сумасшедшую. Уголок его губ дёргается в надменной ухмылке.
Ну а что? Он привык к тому, что может себе что угодно позволить. И массажисток, и не только. А для меня такие походы дорогие.
Поэтому, когда тяну шею, приходится пользоваться более дешёвыми и простыми способами.
Мне это вообще подруга дарила на день рождения, говорила, что поможет снять напряжение.
И правда ведь! Мышцы быстро отпускает.
– Ты гля на неё, – ржёт Барс. – Дорого? Пташка, да ты любому мужику предложи, он тебя быстро отмассажирует.
– Я не…
– А при этом от меня бегаешь. Сразу бы сказала, что тебя разработать надо.
– Тебе я не доверяю! Ты опасный и… Непонятно куда ты руки будешь совать!
– Поверь, я не промахнусь. В этом я спец.
– Да?
Я с сомнением смотрю на мужчину. Ручищи у него, конечно, огромные. И сильные. Там одного нажатия хватит, чтобы все мышцы раздавить.
Но всё равно, подпускать этого извращенца к себе – плохая идея.
– Ну ты и извращенка, пташка, – скалится Барс. – Прямо с боевым оружием пожаловала. Ублажать себя на зоне собралась? Или как прелюдия?
– Я не… – я поджимаю губы.
– Я думал, у меня арматура серьёзная, но ты, походу, себе в напарники самосвал взяла.
– Что? О чём ты?
– Часто с этим помогатором трахаешься?
У меня распахиваются глаза так широко, что вот-вот выпадут. Сердце гулко трепещет в груди, а после падает куда-то в желудок.
Я чувствую, как меня начинает потряхивать. Кожа горит от внимания мужчины. Вспыхивая, оставляя ожоги внутри.
Я сглатываю, горло сводит спазмом. Мне хочется закричать. Или расплакаться.
Пока не уверена до конца. Но мой фаворит – умереть от стыда. Лучший вариант!
– Это не для этого! – хватаю воздух как рыба. – Это массажёр.
– Ага, – кивает Барс. – Клитор массажируешь?
– Шею! Когда тянет мышцы. Это не для… Это не вибратор.
– Пташка, это охуеть какой огромный вибратор. Хули ты меня разводишь?
Я едва не стону, не зная, как объяснить мужчине, что он просто пошляк. И видит намёки на секс там, где их нет.
Прямо здесь, в этой душной комнате, где уже и так пахнет химической войной, а теперь ещё и моральной казнью.
Не придумав ничего лучше, я подскакиваю к Самиру. Хлопаю его по ладони, выбивая этот злополучный массажёр.
Он падает, продолжая гудеть, и катится под стол. Погибай там, предатель. Подставил меня!
А после удивлённо замечаю, как включается другой режим. Видимо, при падении нажался.
Теперь головка не просто вибрирует, но и двигается чуть. Вверх-вниз. Я раньше не понимала этого режима.
Но, видимо…
Боже, это серьёзно вибратор?!
– Смотрю, ты прям готовилась к поездке, – Самир продолжает издеваться. – Для той, кто так серьёзно собирал вещи, ты слишком долго на мой хуй запрыгиваешь.
– Это массажёр! – вскрикиваю. – По крайней мере, я так думала! Я не… Это мышц… Просто…
– Да? А это для чего? Себя сдерживаешь, чтобы после шести не жрать?
Мужчина поддевает пальцами новый предмет из моего чемодана, и я заливаюсь краской.
Кровь пульсирует, разливаясь по телу. Ноги подкашиваются, и я чувствую, что вот точно умру со стыда.
Потому что на указательном пальце Барс покачивает фиолетовые меховые наручники.
И я не представляю, как объяснить мужчине, откуда они у меня!
Глава 5.1
Жар начинает пульсировать в теле. Заполняет одну клеточку за другой. Лицо начинает полыхать, я буквально ощущаю, как румянец расползается.
Мне кажется, я ещё более красная, чем мои волосы!
Я открываю рот, но тут же его захлопываю. Потому что у меня ни одного адекватного объяснения.
Ноль, просто ноль.
Пусть лучше извращенкой считает, чем узнает правду. Нет, никогда не признаюсь!
– Ну? – мужчина, издеваясь, крутит наручники на пальце. – Расскажи мне о своих фантазиях, пташка. М? К кровати тебя пристёгивать? Или просто руки за спиной, а саму нагнуть и…
– Хватит!
Вскрикиваю, прижимая ладони к лицу. Забудьте, не хочу я быть извращенкой!
Потому что Барс – главный больной. Просто находка для какого-то современника Фрейда. Там целый список болезней и девиаций!
Ох, моя подруга бы с удовольствием про него целое научное исследование организовала.
Только, боюсь, её психологическая помощь мне первой понадобится.
Вряд ли из этой камеры люди здоровенькими выходят.
– Э-это… – я заикаюсь под внимательным взглядом мужчины. – Ну… Для самообороны!
– Отчего ты защищаться планировала? – скалится. – От ванильного секса? Так со мной не заскучаешь. Но арсенал заценил.
– Нет же! Это… А вдруг ограбление? Я заранее всё продумала. Враги врываются, а я уже – оп! – наручнички достала. Всё наперёд продумала.
– Пташка.
– А?
– Скажи мне честно.
Наручники делают ещё один круг по оси, а после Барс резко сжимает их в ладони. Взгляд мужчины становится более серьёзным, удушающим.
Он надвигается на меня, а всё, что я могу сделать – сглотнуть. Паника захлёстывает, накрывает с головой.
Я задыхаюсь от того, что Самир вновь оказывается рядом. И даже убежать не получается, потому что всё равно не поможет.
Эта мысль прошибает разум, заставляя нейроны в мозгу вспыхивать. Сгорать, оседая вязким, зудящим пеплом внутри.
Я запрокидываю голову, стараясь смотреть ему в глаза. Это странно, но я помню это из какого-то мультика.
Что звери не любят, когда им смотрят в глаза. Они сдаются первыми, отворачиваются.
Ладно, может это и бред. И Самир – не зверь, хотя хищник тот ещё.
Но мне нужно хоть какое-то ощущение победы. Что у меня есть маленькая, крошечная власть в руках.
Шанс, что всё не пойдёт по сценарию мужчины.
– Так что тебе сказать?
Уточняю хрипло, наблюдая за тем, как пухлые губы мужчины растягиваются в плотоядную усмешку.
Самир наклоняется ко мне, едва не сгибается, чтобы приблизить лицо к моему. От его близости всё застывает внутри.
Словно тугой леской обхватывает внутренности, сдавливает. И даже вдох получается сделать с трудом.
Мурашки бегут по шее. Хотя… Нет, это не мурашки. Осы! Жалят, оставляя отравленное остриё под кожей.
– Признайся, – дыхание Самир обжигает губы. – Ты сейчас играешь припадочную? Или реально настолько ебанашка?
– Я не ебанашка! – вспыхиваю обиженно. – То, что у меня свой взгляд на жизнь…
– У тебя не взгляд, у тебя, сука, галлюны уже во всю.
– Не обязательно грубить! Если у меня есть
