выше, то намеренно задерживаясь у резинки боксеров.
У меня не было возможности подразнить первокровного, поэтому этот момент оказался как нельзя кстати. Ласкать его тело языком и ощущать, как напрягаются мышцы, как замирает дыхание, оказалось… завораживающим. Существо, сильнее меня, попало в мою абсолютную власть, и это будоражило, распаляя желание всё сильнее.
– Каяна, – полувыдохнул, полузарычал зеленоглазый.
– Что? – произнесла я с притворным удивлением, захлопав ресницами. – Ты же играл со мной, значит, и мне можно… Эй! Так нечестно!
Только Калеба справедливость в этом вопросе не волновала. Он подхватил меня и усадил сверху с игривой полуулыбкой.
– Кто здесь говорит про честность? – приподняв бёдра, первокровный освободился от боксеров, спуская их ниже, а после…
Я бы и хотела поспорить, но, когда почувствовала внутри приятное давление, кроме стона с губ ничего не сорвалось. Руки сжались на ягодицах, насаживая меня сильнее и резче.
Калеб толкнул бёдра и переместил руку мне на шею, заставляя откинуть голову. Вторая рука осталась на ягодицах, задавая ритм. В этой позе я ощущала его на всю длину, но никакого дискомфорта не было, лишь растекающееся по телу удовольствие.
Пальцы чуть сжались на горле. Несмотря на сон, я ощущала всё слишком остро. Казалось, что я и не сплю вовсе…
Устав от поцелуев в шею, зеленоглазый притянул меня за подбородок и жадно впился в губы. Я не могла сосредоточиться, внизу живота уже формировался горячий комок.
– Смотри на меня, – хрипло велел первокровный, и вторая рука присоединилась к первой, стискивая ягодицы и ускоряя толчки.
Глаза Калеба подсветились неоновым зелёным светом, которого до этого при оргазмах я не замечала. Он не отвлекался, следил, как хищник, только вместо добычи мой оргазм, который стремительно приближался.
– Ты невероятно красива, Каяна. И я хочу почаще видеть такое твоё выражение на лице…
– Какое… такое?
Он ответил не сразу, продолжая двигаться в своём ритме. Дыхание сбилось, грудная клетка сжалась, в груди запорхало что-то хрупкое и необъяснимое, пока не сорвалось, не вспыхнуло очередной волной.
Мышцы напряглись в один точный момент, и всё внутри замерло на грани, а затем разом отпустило, вспыхнув фейерверком ощущений. Я дрожала, прижимаясь к нему, чувствуя, как сознание растворяется в блаженстве.
Калеб не сводил сияющих глаз, в которых отражались все слишком очевидные реакции моего тела. Его рука ласково обвила мою талию, и он прошептал, уже мягче, с той хрипотцой, которая появлялась в голосе, только когда он смотрел на меня так, по-особенному.
– Вот такое… Когда ты забываешь весь мир. Когда ты только моя.
– Я веду со счётом два ноль. Не хочешь догнать? – прищурившись, я осторожно поцеловала его в челюсть.
– Ну знаешь… тебе я всегда готов уступать. Особенно, если счёт идёт на удовольствие, – усмехнулся Калеб, поднимая руку и обводя пальцем контур моей скулы.
Он поднялся, опираясь на локти, и посмотрел на меня. Взгляд стал мягче, но в глубине ещё играло знакомое озорство.
– Но, раз ты впереди… – голос стал ниже, – я сдаюсь и разрешаю делать всё, что хочешь.
Облизнувшись, я кивнула, довольная тем, что он наконец-то позволяет приступить к изначальному плану.
Удивительно, но во сне не было усталости, как в реальности. Это получается… я подняла взгляд на своего клыкастого хитреца, который наверняка знал больше меня.
– Во сне я не устаю… – протянула я, чуть прищурившись. – Тело не требует перезарядки, как в реальности.
Я задумчиво провела ладонью по его груди, ощущая привычную теплоту под пальцами. Медленно подтянувшись вверх, он посмотрел, не скрывая весёлого вызова в глазах.
– Только после укуса, – подтвердил он. – И да… – он наклонился ближе, касаясь губами моей щеки, – выходит, теперь я могу брать тебя не только в реальности.
– Опасная способность. Придётся пользоваться часто. – Стопы коснулись дна бассейна, когда я соскользнула вниз, чтобы приступить к возвращению долга.
– Только после… – Калеб собирался повторить свои же слова, но я не позволила.
Язык скользнул по головке, медленно двигаясь сверху вниз. Мне нравилось видеть реакцию, которую я вызывала своими губами. Сначала Калеб позволял мне играть с ним, но очень скоро не выдержал и запустил пальцы в мои волосы, вынуждая взять его целиком.
Разрядка наступила довольно скоро, наполнив мой рот тёплой жидкостью. Я вытерла губы и посмотрела на своего первокровного мужчину, который выглядел до одури счастливым.
– Скоро нам просыпаться? – поинтересовалась я, намекая, что не прочь продолжить этот приятный сон.
Калеб быстро ухватил мою мысль и, не говоря ни слова, вытащил меня из бассейна, подхватил на руки и понёс в спальню.
Очень надеюсь, что после такого сновидения я не проснусь с утра уставшей…
Надоедливый звук звонка прорывался сквозь забытье. Кажется, я закрыла голову подушкой, сыпя ругательства на мелодию.
Рядом почувствовались шевеления. Калеб поднялся и, наконец, ответил на звонок. Он вышел из комнаты, чтобы не мешать мне, но я ощутила что-то странное, заставляющее меня разлепить веки.
Тревога полоснула сознание…
Что-то случилось, и я чувствовала, как мой первокровный напрягся, неосознанно посылая мне страх.
Незамедлительно поднявшись, я пошла в гардероб, натягивая на себя первую попавшуюся рубашку и джинсы. С Калебом я столкнулась в коридоре, когда он направлялся ко мне.
– В чём дело? – заглядывая в зелёные глаза, немедля спросила я.
На мгновение он скривился, будто обдумывая, стоит ли говорить мне, но вовремя сообразил, что я больше не потерплю недосказанности.
– Демиан звонил. Дом матери подожгли. Предположительно, пожар начался в лаборатории и распространился дальше.
Я замерла, пытаясь собрать мысли воедино. Реальность обрушилась стремительно, разом напомнив обо всём случившемся..
– Кто-то пострадал?
– Венера цела… но не весь персонал выбрался…
Если бы Калеб не подхватил меня, то наверняка я бы просто осела на пол. Но руки притянули, пальцы зарылись в волосы, а голос приказал посмотреть на него.
– Мы со всем разберёмся, слышишь меня? – улыбка мелькнула на его лице, но я не понимала, как можно улыбаться, когда ничего хорошего не происходит. – Мы вместе, Каяна. Я никуда тебя не отпущу, – добавил он, отвечая на мои непроизнесённые сомнения.
Калеб прав. Мы вместе. Все обиды, вся борьба, что были до этого, перестали иметь смысл.
Калеб Морвель – моя болезнь и моё лекарство, без которого не справиться.
Иногда любовь не приходит тихо. Не просачивается мягко в сердце. Она вырывает дверь с петлями, заставляет задыхаться, отнимает свободу и
