шкафа-купе и начал одеваться. Тусклый свет ночника падал ему на лицо, и Кристина успела заметить, что его настроение улучшилось. Он был чему-то сильно рад.
- Ты куда-то уходишь? — тихо спросила она.
- Да.
- Куда? Уже ночь.
- Я не обязан перед тобой отчитываться, куда и зачем ухожу. Сначала делаешь из меня насильника, рыдаешь, как будто тебя изнасиловали вдесятером, а теперь спрашиваешь, куда я? Смешно. Ложись спать.
Вскоре он обулся‚ схватил ключи от машины и вылетел из квартиры, слегка хлопнув дверью. Кристина бросилась в детскую, чьи окна выходили во двор. Саша вышел из подъезда, держа в руках телефон. Прежде чем сесть в машину, он на какое-то мгновение задержался прямо под окнами. Девушка могла поклясться, что с высоты З этажа видит на экране его смартфона россыпь из красных сердечек.
Глава 6
Прошло несколько дней и все было забыто, жизнь шла своим чередом. Муж ходил на работу, потом приходил и снова уходил. Иногда его не было целую ночь, но Кристина все равно продолжала плыть по течению. Она свято верила, что раз Саша уходит ночевать в другое место, значит, так и должно быть, ведь это только ее вина. Иных мыслей у нее по этому вопросу не возникало, на это не находилось сил. Все изменилось внезапно и без особой причины: во время приготовления ужина девушку вдруг посетила догадка. Настолько очевидная, что стало даже немного стыдно: у мужа есть любовница.
Догадка не требовала доказательств, поскольку являлась фактом. Саша спит с кем-то на стороне и не слишком это скрывает. Ему просто все равно, что подумает жена.
«Самое время заставить себя перечитать дневник, - подумала Кристина, - откладывать больше нельзя. По этим записям наверняка станет понятно, как долго длятся измены и что к ним привело. Только узнав, в чем моя ошибка, я смогу все исправить».
Выключив плиту и накрыв крышкой жаркое, девушка отправилась в детскую, достала из комода дневник и села на ковер. Читать решилась не сразу, поначалу просто перелистывала страницы от конца повествования к началу. Так заметила, что за последние полгода изменился даже ее почерк: с того дня, когда она узнала ужасную новость, буквы начали хаотично скакать то вверх, то вниз, больше напоминая кардиограмму, чем письмо адекватного человека.
Найдя тот самый день, самый черный в ее дневнике и во всей жизни, Кристина начала читать. Тут же на глаза навернулись слезы — невозможно было сохранять хладнокровие. В висках стучало и пульсировало: это случилось, это действительно правда. Но были и плюсы: тогда Саша все еще ее любил. Он заботился, волновался, окружал вниманием, целовал и обнимал. Особо трогательной девушке показалась запись о том, как он заворачивал ее в плед, клал себе на грудь и пел детские колыбельные, лишь бы ей только стало получше. А еще в те дни он неустанно повторял, как она важна для него, как дорога, насколько сильно он ее ценит, и что вместе они обязательно справятся с любыми трудностями. Кристина читала дальше, пока через радионяню не услышала, как сын агукает в соседней комнате, где стояла его кроватка. Проснулся. «Значит, нужно его покормить и сменить подгузник, - на автомате проговаривала девушка».
Только пару часов спустя она вновь вернулась к дневнику, который все так же лежал на пушистом ковре в детской. Едва продолжив чтение, увидела на экране смартфона сообщение от Саши: «Буду поздно, много работы». На этот раз девушка четко осознавала причину каждодневных переработок, поэтому решила ничего не отвечать. Раньше бы она непременно написала что-то вроде: «Хорошо, милый! Спасибо, что предупредил. Люблю тебя и жду дома». Теперь подобные ответы казались ей глупыми и наивными, учитывая, что муж никогда их не комментировал, ведь наверняка был занят сексом с любовницей.
Взгляд уловил запись в дневнике, который открылся на случайной странице: «Сегодня Саша снова задержался в офисе допоздна. Бизнес идет в гору, это хорошо. Мы с Ильей ни в чем не нуждаемся. Но мне жалко, что наш любимый папа так много работает. Хотя, может, оно и к лучшему — ни к чему ему видеть меня зареванной и с мешками под глазами... Никак не могу заставить себя не плакать. Просыпаюсь и засыпаю со слезами. Иногда просто хочется исчезнуть, будто меня никогда и не было...».
До возвращения мужа Кристина просидела с дневником в руках. Из чтения ее выдернул металлический лязг ключа в замочной скважине. Помотав головой, чтобы вернуться из воспоминаний в реальность, девушка вскочила на ноги и быстро спрятала дневник обратно в комод.
- Привет, дорогой, - сказала она, выглянув в прихожую. Ее голос немного дрожал. — Голодный?
- Я поел в офисе, - бросил муж, не удостоив Кристину ответным приветствием.
- Пойдешь в душ? — Она не знала, что еще спросить.
- Ага.
Укладывая ребенка на ночной сон, Кристина подумала, что мудрая жена никогда не станет устраивать сцен из-за любовницы. Напротив, постарается превзойти ту во всем. Прежде всего в постели. И тогда у мужа просто не останется поводов изменять. Так что, когда Илья засопел в своей кроватке, девушка порылась на полке с нижним бельем из прошлой жизни и отыскала там красивую черную комбинацию. Новую, с биркой, и дико эротичную. Она покупала ее, когда все еще было хорошо. Тогда казалось, что так идеально будет всегда. Несмотря на сброшенные из-за стресса килограммы, белье, к счастью, все еще было по размеру. Сидело, конечно, не так классно, как раньше, но вряд ли это будет заметно в полумраке, который создавал приглушенный свет прикроватной лампы.
Саша увидел жену из коридора, когда выходил из ванной комнаты. Кристина лежала в соблазнительной позе и зазывно улыбалась. «Сегодня, - думала она, - что бы ни случилось и как бы больно мне ни было, я просто обязана это побороть. И я смогу, обещаю себе».
Муж вошел в спальню, полоснул косым взглядом по лежащей на кровати матери своего ребенка‚ лег рядом и... отвернулся. Он просто сделал вид, что ничего не понял, хотя все было более чем очевидно. Кристина положила руку ему на плечо и прошептала:
- Я хочу тебя.
- Не сегодня, ладно? — В его голосе сквозило неприкрытое раздражение. - Я устал.
- Тогда, может, завтра?
- Посмотрим.
После этого он засунул в ухо беспроводной наушник, давая понять, что разговор окончен.
Глава 7
Страх и отчаянье — все, что ощущала Кристина на следующее утро. Она понимала, что не
