на стол. Жёны Сандра сейчас находились под опекой Ордена Охотников, это было решение Сандра. А вот некоторые другие близкие ему люди, отправились в тайное место. Кроме этого, у неё была Василиса. Маленькая, шестилетняя, чрезвычайно серьёзная ведьмочка-Галактионова, которую Сандр доверил ей лично. Тут расчёт Морганы был особым: кровь сильного Рода вещь редкая, кровь непонятного Рода, в котором переродился Сандр — вещь беспрецедентная. Из этой девочки она вырастит нечто, чего ещё не видели Девять Кругов и Двенадцать Небес. Время у неё было. И терпения хоть отбавляй.
Так. Теперь о Предвечной. Моргана позволила себе небольшое внутреннее ругательство. Не самое страшное, которое могло перерасти в проклятие, а такое, обычное, почти ласковое.
Хитрая сука!
Предвечная объявилась тогда так внезапно, с такой милой улыбкой, что Моргана почти растрогалась. Принесла «предупреждение» о коалиции против Запретного мира. Про Каринтию упомянула. Намекнула, мол, пора бы дочку оттуда забрать. А на самом деле, разумеется, хотела совсем не этого. Хотела, чтобы Моргана, как послушная заботливая мать, бросилась к Сандру и предупредила его о вторжении. То есть Предвечной зачем-то нужно было, чтобы информация дошла до Охотника именно через Моргану. Зачем? Об этом она и думала следующие несколько дней.
Ответ, к которому она пришла, ей не понравился. Дело было не в Сандре. Точнее не только в Сандре. Дело было в том, что Предвечная плела куда более сложную сеть, и каждый узел в этой сети должен был быть прикреплён к конкретному существу, в конкретный момент, конкретным способом. Если бы Моргана сразу же прибежала к Сандру, то это были бы одни последствия. Если бы не прибежала, то другие. И, судя по тому, что Предвечная пошла на риск визита лично, обоих вариантов в её схеме было достаточно.
Моргана выбрала третий. Пошла к Первому Охотнику. И этим, кажется, действительно сломала Предвечной часть её хитрого плана, но только кусок. Всё-таки Верховная Сущность, была хитра. Очень хитра!
И вот теперь самое любопытное. Ведь прямо сейчас, в эту самую минуту, пока Моргана сидела со своим чаем, Предвечная находилась в другом месте Многомерной. В очень специфическом другом месте.
Моргана знала, в каком именно, потому что ну, потому что она Моргана. Это всё, что нужно знать. У Верховной Ведьмы были свои глаза в самых неожиданных уголках мироздания, и большинство этих глаз не знала о её существовании Сама-Знаешь-Кто.
Предвечная была занята. Чем именно, Моргана решила пока никому не рассказывать, даже Первому. Ведь информация — это валюта, а ей всё еще предстоят большие расходы. Главным было то, что внимание Предвечной сейчас отвлечено. На какое-то время и полностью. На дни, может, на неделю по меркам этого мира. И ниточки, оставленные без присмотра, можно было аккуратно подёргать. В частности, ту ниточку, что вела к Костяному Скульптору.
Моргана наконец встала из-за стола.
Костяной в последнее время крупно облажался. Дважды. Сначала с тем самым «вторжением», которое должно было стать его триумфом, а закончилось унижением в исполнении Сандра. Потом с попыткой накрыть Запретный Мир «Мёртвым Солнцем» — где он опять же прогадал. Он потерял сильных союзников в другой Вселенной и сейчас зализывал раны, перегруппировывал силы и убеждал себя, что в следующий раз всё получится.
Да, Предвечная перед уходом, выдала ему невероятную власть над богами Смерти, но это неважно. В следующий раз у него всё равно ничего не получится. Потому что в следующий раз Моргана дёрнет за нить…. И проклятие, что спокойно лежало в нём и которое он так радостно «снимал», сработает. Скульптору будет, как говорится, очень несладко. Но просто дёрнуть нить это полдела. Дёрнуть её нужно красиво и умело, в нужный момент, чтобы максимально усложнить жизнь Скульптору, а вот это уже искусство. Этому нельзя обучить даже в Академии. Этому учатся тысячелетиями на собственном опыте и ошибках. И именно сейчас, прямо сейчас, представился тот редкий, тонкий, ускользающий момент, когда все звёзды стояли так, как нужно ей.
Моргана подошла к окну, выходящему в иллюзорный сад Академии, туда, где младшие ведьмочки тренировались поднимать в воздух перья и ронять в кашу соседки лягушек. Девочки смеялись. Где-то у фонтана наставница Рианна терпеливо объясняла что-то восьмилетней пухленькой ученице. Жизнь шла своим чередом. Маленькая, немного нежная девичья, на фоне той огромной, безжалостной игры, что разворачивалась в верхних слоях Многомерной. Но Моргана любила эти игры. Из-за них, среди прочего, она и вернулась.
Верховная Ведьма глубоко вдохнула и выдохнула. Посмотрела на собственное отражение в стекле и весело, почти по-детски, улыбнулась. Вот только почти сразу эта невинная улыбка сменилась другой. Той самой улыбкой, от которой когда-то, очень давно, разбегались целые войска и трескались стены крепостей. Улыбкой, которую видели несчастные ублюдки в последний раз пятьсот лет назад в одной большой битве в одном маленьком мире, после которой того мира на карте Многомерной больше не значилось.
Верховная Ведьма Моргана нажала на звоночек.
— Алисия, деточка, — сказала она прибежавшей помощнице. — Скажи госпоже Рианне, что она остаётся за старшую. Я снова отлучусь.
— Надолго, госпожа? — осторожно уточнила молодая ведьма, которая уже научилась распознавать оттенки настроения своей начальницы.
Моргана задумалась на секунду, потом ответила почти весело.
— Думаю, это не должно занять много времени.
Она ещё раз посмотрела в окно. Маленькая пухленькая ученица у фонтана наконец сумела поднять в воздух перо. Перо неуверенно покачивалось на уровне её носа, а девочка смотрела на него с восторгом.
Моргана подмигнула своему отражению и исчезла из кабинета. Без вспышки, без звука и без следа. Так, как умела только она, уйдя тропами Ведьм. А где-то далеко, в одном из своих многочисленных доменов, Костяной Скульптор в эту секунду неуверенно поморщился.
Что-то кольнуло в основании его костяного черепа. Совсем чуть-чуть, едва заметно, но он беспечно отмахнулся, списав на усталость, и опять вернулся к своим расчётам по созданию новой армии…
Глава 12
— Любимый мой, ну зачем ты так со мной? Неужели я тебе уже надоела? — с грустью посмотрела на меня Мария.
— Люблю тебя, дорогая! И если что, я не специально, — попытался оправдаться после своих действий.
— Угу, не специально. Спасёшь? — с надеждой смотрит она на меня.
Мне реально хотелось каким-то образом помочь ей, но в то же самое время, насколько часто я себе это не повторял бы и чтобы там со мной ни происходило, я все-таки Охотник. А мы не просто уважаем силу, мы хорошо знаем, для чего
