остаемся в Сфере.
Удивить сфинкса – или как там они себя называют? Урра? – задача не из легких. Максиму удалось это только однажды. И вот сейчас – снова.
– Почему?!
– Эйвы хотели, чтобы я остался. Взамен я просил спасти Огницу, и они это сделали. Обещания нужно выполнять.
– Макс, это глупо. Их киберы незаконно увезли тебя с родной планеты, поэтому подобные договоренности не имеют ни юридической, ни моральной силы. Зачем тебе оставаться в Сфере?
– Не знаю. – Максим пожал плечами. – Может быть, затем, чтобы спасти ее?
– От кого? Не от криссов, надеюсь?
– Не от криссов. – Он секунду помедлил. Сомнения и предчувствия, давно роившиеся в голове, наконец оформились в четкие, беспощадные фразы. И тогда он добавил:
– От тех, кто слишком настойчиво ее разыскивает. «Кто владеет Сферой, тот владеет галактикой, хотя бы одной!» – правильно, прайм-гражданин Эш-Раур? Ты был уверен, что не встретишь здесь сородичей. Почему? Эйвы десятки тысяч лет собирают в Сферу разумных, их черные шары прочесывают всю галактику, даже до нашей «периферии» добрались давным-давно – вон сколько здесь потомков землян! А урров, значит, не заметили? Почему такое могло случиться? Не потому ли, что твои предки не жили в нашей галактике? И нет никакого Содружества! Есть сто шестьдесят три звездные системы, завоеванные чужаками. Вами, Шур! Ты мне опять соврал!
Урр вздрогнул. Тряхнул гривой.
– Из верных предпосылок ты сделал неверные выводы, Макс. Но времени для объяснений у нас больше нет. Если ты решил остаться, оставайся. Я уважаю твой выбор и подчиняюсь ему.
Он повернулся к Огнице, протянул ей станнер.
– Возьми. Защищай того, кого любишь.
Вряд ли девушка поняла смысл фразы. Но оружие взяла и кивнула на всякий случай. И она улыбалась! Она радовалась, что не придется лететь к непонятным мирам с черными небесами, изгвазданными тысячами светляков. Огница радовалась, что они останутся в Сфере.
Шур вновь посмотрел на Максима. И медленно, с расстановкой произнес:
– И я надеюсь, что когда наши корабли вернутся сюда, – а они обязательно вернутся! – ты поймешь, что мы не враги.
Он протянул руку. И Максим, не раздумывая, пожал ее.
Эпилог, в котором…
К раструбу, соединяющему шлюзовой рукав и обод станции, Максим и Огница подоспели как раз вовремя. Целая ватага криссов рвалась сюда с обеих сторон кольцевого коридора. Зира распласталась на полу, палила по ним, успев уложить парочку. Но в одиночку под перекрестным огнем ей было не удержаться. Огница подскочила, упала рядом, скомандовала:
– Бей тех, что справа! А я этими займусь!
Зира оглянулась, изумленно уставилась на Максима. – Почему вы вернулись?!
Придумать, что ответить, он не успел, Огница снова опередила:
– Мы не полетим с Урмшуром, мы здесь остаемся. Макс будет правителем всех миров, самым главным! Так ему эйвы сказали. А я буду ему помогать и защищать. – Милостиво добавила: – И ты, если захочешь.
Брови Зиры полезли вверх, под самую челку.
– Правителем?! Думаешь, жабы позволят?
– Зелеными мы тоже будем править. Да стреляй же! Зира поспешно развернулась, выстрелила в осмелевших криссов. Но все же буркнула язвительно:
– Самое время начать ими править. Пока они нас не прищелкнули.
Максим и без подсказок понимал, что да, самое время сделать что-то важное и умное. Но что именно – не знал. Так всегда бывает. И остается только злиться на собственную тупость и беспомощность. Разве это правильно? Девчонки ведут бой с превосходящими силами противника, а он спрятался за их спиной, нос не высовывает из раструба рукава. Вместо того чтобы этого самого противника подчинить, превратить в свою армию. Возможно, он должен встать, выйти к криссам с поднятыми руками, произнести речь, склонить на свою сторону? Но он слишком хорошо помнил, чем закончилась попытка примирить людей и вранов в Брехе. И больше не питал иллюзий о своих способностях миротворца…
Пол под ним вздрогнул, выгнулся, пошел волнами. Максим вдруг увидел залегших в коридоре девчонок сверху, потом их фигуры поплыли в сторону. И тут же шарахнуло понимание: Шур экстренно отстыковывает рейдер! Сейчас рукав шлюза разорвется, и на месте раструба окажется брешь. Дыра в открытый космос!
Он вскочил на ноги. Не удержался на танцующей поверхности, упал на четвереньки. Так же на четвереньках выкатился в круговой коридор, заорал:
– Уходим, быстрее!
– Макс, ты что?! Ложись! – крикнула кто-то из девчонок, он даже не разобрал кто. А может быть, обе, хором?
Он не оглядывался, несся к спасительному отверстию «спицы» и лишь спиной чувствовал, что девчонки подчинились, тоже бегут, отстреливаясь на ходу. Криссы стреляли им вслед широким лучом, так что воздух вокруг звенел от озона и руки немели от касательных попаданий. И левая нога занемела, он выбрасывал ее вперед, как культю, не чувствуя. Но это было мелочью. Главное – уйти подальше.
Он успел пробежать метров сто, когда станция взорвалась пронзительным, неимоверно высоким визгом сирены, мгновенно заложившим уши. И сразу перестала быть невидимой, вспыхнула лилово-алым. А в следующую секунду ураганный ветер ударил в грудь. Неминуемо опрокинул бы, подхватил и унес, если бы Максим не рухнул ничком, вцепившись пальцами в пол. Но пол был слишком гладким, не удержаться, и его все равно поволокло прочь из радиального коридора. И хорошо, что уши заложило, а то бы он оглох от свиста и рева уходящего в пространство воздуха…
Ураган оборвался так же внезапно, как и возник: станция зарастила дыру в своем корпусе. Но сирена продолжала завывать, и лилово-алые блики на стенах становились зловещими. Что происходит за пределами станции, Максим теперь видеть не мог. Успел ли Шур проколоть пространство прежде, чем черные шары сорвались с насиженных мест и рванули на перехват? Он не знал. Но искренне желал сфинксу-урру удачи. В конце концов, Шур был верным, надежным другом. Независимо от того, какие на самом деле замыслы у его пресловутого «содружества».
Максим приподнялся, посмотрел назад. Девчонки лежали неподалеку от него, вцепившись скрюченными пальцами в пол, ошеломленно вертели головой. Но преследователи исчезли, путь к спасению был свободен. По крайней мере, на несколько минут. И они должны были воспользоваться этими минутами по полной программе. То бишь удирать отсюда сломя голову!
– Бежим! – закричал он.
Ох как они бежали! Никогда, даже в школе на зачетах по физкультуре, даже когда в детстве забрел с приятелями на стройку, охраняемую сворой собак, Максиму не приходилось так
