— спросила она, когда мы подъехали.
— Это дом, — сказал Максим.
Он открыл дверь и Катя вошла. Остановилась в прихожей, оглядываясь.
— Здесь пахнет цветами, — сказала она.
— Это Вера, — сказал Максим. — Она везде расставляет цветы.
— Красиво, — сказала Катя.
Она прошла в гостиную, остановилась у окна. Смотрела на сад, на туи и фонтан, который тихо журчал в углу.
— Здесь хорошо, — сказала она.
— Здесь твой дом, — сказала я. — Теперь он и твой.
Она повернулась ко мне. В её глазах стояли слёзы.
— Навсегда? — спросила она.
— Навсегда.
Она бросилась ко мне, обняла и крепко прижалась. Я чувствовала её маленькое тело, доверие, её любовь, которая только начиналась.
— Спасибо, — прошептала она.
Я гладила её по голове и плакала. Максим обнял нас обеих и мы стояли так — трое, в нашем доме и новой жизни, которая только начиналась.
Катя быстро привыкла.
Она оказалась умной, любопытной и очень смышленной. Она задавала тысячу вопросов в день, а мы с Максимом наперегонки отвечали. Она любила рисовать, собирать цветы в саду, смотреть мультики по вечерам.
Алина приехала знакомиться через неделю. Я волновалась — как они поладят? Катя была застенчивой с новыми людьми.
Но Алина приехала с подарками — куклой, которую Катя сразу полюбила, и книжкой, которую они читали вместе весь вечер.
— Ты хорошая, — сказала Катя Алине перед сном.
— Ты тоже, — сказала Алина.
— Ты будешь приходить?
— Буду.
— Честно?
— Честно.
Катя обняла её, и я смотрела на них и чувствовала, как сердце переполняется.
— Она чудесная, — сказала Алина, когда мы остались одни. — Вы с Максимом молодцы.
— Спасибо.
— Мам, я горжусь тобой.
— Чем?
— Всем. Ты не побоялась и выбрала себя. А теперь ты даёшь счастье другим.
Я обняла её, обняла свою взрослую дочь, которая когда-то была такой же маленькой, как Катя.
— Я люблю тебя, — сказала я.
— Я тоже тебя люблю, мам.
Эпилог
Эпилог
Годовщина нашего знакомства наступила незаметно.
Я не считала дни, я просто жила с Максимом и Катей. С нашим рестораном, который открылся месяц назад и сразу стал популярным. И нашим домом, который стал домом для троих.
Утром Максим сказал: «Сегодня вечером у нас планы».
— Какие? — спросила я.
— Сюрприз.
— Я не люблю сюрпризы.
— Этот понравится.
Он уехал по делам, а я осталась с Катей. Мы рисовали, гуляли в саду, пекли пирог — тот самый, с вишней, который я когда-то пекла для Алины. Катя месила тесто, пачкалась в муке и смеялась.
— Мама, — сказала она.
Я замерла. Она впервые назвала меня мамой.
— Да, Катя?
— Я тебя люблю.
Я прижала её к себе, чувствуя, как слёзы текут по щекам.
— Я тебя тоже люблю, дочка.
Вечером приехала няня — девушка, которую мы наняли, чтобы иногда выходить вдвоём. Катя сначала не хотела отпускать нас, но потом согласилась, когда я пообещала привезти ей новую книжку.
Максим ждал в машине. Он был в рубашке, без пиджака и выглядел так, что у меня перехватывало дыхание.
— Ты красивая, — сказал он, когда я села.
— Ты тоже.
— Тогда поехали. Тебя ждет шикарнейший сюрприз.
Мы ехали за город. Я смотрела в окно на сосны, которые мелькали за стеклом, и узнавала дорогу.
— Мы едем в тот дом? — спросила я.
— Угадала.
— Зачем?
— Увидишь.
Дом стоял на опушке леса, как и в прошлый раз. Но сейчас на террасе горели огни, стоял стол, накрытый белой скатертью, горели свечи.
— Ты всё это устроил? — спросила я.
— Не я. Мы попросили Киру помочь. Она любит такие вещи.
Мы поднялись на террасу. Стол был накрыт на двоих, рядом играла музыка, та самая, что звучала на свадьбе, когда мы танцевали в первый раз.
— Помнишь? — спросил он.
— Помню. Я тогда боялась, что все смотрят.
— А теперь?
— А теперь мне всё равно.
Он улыбнулся.
— Садись.
Мы сели. Он налил шампанское, поднял бокал.
— За нас, — сказал он. — За этот год.
— За нас.
Мы выпили. Я смотрела на него, огни, лес за его спиной, и чувствовала, как внутри меня растёт что-то огромное, тёплое, невыразимое.
— Вера, — сказал он. — Я хочу тебе кое-что показать.
Он достал из-под стола коробку. Белую, с лентой. Я подумала, что там кольцо, и сердце забилось быстрее.
— Открой, — сказал он.
Я развязала ленту, открыла крышку.
Внутри лежал альбом. Толстый, в кожаном переплёте, с тиснёной надписью: «Наша жизнь».
Я открыла его.
Первая страница — наше фото со свадьбы. Мы танцуем, а я смотрю на него и на моём лице улыбка. Та самая, первая.
Дальше — фото за фото. Мы в его квартире, я готовлю, он стоит рядом и мешает. Мы в горах, на вершине, обнявшись. Мы на стройке ресторана, в касках, грязные, но счастливые. Мы с Катей в первый день, как привезли её домой. Катя рисует, смеётся и спит, обняв Пушу.
Я листала и плакала. Слёзы текли по щекам, и я не вытирала их.
— Это… — я не могла говорить.
— Это наша жизнь, — сказал он. — Год. Самый лучший год в моей жизни.
Я закрыла альбом, прижала к груди.
— Максим, — сказала я. — Я не знаю, что сказать.
— Ничего не говори, просто будь здесь.
Он встал и протянул руку.
— Потанцуем?
Я взяла его руку. Мы вышли на середину террасы и он обнял меня. Медленная музыка, свечи, лес за спиной. Всё как тогда и совсем не так.
— Помнишь, я боялась? — сказала я.
— Помню.
— Я боялась, что это сон и ты исчезнешь. Что я проснусь и снова буду одна.
— А теперь?
Я положила голову ему на плечо и медленно закрыла глаза.
— Теперь я знаю, что это реальность. Моя реальность и самая настоящая любовь.
Он прижал меня крепче.
— Вера, — сказал он.
— Да?
— Я хочу, чтобы ты знала. Ты — самое лучшее, что случилось в моей жизни. Ты сделала меня счастливым, научила меня любить и дала мне дом, семью и дочь. Ты дала мне всё.
— Ты
