что Калеб не должен здесь находиться. Сейчас должно идти слушание над ним, а он…
– Ты… – я подняла взгляд, осознавая, что он натворил.
– Я ощутил твой страх. Они ничего не хотели слушать, пришлось самому справляться, – спокойно ответил он, будто это не грозило ему куда большими последствиями.
Охранник в форме рявкнул:
– Морвель, отпусти девушку или мы откроем огонь!
Моё сердце сорвалось вниз. Всё просто хуже некуда… Теперь его точно ни за что не отпустят.
– Нет! – всхлипнула я, хватая Калеба за запястье. – Не смейте! Он не сделал ничего! Он просто…
Его ладонь всё ещё была на моей талии, и я чувствовала, как он напрягается, не от страха. Нет. От инстинкта защитить. От желания броситься вперёд, если потребуется.
Я осторожно шагнула в сторону, чуть отступая, но не потому, что хотела отдалиться, а чтобы хотя бы немного сбить напряжение вокруг.
– Всё хорошо… – выдохнула я, скорее себе, чем кому-то ещё. – Пожалуйста… только не стреляйте…
Слева и справа выстроились люди в форме, в руках которых были парализаторы, кто-то уже держал оружие наготове. Я поймала на себе их взгляды холодные и сосредоточенные. Словно я стояла не рядом с человеком, а рядом с бомбой замедленного действия. Уверена, что они не считали Калеба человеком, в отличие от меня.
А ведь всё, что он сделал – просто пришёл ко мне.
– Место происшествия оцеплено! Всем неслужебным лицам немедленно покинуть зону! – раздался голос из громкоговорителя.
Толпа за нашими спинами зашевелилась, кто-то снимал на телефоны, кто-то кричал, звуки сливались в гул. Кто-то из медиков уже подбежал к телу Астории, закрытому курткой. Я отвернулась. Не могла смотреть.
Взгляд выхватил знакомую фигуру высокого темноволосого мужчины. На одно мгновение мне показалось, что это Логан… Сердце на миг сжалось, но через секунду память догнала, напоминая, что это не может быть он.
Наверное, это и есть одна из самых тяжёлых сторон потери… Никогда по-настоящему не отпускать. Видеть близких в чужих лицах, силуэтах, походках… Боль цепляется за воспоминания, обрекая видеть того, кого больше нет, снова и снова, даже когда знаешь, что это невозможно.
Сиард пробирался сквозь ряды охраны, бросая короткие приказы. Его глаза мельком остановились на Калебе, а потом на мне, холодно оценивая обстановку.
Дальше происходило настоящее безумие. Нам велели убраться с площади, полной людей. Тело Астории забрали специалисты службы ИКВИ.
Калеб ясно дал понять, что не позволит нам разлучиться и уводить под конвоем пришлось обоих.
Нас провели через чёрный вход здания суда короткими коридорами, вдоль которых выстроились охранники в форме. Я чувствовала на себе их взгляды: напряжённые, прищуренные.
Комната, куда нас завели, напоминала допросную, только была просторнее и с куда большим давлением в воздухе. Холодные серые стены, металлический блеск ламп и длинный стол в центре. За ним сидели пятеро Верховных. Как на сцене, только вместо актёров мы и вердикт, который в скором времени прозвучит.
Доменик сидел по центру. Холодный взгляд сразу упёрся в Калеба.
– Господин Морвель, вы понимаете, что только что совершили? – отстранённо произнёс служитель, удерживая маску безразличия.
Калеб даже не дёрнулся.
– Я отдаю отчёт своим действиям.
В комнату залетел Берроуз, его дыхание сбивалось, пальцы нервно скользнули по лацкану пиджака. Он быстро оценил обстановку и подошёл к графину с водой, наполняя пустой стакан.
Никто не спешил прогонять его. Служители просто смотрели на руководителя ИКВИ, как на муху, которая случайно залетела в комнату.
– Калеб, ты… ты сошёл с ума?! Ты покинул слушание! Это равносильно признанию вины! – не выдержала женщина лет пятидесяти с короткими седыми волосами, сцепляя пальцы на столе. Я поняла, что это служительница Ваара Диана, с которой разговаривала Лидия.
– Я почувствовал, что Каяна в опасности, – спокойно проговорил Калеб, выпрямляясь и всем видом показывая, что вину он не признаёт. – Вы игнорировали то, что я сказал. Что я должен был сделать? Оставить Каяну, когда ей угрожала опасность?
– Вы нарушили предписание суда, покинули зал без разрешения, более того, оказались на месте преступления в момент убийства! – Доменик вновь взял слово. – Вы хоть понимаете, как это выглядит?!
Моя рука сильнее сжала ладонь первокровного. Я понимала, что он нарушает закон, но всю глубину не осознавала.
– Будь у меня выбор, я бы снова поступил так же.
В комнате повисла тишина. Только на стене тикали часы. Риэль лениво следил за стрелками. Казалось, этот мужчина вообще не заинтересован в происходящем.
– Что ж… похоже, теперь у нас два дела. Ваше слушание… и покушение. – Он перевёл взгляд на меня. – Госпожа Деваль, вы подтверждаете, что выстрел был направлен в вас?
Я кивнула. Медленно.
– Да. Астория… закрыла меня собой. Она знала, что стреляют в меня.
– Ты видела, кто это сделал? – вмешался Юрий, сидящий за столом.
– Нет, – покачав головой, ответила я. – Он был в шлеме…
Сидящие переглянулись.
– Можете детально описать, что происходило?
Зажмурившись, я попыталась воспроизвести картинку в голове. Всё случилось так быстро…
– Мы шли с Асторией к зданию суда, – начала я, чувствуя, как дыхание сбивается. – Она держала в руках кофе, и… смеялась. А потом… Я услышала шум. Кто-то закричал, и я резко обернулась. Там… был мотоцикл. Он ехал прямо на нас, очень быстро. Всё случилось за секунды. Я не успела подумать… схватила Асторию за руку и рванула в сторону. А он… он подъехал ближе… и выстрелил.
Мои пальцы непроизвольно сжались на ткани брюк. Перед глазами вспыхнули образы: Астория, её платье, пятно крови, стеклянный взгляд, теряющий фокус. Я сжала челюсти, чтобы не заплакать прямо сейчас.
– Посмотрите камеры, – отрывисто велел ещё один незнакомец, не поднимая взгляда, обращаясь к охраннику у двери.
Я посмотрела на него. Это был первый осознанный взгляд на мужчину, которого я знала только по имени. Эрих Морвель.
Он ни разу не обратил внимание на сына. Только на бумаги перед собой, выверенными движениями перебирая их и откладывая листы в сторону.
На вид это был мужчина лет пятидесяти, но в хорошей форме. Всё-таки братья Морвель были похожи больше на отца, чем на мать.
– Наш отдел уже занимается этим, – бросил Берроуз, покручивая стакан в руке.
– Надеюсь, ваш отдел справится лучше, чем обычно. Потому что в этот раз убили не просто женщину. Убили ключевую фигуру, носителя информации, возможного рычага. И, что более
