опекой до полного становления как оборотень. Это необходимо для ее же блага.
Мать посмотрела на меня с вопросом в глазах. Я кивнула, стараясь выглядеть благодарной, но не влюбленной. Это было важно.
— Я согласна остаться под опекой лорда Николаса, — сказала я. — И доверяю ему больше, чем кому-либо еще из оборотней. Лорд Монфор-д'Амори спас меня, и я не виню его за все остальное. Природа оборотней все решила, не мы. Это совершенно иное, нежели просто отношения между мужчиной и женщиной.
Это была правда. Может быть, самая искренняя правда, которую я произнесла за весь этот день.
***
Реакция дозорной группы и старшего Де Вера, который лично явился к нам с новым допросом, была смешанной. Бенджамин смотрел на меня строго, но, когда уходил, заметила в его глазах задумчивую внимательность, которую он умело прятал за маской беспристрастности. Николас поспешил всем покинуть особняк, чтобы дать мне отдохнуть и поговорить с родными наедине. Сам тоже вскоре удалился.
И я вздохнула. Впервые за долгие дни.
Новости о моем возвращении распространились по Руану быстрее, чем я ожидала. К концу дня весь город знал, что мисс Элизабет Лочестер жива и что она — Мивар. По словам Айлы, которую мать наловчила собирать новости в городе лучше всяких шпионов, мы уже знали, что одни восхищались тем, что я выжила. Другие шептались о том, что я была проклята. Третьи просто боялись. Я же мечтала поскорее уединиться у себя в комнате, что и сделала, избегая лишних вопросов от матери и компаньонки. Лишь отец оставил меня без лишних осуждений и разговоров. Мистер Лочестер безоговорочно и свято верил Николасу. Их личный разговор в кабинете развеял все сомнения отца. О чем они говорили там, было неизвестно, но знала одно, папу устроили все доводы альта. Иначе бы он не был так спокоен.
***
Идрис пришел в дом моих родителей на следующий день. Его лицо было маской вежливости, но я видела в его глазах ярость. Он знал, что я предпочла Альта ему. Это было унизительно для гордого Мивара. Но в поведении Де Вера было еще что-то. Это и настораживало, когда Мивар вошел в дом и сразу обнял меня, словно ничего не произошло. Словно я все еще его невеста.
— Элизабет, я рад видеть тебя живой, — сказал он, целуя мне руку, отстраняясь. — Но я должен поговорить с тобой наедине.
Мы вышли в зимний сад на заднем дворе нашего дома. Идрис закрыл дверь и обернулся ко мне с выражением, которое я никогда раньше не видела на его лице. Это была не ярость. Это была боль.
— Ты выбрала его? Сама? — спросил он тихо. — Альта. Мужчину, который не может дать тебе то, что я мог бы дать.
— Идрис...
— Нет, дай мне закончить. — Он сделал шаг ближе. — Я знал, кто ты. Я знал с самого начала. Мой отец рассказал мне о твоей природе. Он хотел, чтобы я женился на тебе, чтобы укрепить наш род. Но я... я должен признаться, Элизабет. Несмотря на все. Я хотел защитить тебя, спасти тебя от самой себя. Я испытываю к тебе искреннюю симпатию и надеялся, что наш брак станет счастливым.
Идрис Де Вер, гордый и надменный Мивар, стоял, бледнея.
— Я не могу быть с тобой и я никого не выбирала, — сказала я, и мой голос был тверд. — Ты не понимаешь в каком оказалась положении. А потому, поступаю как нужно.
Идрис сжал кулаки и кожаные перчатки на его руках скрипнули.
— Я могу решить все. Женюсь на тебе. Для меня не важно, что произошло. Прекрасно понимаю, что ты не могла противиться ему. — Мивар и вовсе отвернулся, сморщившись от боли. Ревность? Я не могла поверить.
Уложив ладонь на плечо Идриса, постаралась его утешить.
— Мы не любим друг друга, Идрис. Как и с Николасом, у нас с тобой нет будущего.
Мивар резко обернулся.
— С ним — нет. Но у нас может быть будущее. — Схватил он меня за плечи и сжал их до боли. — Я докажу это.
— Зачем? — Непонимание заполнило нутро и разлилось страхом в груди. Я поняла, что волк не собирается отступать. А Идрис, порождая еще большие опасения, развернулся и покинул меня. Оставалось только наблюдать за его темной удаляющейся фигурой, которая вскоре вышла за ворота.
Когда я вернулась в дом, Николас уже ждал меня. Вальяжно рассевшись в кресле, он сидел в гостиной, читая газету, в которой была статья о моем возвращении. Большой заголовок гласил: «Мивар, спасенный Альтом: необычная история любви в Руане».
— Они уже придумали нам роман, — заметил Альт, поднимая глаза от газеты на меня. — Это хорошо. Люди любят истории о любви больше, чем истории о спасении. Де Вер отвязался, наконец? — решил дополнить неприятные новости он своим пренебрежением к Мивару.
— Он не собирается отступать, и это настораживает, — ответила честно.
Николас отложил газету и встал.
— Отчего же? Вы красивы, Элизабет. Да еще и носите кровь оборотня. — Николас хмыкнул. — Ну, он так считает. Хорошая партия.
— Тогда нужно обдумать его кандидатуру, — поддразнила я и встала прямо напротив Альта. — И вы даже не поздоровались? Что за манеры?
Николас подошел ко мне ближе, заставляя встретить его взгляд и мощь. А еще напряжение, которое читалось в теле.
— Со мной ты будешь свободна, Элизабет, — серьезно проговорил он. — И это все, что я могу тебе предложить. Постарайся не упустить эту свободу.
Лорд чеканил верные слова, проистекающие из его разума. Глаза же Альта говорили совсем другое. В них горела та же страсть, то же желание, которое я видела в темнице. Только теперь он сдерживался. Для моего же блага. А я неосознанно подалась вперед, ощущая сильную потребность. И к моему разочарованию оборотень отшатнулся, сделал шаг назад.
— Николас, я...
— Не говори, — перебил он. — Не сейчас. Когда ты полностью станешь Миваром, когда брачный период отступит, когда ты сможешь думать ясно — тогда мы все обсудим. А сейчас я должен вернуться к охоте. Город все еще в опасности. Именно об этом пришел сказать. А еще завтра ты начнешь обучение. Я нашел для тебя учителя — одну из Миваров, которая поможет тебе контролировать свою природу пока я буду занят поисками.
— Позволь мне помочь тебе, —
