несмотря на близость, несмотря на то, как нежно держал меня вчера за талию.
Калеб Морвель оставался тем, кто никогда не отпускает контроль.
Я чуть нахмурилась. Он, конечно, заметил.
– Что? – спросил зеленоглазый, слегка склонив голову.
– Ничего, – выдохнула я, но всё равно добавила: – Просто поймала себя на мысли, что ты всё ещё командуешь.
– Я не командую, – спокойно ответил он, поднося пробирку. – Я просто… не умею по-другому.
Калеб делал всё точно, ловко, даже красиво. В данный момент я почти с восхищением следила за ним, игнорируя просыпающуюся внутри тревогу.
– Я понимаю, что это часть твоей сущности, – наконец сказала я. – Но иногда мне хочется, чтобы ты просто… доверился. Отпустил. Хотя бы немного.
Он встретился со мной взглядом, на секунду замер.
– А если я отпущу… ты останешься?
– Эм… я… у меня есть выбор?
– Конечно, есть, – произнёс Калеб медленно, тщательно выговаривая каждое слово. – Я никогда не отбирал у тебя выбор. Ты просто… не воспользовалась им.
Я отпрянула, как будто он ударил. Не силой, а правдой. Тихой, но болезненной. Что значит «не воспользовалась»?
– Ты сам втянул меня в это всё. Я не знала, во что ввязываюсь. Я не знала, чем обернётся наша связь…
Нахмурившись, я наблюдала за тем, как он глубоко вдохнул и поджал губы. Как нельзя кстати, в голове всплыло воспоминание, когда я только попала в дом Морвелей. Тогда я собиралась уйти, но Калеб заключил со мной сделку, условием которой стал обмен крови на помощь в поиске Логана.
Позже, когда я узнала правду, даже не думала уходить из-за лекарства, которое разрабатывает Астория.
Гипотетически, если бы я захотела уйти… он бы отпустил меня? Я бы даже не возражала сдавать кровь… но…
– Каяна, если ты захочешь уйти, я не стану тебя удерживать. Я сам куплю тебе квартиру, которая будет только твоей, обеспечу всем необходимым…
– Нет, Калеб. Если я захочу уйти, ты даже не узнаешь, где я нахожусь, – поправила и сухо улыбнулась.
Он тоже улыбнулся, всем видом показывая, что моя задумка неосуществима. В этом было его преимущество, он думает, что всё контролирует. Меня в первую очередь, и, кажется, у него это отменно получается.
Закончив сбор, я поспешила в рабочий кабинет. Калеб собирался поцеловать меня, но я ловко вывернулась, возвращая здравомыслие, которое за последние дни покинуло мою голову. Неудивительно, ведь он укусил меня, а значит, связь между нами стала сильнее. Я теряла контроль и рассудительность, пару раз сама просила его укусить меня…
Моё тело постепенно перестаёт подчиняться мне… и это до невозможности пугает.
– Чёрт, – тихо выругалась я, располагаясь за рабочим столом.
Лидии ещё не было, но я получила от неё сообщение, что она задержится, и я могу приступать к задачам, которые остались с прошлой недели.
День лениво тянулся, и на обеде я собиралась выйти в кафе, но первокровный поймал меня в коридоре, на пути к лифту.
– На обед?
Я взглянула на него и коротко кивнула. Он уже собрался двинуться следом, но я жестом остановила его.
– Мне не надо составлять компанию. Я люблю обедать в одиночестве, – неожиданно резко после всего того, что между нами произошло, сказала я.
– Каяна… В чём дело?
– Прочитай эмоции, Калеб. Мне нужно… время. Всё завертелось слишком быстро, кажется, моя нервная система не справляется с тем, как стремительно моя жизнь катится к чертям.
Я зашла в лифт, а он остался стоять снаружи. Мне действительно нужно было немного времени, чтобы привести мысли в порядок. И желательно, чтобы мы при этом были порознь.
На улице светило солнце, которое не соответствовало моему настроению. Вздохнув, я пошла прямо к кафе, мечтая воткнуть наушники и хорошенько всё обдумать.
– Мисс Деваль? – на тротуаре затормозил знакомый чёрный тонированный внедорожник, из которого выглянул Берроуз.
– Вас только не хватало, – буркнула я и пошла к машине.
Бесполезно сопротивляться, он всё равно навяжет свою компанию, хочу я этого или нет.
Я забралась внутрь салона, отмечая, что за рулём сидит Шард. Сердце предательски подпрыгнуло. Мы не виделись с того самого разговора на кладбище. Я гнала все мысли о нём подальше, и у меня это даже получалось… до этого момента.
Логан обернулся. Кроме глаз, всё было закрыто плотной тканью одежды. Я уже поняла, что без специального костюма он не может выбираться днём и ему приходится скрываться от лучей солнца.
Астория в дневное время суток вообще не выходит из комнаты или лаборатории, где нет окон.
Как-то она поделилась со мной, что после обращения всё ещё пыталась жить «по старой памяти». Иногда выходила на улицу, особенно в пасмурные дни, когда облака заслоняли солнце. Она продолжала ездить по делам: посещала филиалы Морвелей, собирала кровь, документы, решала вопросы на местах.
По её словам, она всегда была осторожна, ходила в плотной одежде, с зонтом, на всякий случай передвигалась исключительно на машинах с тонировкой.
Но однажды… всё пошло не по плану.
Она поехала в один из удалённых офисов, на улице шёл дождь, и солнца не предвиделось. Но уже по дороге назад лучи внезапно вырвались из-за туч.
Ослепительный, резкий свет ударил по коже, даже одежда не спасала. Астория не успела ничего понять, просто почувствовала, как пылает лицо, как кожа начинает обугливаться. Она бросилась в первый попавшийся переулок, прячась в тени между мусорными баками и старой кирпичной стеной, дожидаясь, пока хоть немного стемнеет.
Тогда повезло, что Калеб быстро забрал её. Ожоги прошли весьма быстро, но, если бы она не среагировала, вполне могла сгореть заживо.
– У тебя какой-то специальный костюм? – кивнула я на обмундирование Логана. – Как ты передвигаешься днём?
– Это всё разработки ИКВИ, – за него ответил Берроуз, довольно ухмыльнувшись. – Я уже думал, вы будете в молчанку играть.
– Что вам на этот раз надо? – складывая руки на груди, я демонстративно отвернулась от Шарда.
– Поблагодарить за спасение детей, мисс Деваль. Признаться, я был приятно удивлён, узнав, что вам удалось найти информацию об их местонахождении.
Юрий широко улыбнулся, и я почти поверила в искренность его слов.
– Правда, я слегка раздосадован, что вы не сообщили мне…
– Какая разница, кому я сообщила, если дети сейчас в безопасности?
– Вы правы. Абсолютно правы. Никакой, – кивнул мужчина. – Просто тогда у нас была бы возможность
