На чужой земле - Максим Шторм

моя темница не очень-то была на нее похожа. Чересчур просторное, почти круглой формы помещение, больше похожее на природную пещеру. Из которой вел ничем не перекрытый дверной проем в виде большой каменной арки. Не нравился стоящий здесь запах. И более всего не нравилось то, что под моими ногами каменные плиты пола имели четкий геометрический рисунок, напоминающий что-то вроде огромного квадратного люка, а кольца, к которым крепились мои цепи, при более внимательном рассмотрении, оказались частью простейшего подъёмного механизма, лебёдки. Любопытно. И довольно тревожно.

Я мысленно представил, как лебедка начинает вращаться, опуская меня все ниже, а плиты под моими ногами полностью расходятся, открывая провал в глубокую яму. В которой, догадываясь об извращенном чувстве юмора Ухоры, меня может поджидать все что угодно, начиная от озерка из кипящей серной кислоты до логовища какого-нибудь прожорливого, неделю не кормленого чудища. Вроде бы меня собирались скормить кому-то, нет? В голове почему-то всплыло странное имя — Валашка. И я сильно сомневался, что оно принадлежало доброй, любящей внуков и вязание бабушке.

Я еще раз запрокинул голову. Висеть было не очень удобно даже в силовой броне, а руки затекли изрядно, не говоря уже о ноющих плечевых суставах. Все ж таки не совсем привычное для Часового состояние. М-да, повторный осмотр показал, что цепями, на корых я висел, легко можно удержать двух взбешенных мамонтов. Не исключено, что я все же попытался бы с ними что-то сделать, имей хороший упор и не болтайся на них, как свежеосвежёванная туша. А так… Я впустую раскачался, звенящие цепи легко удерживали мою немалую тяжесть.

Можно, конечно, попробовать подтянуться, развести руки в стороны, выполнить парочку акробатических трюков. Но попытка завершится нулевым результатом. Я по-прежнему буду болтаться между потолком и полом. Нет, тут нужен иной подход. Грифон, долбящий меня спящего меж лопаток и упорно призывающий очнуться, что-то проворчал. Я поморщился. Голову внезапно прострелила острая боль.

Чертовски сильно саднил левый висок, а на губах было солоно от спекшейся крови. Внезапно захотелось воды. Вот и настал час проверить в очередной раз ресурсы своего организма. Сколько меня, интересно, собираются тут держать в подобном положении? Что-то мне подсказывало, что совсем недолго. Ухора не будет особо церемониться со мной.

Сначала она хотела видеть меня живым, чтобы поговорить да посекретничать. Но когда убедилась, что я особо не предрасположен отвечать на ее вопросы, решила от меня избавиться, как от потенциально опасного врага. Но не простым и рутинным способом навроде отсекания головы, а распорядившись предать меня на редкость тяжёлой и изнурительной смерти. Ведьма, что с неё взять…

Вот только так просто я подыхать вовсе не собирался. Хрена лысого. Не дождётесь. Я еще свалю отсюда. Мне бы только с этих цепей сорваться…

А вообще с голыми руками да без шлема сейчас особо и не повоюю. Уж больно серьёзные твари обитают нынче в старой герцогской резиденции. Ухора окружила себя теми еще ублюдками.

Итак, что мы имеем? Превратившийся в ледышку, лишенный силы амулет на груди, спрятанные в карман нательной рубашки монету и ключик, беспомощное висячее положение. Да Родового зверя на спине.

Грифон, снова что-то проурчав, казалось, усмехнулся. Сейчас, когда мы были наедине друг с другом и со своими мыслями, он особо не отмалчивался.

— Интересно, почему меня не вытащили из брони… — вслух вопросил я, подивившись хриплости своего голоса. Да уж, глоточек воды сейчас бы совсем не помешал. — Неужели так и не сообразили, как меня выковырять наружу?

Заслышав негромкие приближающиеся шаги, за пределами узницы, я тут же прикусил язык и смежил глаза, чуть склонив голову и притворяясь все ещё не пришедшим в себя. Ко входу в пещеру кто-то уверенно приближался, совершено не таясь. Шел кто-то большой и тяжёлый.

Спустя секунды теряющийся в темноте выход из камеры перекрыла ещё более черная фигура, которую, не обладай я своим зрением, невозможно было бы и различить во мраке подземелья.

Хагер. Твою мать. Ко мне решила заглянуть тварь, которую в данный момент я менее всего хотел видеть. Я расслабленно повис на цепях, осторожно, через сомкнутые ресницы наблюдая за высоченной жуткой фигурой, облачённой в длиннополую кольчугу с наброшенным поверх монашеским плащом.

Он остановился прямо в аркообразном проеме. Казалось, неотрывно смотрит на меня. Без привычной страшной косы. Но не с пустыми руками. И когда я рассмотрел, что он принес с собой, то чуть было себя не выдал. Меч! В своих лапах эта тварь держала мой черный рунный клинок. Вот так дела! Неужели Ухора переменила свое изначальное решение и приговорила меня к скорой смери и послала в темницу своего цепного пса, чтобы он снес мне башку моим же мечом? В принципе, не самый плохой вариант. За исключением того, что я на такое тоже был не согласен. Я весь внутренне напрягся. Грифон, распушив перья, словно приготовился к прыжку.

Хагер, не отрываясь, смотрел на меня. Меч он держал в правой руке, взвалив тяжёлый клинок на плечо и придерживая за железный эфес. В левой руке тварь сжимала ещё какой-то предмет. Шлем. Я вообще отказался что-либо понимать. Если он пришёл убить меня, на кой черт несет мой шлем?

Войдя в камеру, звеня кольчугой и тяжёло ступая обутыми в грубые сапоги ногами, погонщик нечисти остановился передо мной, не дойдя пары метров. Внезапно я ощутил себя своим прадедом из сна под прицелом глаз пришедшего позлорадствовать Владислава Перумова. Но в отличие от давно умершего графа, хагер молчал. И его лица под непроницаемой тенью монашеского клобука не было видно.

Грифон внезапно пребольно обжёг меня, вонзив в кожу раскалённый коготь. Я невольно открыл глаза и чертыхнулся. Ну спасибо, любезный, удружил… Но Грифон, как выяснилось, никогда ничего не делал просто так.

Встретившись со мной невидимым для меня взглядом, хагер застыл невозмутимой кошмарной фигурой. Я, весь подобравшись, мрачно смотрел на него в упор, не отводя глаз. Что ж, пусть так. Но это существо не дождётся от меня ни слова пощады на губах и ни малейшей дрожи в коленях.

Протянув левую руку, хагер швырнул прямо мне под ноги стальной шлем. Бронированный шишак, упав на каменную плиту, звякнул. Я неверяще посмотрел вниз и поднял ошарашенный взгляд на чудовище.

Высоченное, оно смотрело на меня, лишь немного задирая голову, хотя подошвы моих железных сапог не доставали до пола почти метр. А затем… Затем произошло то, во что я вообще не мог поверить.

Хагер снял с плеча мой черный меч, перехватил второй рукой и так же бросил