весь 1942 год проводившие карательные операции против белорусских партизан. В ее состав входили в основном украинские полицаи и предатели, дезертировавшие из Красной армии.
В формировавшуюся УПА* включали оуновцев, а также вербовали неграмотную в политическом отношении молодежь. Вербовкой людей занималась специальная СБ. Она была построена по образцу германской тайной полиции (гестапо) и являлась грозой УПА*.
* * *
В «Истории Советского Союза» (книга 6-я), написанной известным итальянским историком Джузеппе Боффа, хорошо разбиравшимся в проблемах СССР, читаем:
«На Украине, занятой ранее немцами, отступавшие оккупанты оставили после себя националистические формирования, которые оказались довольно устойчивыми. Среди них находились и некоторые нацистские офицеры. Острота борьбы видна уже по ее продолжительности… Период наиболее ожесточенных боев растянулся на долгие месяцы 1945 и 1946 годов… Но на Западной Украине борьба была затяжной. Последние очаги сопротивления были подавлены лишь в 1950–1951 годах».
Вполне объективно сказал в своей книге «Серый генерал» о СБ ОУН* французский историк и публицист А. Герэн:
«Люди из СБ были проводниками террора и официальными палачами ОУН* и УПА*. Но этим кровавым делом занимались имевшиеся во всех отделах СБ и подчинявшиеся им специальные вооруженные “группы СБ”, состоявшие из 10–15 человек, которые играли роль карающей руки, а также осуществляли различные задачи внутренней политики и внешние подрывные действия. Но при всем этом главное в СБ – это прежде всего разведка, специальные службы Бандеры.
На каждом организационном уровне УПА* СБ подразделялась на три группы или звена, соответственно, занимающихся сбором информации (или можно еще сказать “открытой разведкой”), шпионажем или контршпионажем».
Вояки под таким претензионным брендом УПА* впервые появились на Волыни, а потом и в других районах Западной Украины. Они были вооружены немецким оружием, многие носили военную форму вермахта. Для спецопераций переодевались в советское обмундирование.
Гитлеровцы не только формировали УПА*, но и вооружали ее. Этим важным делом занималось специальное подразделение центрального абвера – абверкоманда-202. По многим информационным источникам как отечественным, так и зарубежным, УПА* было передано более 700 минометов, 100 тысяч гранат, 80 тысяч мин и снарядов, около 10 тысяч ручных и станковых пулеметов, 26 тысяч автоматов, 22 тысячи пистолетов, несколько миллионов патронов, радиостанции, портативные машинки и другое вооружение и снаряжение.
Фюрер старался обеспечить своих подчиненных всем необходимым и не жалел средств на своих холуев – оуновцев. Наверное, потому, что все еще верил в маниакальную идею «особой» войны. В ней он и его клевреты делали ставку на физическое истребление большинства советских граждан – в основном славян и евреев. Так на совещании руководящего состава вермахта 30 марта 1941 года Гитлер резюмировал: «Речь идет о борьбе за уничтожение… На Востоке сама жестокость – благо для будущего».
Эту самую жестокость и помогали воплощать в жизнь бандиты из УПА* оружием и идеями бесноватого фюрера и его подручных из подразделений СС. Вообще организация СС была построена Гиммлером по принципу ордена Иезуитов. Подобные требования распространялись и на оуновских выкормышей. Устав службы и духовные отправления, предписанные основателем и первым генералом ордена Иезуитов Игнатием Лойолой (1491–1556), служили образцом, который Гиммлер пытался скрупулезно копировать. Высшим законом было абсолютное подчинение. Всякое приказание и распоряжение должны были восприниматься безоговорочно. Оуновская СБ «достойно» приняла эстафету борьбы с «инакомыслящими», с чем читатель познакомиться ниже.
* * *
Факты говорят о том, что союзнические отношения между оуновцами и гитлеровцами не прекращались до самого окончания войны. Так, при разгроме советскими войсками одного крупного отряда УПА* в Кременецких лесах на Тернопольщине в апреле 1944 года вместе с оуновцами были захвачены немецкие военнослужащие численностью 65 человек… Они при допросах рассказали, что их командиры активным образом взаимодействуют с украинскими националистами из УПА*. Один из пленных был более откровенным и признался, что в районе Подкамень немцы перебросили на самолетах через линию фронта курень украинских повстанцев и в помощь им – группу немецких солдат, которые после выполнения специального задания должны были возвратиться назад.
В архивных материалах вермахта сохранился приказ от 8 марта 1944 года командира 13-го танкового корпуса генерал-лейтенанта Гауфе, предписывающий оказывать любую помощь частям и подразделениям УПА* как при формировании, так и при переброске через линию фронта для действий в тылу Красной армии.
Надо отметить, что с началом Великой Отечественной войны на территорию СССР вместе с гитлеровскими поработителями потянулись военные формирования украинских националистов в составе специальных батальонов «Нахтигаль», «Роланд», «Походных групп», полицейских подразделений, переводчиков и прочих приверженцев наследственного для таких людей холуяжа.
Ватикан тоже подсуетился, направляя отряды униатских эмиссаров на освобождаемые от советской власти территории для поддержки митрополита Шептицкого, который все делал для того, чтобы достойно встретить своих новых немецких хозяев. До этого он активно прислуживал другим хозяевам – австро-венграм. Ватикан требовал от Шептицкого создания на бывшей территории УССР, особенно на ее западных землях, униатских экзархатов. Но об этом ненавистнике православия в религиозной сутане и его действиях будет рассказано в следующем материале.
* * *
Во время службы автора во Львове в конце 60-х годов, а точнее 11 октября 1968 года, руководство Особого отдела КГБ СССР по Прикарпатскому военному округу пригласило на встречу нашего коллегу, легендарного разведчика из партизанского отряда «Победители», друга Николая Ивановича Кузнецова майора Николая Струтинского, служившего в то время в УКГБ УССР по Львовской области. Он много рассказал о совместных партизанских рейдах «медведевцев», их острых акциях по уничтожению гитлеровских бонз и о совместной работе с Кузнецовым.
Автор в то время вел дневник, и на встречу со Струтинским пришел с небольшим блокнотом, в который записывал интересные моменты его героических рассказов, в которых ни на грамм не было саморекламы. Говорил он весело, чуть с небольшой хрипотцой – не то от простуды, не то от природы.
В частности, в блокноте есть такая запись:
«Центральный провод ОУН* во главе с агентом гестапо Степаном Бандерой издавал “наказы” о физическом уничтожении советских патриотов. Оуновцы волчьими стаями бродили в прифронтовой полосе, устраивая “Варфоломеевские ночи…”. В последнюю ночь 1943 года в хату одного из селян Никифора Яковлевича Янчука, его жены Марии Александровной, проживавших с детьми – семнадцатилетней дочерью Тамарой и сыновьями Николаем и Сашей, ворвалась стая полупьяных бандеровцев. Хозяин слыл умельцем на все руки. В селе он всем помогал, кто к нему ни обращался. Однако в разговорах с соседями не раз возмущался дикостью немцев и жестокостью своих земляков-националистов. Среди вошедших непрошенных “гостей” он узнал своего соседа Гриця Юсенко, родителям которого тоже оказывал определенные услуги при возведении хаты. Стоял
![Кармилла [сборник] - Джозеф Шеридан Ле Фаню](/uploads/posts/books/421995/421995.jpg)
