Двадцать одна изумительная сказка о феях - Селестина Даро

Вдруг Елисей услышал, что плачет какая-то маленькая девочка. Он прислушался, чтобы понять, с какой стороны доносится плач. Всхлипы слышались то справа, то слева, и это сбивало Елисея с толку. Финьку, казалось, вообще не волновал плач маленькой девочки.

— Елисейка, ты чего? — забеспокоилась Единорожка.

— Девочка плачет. Незнакомая, но надо помочь.

— А я ничего не слышу… — сказала Серафина, сбитая с толку.

— Как не слышишь? Вот же, прямо сейчас!

Финька прислушалась, но никакого плача не услышала.

Елисей сделал шаг вперед, полный решимости спасти малышку от непогоды, но Единорожка резко дернула его за руку назад.

— Финь, либо помоги, либо хотя бы не мешай! — взмолился Елисей.

— Так я и помогаю. Я плача не слышу? Не слышу. Может быть, это Фея специально с нами играет, из-за кроны выйти выманивает?

— А если нет, Финь? Как я смогу спать спокойно, зная, что не помог маленькой девочке в трудный час?

Елисей тут же, перестав колебаться пулей вылетел под хлесткие холодные струи дождя. Плача больше не было слышно, зато его уши уловили другой звук. «Фьють!». Елисей мгновенно припал к земле. «Серафинка была права, а я глупый, сердобольный…», — мелькнула мысль у мальчика. Елисей попытался откатиться обратно под крону векового каштана, но, кажется, это не помогло, теперь стрелы попадали и туда, совершенно не касаясь Единорожки. В какой-то момент мальчика настигло отчаяние. Он подумал, что, наверное, теперь стоит использовать сердце Фей, но тут же взял себя в руки, поднялся на ноги и побежал, петляя и прячась за деревьями так, чтобы попасть в него было сложно. Стрел летело много. То тут, то там они попадали в стволы каштанов, в землю, сбивали листья и орехи. Елисей перебегал от дерева к дереву, заранее примечая толстые стволы, за которыми можно было спрятаться.

— Ну все, хватит! Ты слишком прыткий! — внезапно мальчик услышал голосок Каштановой Феи, и поток стрел прекратился. — Ты достоин получить от меня кристалл. Я отпущу тебя с миром.

Взяв голубой кристалл, Елисей на минутку прикрыл глаза и вздохнул. Он устал, ему хотелось есть и спать.

«Всего одно испытание, и Тихомир спасен», — сказал он себе в мыслях.

Через пару минут к нему подбежала Серафина.

— Я подарила мимозы Каштановой Фее! — бодро сообщила она. — Если честно, устала таскать с собой букет.

Елисей понимающе улыбнулся. Он думал, что девочка оставит букет на ближайшем камне еще до первого испытания. Но Финька несла его с собой, и мальчик подумал, что так надо.

История седьмая. Сердце подскажет

— Как же здесь красиво! — восхищалась Единорожка.

На смену каштановому лесу пришли азалии.

— Но аромат этих цветов на деревьях такой противный и навязчивый! — буркнул Елисей.

— Приторно-сладкий, — уточнила девочка. — А мне нравится.

— Надеюсь, последнее испытание не будет сложным. Я уже просто с ног валюсь, — пожаловалась Единорожка. Елисею тоже уже хотелось лечь на притягательно мягкую траву и вздремнуть… Но сердце Фей уже буквально искрило светом, и дети знали, что вот-вот встретят Фею Азалию.

— Красивое дерево, красивое имя, — перечисляла Финька.

— Опасное дерево, опасное имя, — вредничая, вторил ей Елисей.

— И чем это оно опасное? — насупилась Серафина.

— Дерево? Если случайно попробовать лист азалии на вкус, то сердце остановится. Листья азалии ядовиты. Мне мама рассказывала, в школе, где она работает, у них все подоконники в кабинете директора такими заняты.

— О-о-о, — протянула Финька, удивившись.

Теперь она смотрела на листья азалий с опаской.

Внезапно возле них замерцали небольшие магические огоньки, а потом они увидели Фею Азалию.

— Слышала, вы обсуждаете, опасная ли я? — улыбнулась Феечка. — Ну что ж, это не напрасно. Мое испытание опасно. Но, насколько я знаю, это того стоит. Так ведь, Елисей? Запомни: найди мой цветок. Тогда все закончится.

Фея исчезла. Все вокруг стало бесцветным. Кроме Жар-птицы, которая появилась непонятно откуда. Жар-птица пронзительно закричала, и все вокруг вспыхнуло огнём. Елисей и Финька прижались друг к другу, вытащили из рюкзаков воду и намочили носовые платки.

— Я боюсь огня, — признался Елисей и увидев глаза Серафины понял, что и она боится не меньше него.

Сердце Фей запульсировало, и мальчик уцепился за него, как за спасительный тросик.

— Я помогу тебе, Елисей! — медовым голоском пропела Фея Золотого Сердца. — Идите за мной, вас не коснется огонь!

Елисей кивнул, и сердце само поплыло по воздуху между деревьев. Дети быстро шли за ним вслед. Весь лес заволокло дымом, но сердце светилось очень ярко. Местами они шли прямо по горящим упавшим ветвям, огонь трещал, но не причинял им вреда.

Фея вела их к центру леса, где находилась чудесная поляна, украшенная азалиями всех цветов радуги. На этой поляне стоял огромный куст азалий, который светился ярче всего. Фея подошла к кусту и тихонько заговорила на языке природы. Огонь начал утихать, а азалии стали еще ярче и красивее.

Когда все было закончено, Фея Золотого Сердца подошла к Елисею и сказала:

— Ты сделал большое дело, Елисей. Мы ещё увидимся… — Фея послала ему воздушный поцелуй и исчезла. Исчезло вместе с ней и сердце Фей. Елисей с грустью посмотрел им вслед.

Перед ним появилась Фея Азалия.

— Теперь, когда ты собрал все кристаллы, я бы хотела тебя предупредить, Елисей… Перед тем, как звать Водяного, скажи: «Честь по чести, дело сделано. Тот, кому лет двести, оставайся на месте. Тот, кто молод телом и душой, идем со мной». Так Водяной не сможет схитрить, и дать тебе новое задание. Просто отдай ему кристаллы, которые он хотел получить и уходите, не оглядываясь. Подруга твоя взяла ромб хрустальный, он вас из лесу и выведет. К нам в гости наведывайтесь, но на глаза Водяному не попадайтесь, во второй раз не отпустит.

Елисей поблагодарил Фею, запомнил ее слова и пообещал ей сделать так, как она сказала.

Финька вертелась у ближайшего куста азалии из стороны в сторону. Елисей присмотрелся и понял, что девочка зацепилась рогом единорога за одну из веток. Рог из-за пожара из белого стал черным, и потому сливался с ветвями. Мальчик помог Единорожке освободиться, а потом вдруг спросил:

— Финь, а какая у тебя фамилия, а?

— Изумрудова, — прищурилась Серафина. — Я честно тебе ее назвала, поэтому теперь хочу знать и твою.

— Ненаглядный, — ответил Елисей и тут же получил в бок от Финьки. — Эй! Я тоже честно ответил. Елисей Ненаглядный! Это моя настоящая фамилия.

Финька смотрела на него с недоверием.

— Так и знай, приду к вам в лагерь