аппарели, и из внутренностей судов наружу хлынули бойцы в броне без опознавательных знаков и выехали несколько штурмовых машин.
Из сотни стволов разных калибров на пляж обрушился свинцовый дождь. Крупнокалиберные пули разрывали на части мелких тварей, вздумавших напасть на людей. Деревья, стоявшие стеной через два десятка метров, падали, спиленные рикошетами.
Канонада выстрелов привлекла монстров покрупнее. Пять крупных рогатых тварей ринулись на берег, но были встречены таким сильным огнем, что их жизни оборвались, едва они прошли несколько метров по песку. Пули вырывали из их туш целые куски плоти.
Из леса, привлеченные шумом, выскакивали все новые хищники, но вскоре их поток прекратился, стрельба стихла, а пляж заволокло едким пороховым дымом. Только двигатели бронированных машин тихо рокотали и гудели сервоприводы их и корабельных турелей.
К концу боя, побелевшие клинки графа утонули в крови, а вокруг него высился небольшой бруствер из трупов мутантов. Кожу лица неприятно стягивала кровь, но граф был доволен. Давно он так не разминался.
Командир отряда слева от графа одиночным выстрелом в голову из увесистого револьвера прикончил выжившего массивного рогача. Затем он огляделся и подошел к Воронову, при каждом шаге звеня гильзами, усеявшими пляж. Это был рослый, русоволосый мужчина, с короткой бородой и усами такого же цвета — бледнокожий уроженец Сибири, бывший гвардеец из Императорского дворца. Компания несколько лет назад переманила его на частную службу Вороновым. С тех пор их вложения несколько раз окупились.
— Ваша светлость, зона высадки расчищена, — пророкотал он глубоким голосом и уставился на графа, словно верный пес в ожидании новой команды.
— Хорошо, — отвечал Воронов. — Оборудуйте плацдарм и выдвигаемся. Путь предстоит неблизкий.
Командир отряда козырнул по старой привычке и пошел вдоль причаливших катеров, отдавая команды своим зычным голосом. Бойцы засуетились, отложили оружие. Часть занялась стаскиванием трупов в кучи, чтобы затем их сжечь, другие бросились таскать ящики с оборудованием для укрепления пляжа.
Граф стряхнул кровь с мечей, сунул их обратно в ножны за плечами, вытер лицо и руки и вытащил из планшета на груди древнюю заламинированную карту. Ему пришлось немало потрудиться, чтобы раздобыть ее в архивах города Нанкин, куда двести лет назад хлынули японские беженцы после разрушения их домов. Подкупил с десяток китайских чиновников и дворян, чтобы вывезти карту из Поднебесной Империи.
На клочке пожелтевшей бумаги была отмечена деревня кузнецов, где и жил искомый мастер.
Воронов взглянул на поредевший лес. Ландшафт сильно изменился с тех пор, как нарисовали эту карту. Но он все равно выполнит задуманное, добьется своего. Вороновы никогда не отступают.
* * *
— Если кто-то из вас еще хоть раз скажет слово на букву «а»… — грозно потрясала в воздухе кулаком Лиза.
Выглядела она не только грозно, но и весьма сногсшибательно. Словно современная представительница древней страны этого мира — Амазонии. В моей рубашке, застегнутой только на верхние пуговицы, босая и в мужских брюках, которые свисали с ее узкой талии, слегка обнажая линию загара ниже пупка.
Я взглянул в сторону своей комнаты. Дверей у нас все еще не было, так что широкий проход открывал хороший обзор на ее внутренности. На накрытый алхимический стол, на заправленную кровать, пару стульев, шкаф с одеждой, половину которого занимали склянки, шкатулки, пакеты и коробки с ингредиентами. Как раз недавно пришла новая поставка от Листницкого, так что шкаф был забит битком алхимией.
Однозначно нужен склад. И где-то поблизости.
Ладно, Лиза не была дурой, а мне не хотелось, чтобы она считала меня мутантом или монстром, который превращается в каменного истукана и с трудом себя контролирует. Расскажу им, кто я такой. А если посмеют хоть с кем-то обмолвиться хоть словом об этом…
— Хорошо, — сказал я, поднимаясь со своего места, и встал под аркой между комнатой и всеми остальными. — Это был не адреналин…
— Я уж догадалась… — скрестила Лиза руки на груди и остановилась прямо передо мной. Заглянула в глаза с вызовом. — Я одна в этой комнате, кто ничего не знает, верно, адреналинщики?
Роман сделал вид, что ничего не слышит, и продолжил пить молочный розовый коктейль. Еще один любитель сладкой бурды. А Славик виновато потупил взгляд.
— Твой брат только догадывается, — ответил я. Он видел, как я применял зелья, видел мой пояс, но был слишком занят спасением сестры, чтобы разбираться со мной. — Так что, перед тем как поведаю правду, вам стоит кое-что знать. Если истина покинет пределы этого жилища по вашей вине, то я вас уверяю: ваши жизни будут сломаны на веки вечные.
— Так уж и навеки! — самоуверенно хмыкнула девушка.
О да, любопытная моя, мне известно множество способов продлить ваши мучения.
Похоже, эта мысль промелькнула в моих глазах, потому что Лиза осеклась и отступила на полшага.
— Ладно-ладно, не надо на меня так смотреть… — зябко поежилась она, на миг напомнив, как испугалась меня после сражения с Витамином.
Жаль, не хотелось такого эффекта. Попробую это исправить.
Я развернулся, подошел к своему столу и сдернул с него покрывало. Лиза ахнула, Славик уставился во все глаза. Под тканью скрывалась почти вся моя лаборатория: ящики с ингредиентами, штативы, колбы, стойка с мензурками, поблескивающая металлом старенькая реторта, а над всем этим высился сияющий медью перегонный куб. В центре стола стояла склянка с магическим зельем из цветка Последней воли, которое я так и не успел выпить.
— Алхимик? — спросила Лиза.
— Настоящий? — усомнился Славик.
— Да, — коротко ответил я.
— И ты тоже об этом знал? — оглянулась Лиза на Романа, а он продолжал делать вид, что не слышит. — Эй, страж закона! Я к тебе обращаюсь!
— А? Что? — с самым невинным видом обернулся мой друг, посмотрел, куда указывал перст Лизы, и тут же изменился в лице, очень сильно удивляясь. — Макс! Ты что, алхимик⁈ Как ты мог⁈ Я не верю своим глазам!
Лиза, глядя на его актерские потуги, только тяжело вздохнула:
— Кто-нибудь, дайте ему статуэтку киноакадемии. Он ее заслужил. Ладно, ясно все с вами… Спасибо, что обрек нас на смерть, Максим Исаев. Теперь, если кто-то узнает, чем ты тут занимаешься, нас казнят.
— Вообще-то, мое зелье вам жизнь спасло в бою с Витамином, — парировал я. — Иначе лежать нам там под руинами, разорванными на части этим чокнутым парнем. Но кстати, насчет смерти. Лиза, у нас есть к тебе одно предложение…
* * *
Мы с Романом быстро изложили суть дела девушке. Уговаривать ее даже не пришлось, стоило только сказать, что под ударом находятся девушки-сироты вроде нее, как она согласилась, не дав нам договорить. Готов поспорить, что перед
