, что при обострении земельной нужды пока относительно спокойная масса может обратиться и против землевладельцев, и против администрации, охраняющей их. Стремясь предотвратить такой ход событий, П.А. Столыпин разработал ряд мер по умиротворению крестьян. Намеченные им действия имели весьма широкий диапазон и включали в себя как меры, направленные на подавление и предупреждение крестьянского движения, так и меры по расширению крестьянского землевладения, для чего предлагалось изменить деятельность Крестьянского банка и обратить внимание на необходимость землеустроительных работ. Причем последние мероприятия губернатор ставил в прямую зависимость от первых. «Пока, однако, крестьянский быт не получил переустройства, – подчеркивал он, – администрация Саратовской губернии должна быть неослабно на страже порядка, так как население местами разнуздано, склонно снисходительность считать за слабость и чуть ли не за поощрение со стороны правительства». П.А. Столыпин был убежден, что лишь успокоение в деревне позволит быстро решить земельный вопрос. Репрессивные меры, таким образом, он сделал неотъемлемой частью решения крестьянского вопроса.
19 апреля 1903 г. в местных газетах было издано постановление, которое содержало следующие требования: 1) «воспрещается повсеместно в пределах Саратовской губернии всякого рода сборища и собрания, не дозволенные установленным порядком, независимо от их цели и места»; 2) собравшиеся обязаны по первому требованию полиции разойтись; 3) «всякие вмешательства в действия чинов полиции при исправлении ими обязанностей по службе безусловно не допускается»; 4) виновные в нарушении настоящего постановления подвергаются в административном порядке аресту до 3 месяцев или денежному взысканию до 500 руб.; 5) «настоящее обязательное постановление объявляется населению губернии: в городах Саратове и Царицыне – путем опубликования в местных газетах, в прочих уездных городах, в посаде Дубовка – путем расклейки печатных объявлений, а в селениях – через господ земских начальников на сельских сходах»; 6) постановление это вступает в законную силу со дня его обнародования[264].
Планируемые губернатором действия были выдержаны в духе политики министра внутренних дел В.К. Плеве. С одной стороны, подавление крестьянского движения, как это было в Харьковской и Полтавской губерниях в 1902 г., а с другой стороны – признание существующих проблем деревни и обещание их решить[265]. Полагая, что одной из главных причин волнений в деревне является слабость власти, П.А. Столыпин тут же по приезде в Саратов приступил к укреплению ее репрессивного и административного аппарата. Уже в апреле 1903 г., ввиду тревожного настроения крестьянского населения некоторых местностей губернии, губернатор обратился в Министерство внутренних дел с предложением организовать местную конно-полицейскую команду в количестве 150 человек. Правда, подобное подразделение уже существовало при губернаторе А.П. Энгельгардте, но имело временный характер. Прежний губернатор возбуждал ходатайство о расквартировании в г. Саратове одной или двух сотен казаков, но Военное министерство отклонило его. По мнению же П.А. Столыпина, новая команда должна быть постоянной, вооруженной, мобильной силой, способной быстро преодолевать большие расстояния для подавления крестьянских волнений. Пока же команда не была сформирована, он сумел вытребовать в Министерстве внутренних дел 10 тыс. руб. на формирование временной казачьей команды из 50 человек. В августе 1903 г. были учреждены конно-полицейские команды в Саратовской и в не менее беспокойной Полтавской губерниях. Команда состояла из 3 офицеров и 84 казаков с постоянным жалованьем и зачислением срока службы в срочную службу. Последнее обязательство ставило новое формирование на регулярную основу, превращая его в эффективное и преданное власти подразделение.
П.А. Столыпин стремился укрепить и уездную полицию. В связи с беспокойными настроениями крестьянского населения губернии и систематическими преступлениями против имущества землевладельцев он обратился в Департамент полиции Министерства внутренних дел с просьбой отпустить 1000 руб. на сыскную деятельность. В мае 1903 г. губернатор получил требуемую сумму. Особое внимание он уделял институту земских начальников. В них он видел, прежде всего, противовес противоправной агитации в деревне. В своем отчете о состоянии Саратовской губернии за 1903 г., представленном Николаю II, П.А. Столыпин писал: «Получившая широкое распространение политическая пропаганда, особенно среди юношества, агитация между крестьянами, имевшая успех в местностях с малым земельным наделом, поджоги помещичьих усадеб с целью заставить землевладельцев бросать хозяйство и продавать имения, все эти ненормальные явления должны были остановить на себе внимание губернатора и вызвать ряд мер к скорейшему восстановлению законного порядка… Должен упомянуть о том значительном облегчении для местных полицейских органов, которое последовало с введением внутренней полицейской стражи. Ввиду лучшей обеспеченности стражников сравнительно с прежними сотскими, их возможно набирать из грамотных нижних чинов, притом не из местных крестьян, связанных с населением близкими родственными и другими отношениями, а из пришлых, что благотворно отражается на дисциплине низших органов полиции. При теперешнем отношении вещей есть возможность требовать от полиции и более быстрого раскрытия преступлений, и охраны обывателей от всякого произвола и насилия. Несколько парализует действия стражи лишь то обстоятельство, что она пешая, так как при громадных расстояниях Саратовской губернии на одного стражника приходится местами пространство в 30 верст, что, конечно, делает его иногда совершенно бессильным… Во всяком случае
