Я закусываю губу и киваю.
- Вот об этом вы думать не будете, а я подержу вас в больнице ещё пару дней. Хотите, я запрещу доступ родственников в палату?
Думаю ровно секунду и снова согласно киваю.
- Хорошо. – врач поднимается. – Значит, так и сделаем. И, Эниса, полный покой. Телефон я тоже пока вам не разрешу. Полный покой и сон. Давайте, я вас посмотрю, и будете отдыхать.
Странно, после визита врача я проваливаюсь в сон. Будит меня шум в коридоре. Возмущение медсестры и недовольный голос моего мужа. Вся сжимаюсь. Не хочу его видеть. Но дверь в палату распахивается и входит Камал с огромной корзиной алых роз.
- Я полицию вызову! – чуть не плачет медсестра.
- Да хоть спецназ! – огрызается Камал, захлопывая перед её носом дверь. – Это что ещё за ерунда такая?! Что значит, мне к жене нельзя? – сверкающие яростью глаза, наконец, упираются в меня, тон резко меняется. - Как ты, детка?
Он ставит корзину на пол. Я сжимаюсь, а он продолжает:
- Как же ты меня напугала… - тёплые ладони обхватывают мои скулы и поднимают лицо вверх.
Камал заглядывает в мои глаза и требовательно повторяет вопрос:
- Скажи, что случилось?
- Просто плохо стало… Наверное, из-за курсовой переволновалась. – бубню чуть слышно.
Почему любовница у него, а стыдно мне? Хочется спрятать взгляд и не смотреть в его опасные глаза. Но Камал не отпускает моё лицо, внимательно всматривается, будто сканирует:
- Правду, Эниса.
И я, забыв о воспитании, чуть слышно говорю правду:
- Милана мне всё сказала…
Глава 35.
Камал
Матвей прислал смс. Я вообще не помню, чтобы он присылал мне сообщения. Поэтому, не обращая внимания на партнёров, открыл.
«Прошу прощения, Камал Саидович. Мне показалось, что Эниса Ильясовна плохо себя чувствует.»
Что? Отбиваю Марии сообщение, чтобы проследила. И через пять минут получаю отчёт, что жене не просто нездоровится, а экономка даже скорую вызвала. Едрить! Я не могу уйти. Приказываю Марии проследить.
С трудом заставляю себя сконцентрироваться и вникнуть в суть беседы. Вопросы обсуждаем не на три копейки, и от того, на сколько я буду убедителен и спокоен, зависит очень многое. Примерно через час едем на обед с партнёрами. В салоне машины успеваю просмотреть сообщение от Марии. У Энисы опасно подскочило давление, её стабилизировали и увезли в больницу. Мария сразу же оплатила вип-палату и очень подробно всё описала. Опасности больше нет, жену стабилизировали. Матери Энисы она позвонила. Отличная у меня экономка. Сейчас я могу спокойно довести переговоры до конца.
Позволяю партнёрам первыми зайти в ресторан и перекидываюсь с Матвеем парой слов. То, что он рассказал, взрывает мозг. Сука! Как же ей повезло, что я сейчас занят. Убью, тварь.
После ресторана еду к жене. Терпеть не могу больницы. Этот запах… он выводит из себя. Тут ещё одно испытание. С какого-то перепугу меня не пускают в плату, которую я же и оплатил?! Совсем страх потеряли! А я на взводе. И зашибить могу.
Захлопываю перед носом растерянной, молоденькой медсестры дверь в палату и разворачиваюсь. Эниса, бледная и перепуганная, с разметавшимися по подушке волосами, несёт какую-то чушь про курсовую. Тоже бесит!
Обхватываю высокие скулы и заставляю смотреть в глаза:
- Правду, Эниса.
И она говорит правду:
- Милана мне всё сказала…
- Что сказала? – отпускаю её голову, отхожу к окну и закрываюсь, переплетая руки на груди.
Эниса тут же упирается взглядом в одеяло и сжимает руки в кулачки. Длинные ресницы трепещут, отбрасывая густые тени на щеках.
- Что ты с нею… что она твоя… - непослушные губы еле двигаются, голос опустился до шёпота. Слово «любовница» она так и не произносит.
- Тебя это не касается. Поняла? – рублю грубо, заставляя жену вздрогнуть. Внутри рвёт на части.
Ощущаю, как между нами вырастает ледяная стена. От неё веет физическим холодом.
Эниса чуть кивает и закусывает губы, а я, не прощаясь, ухожу из палаты.
Матвея я отпустил от больницы. Поэтому сам сажусь за руль и вылетаю со стоянки.
Всё, что я позволил Милане в ответ на её бесконечные смски с мольбами, - это ещё один месяц в квартире, которую оплачиваю. Дальше – вольное плавание. Найдёт себе нового ёбаря – хорошо. Не найдёт – её проблемы.
Открываю своим ключом дверь. Квартира пустая. Умная дрянь. Среди бардака больше нет её вещей. Сажусь на диван, забрасываю руки за голову и откидываюсь на спинку. Как я допустил, чтобы какая-то дешёвая шлюха творила бардак в моей жизни? Сука.
Утром вызываю своего безопасника.
- Дим, найди Милану и объясни доходчиво, что лезть в чужую жизнь недопустимо.
- Насколько доходчиво? – понятливо усмехается.
- Чтоб навсегда отбить охоту. Хочу её искренних извинений. И пусть нахер переводится из универа, а ещё лучше в другой город.
- Понял.
Всё. Больше не думаю об этой девке.
Энису выписывают через два дня, как раз на выходные. В мой дом снова вошла чужая женщина. Нет, она хорошо воспитанная девушка. Она больше не задаёт ненужных вопросов. Только мне опять приходится ловить её взгляд.
Вся ситуация выкашивает.
Выхожу на кухню. Эниса что-то готовит. Повернула голову, чуть улыбнулась:
- Ужин готов.
И, вроде, всё нормально. Только в улыбке нет тепла. Так, губы растянула. Ладно. Подхожу, кладу ей руки на тонкую талию и ощущаю, как Эниса напрягается. Касаюсь губами кожи шеи, и она выворачивается, якобы что-то достать из холодильника.
- В чём дело, Эниса?
- Всё хорошо. Сейчас ужин подам. Ты иди, садись. – лепечет, не поднимая взгляд.
Зато я поднимаю брови.
- Решила дурочку играть?
Снова ловлю её за талию, притягиваю к себе и целую в губы. Отворачивается. Да твою ж так! Отталкиваю жену. От бешенства в глазах темнеет.
- Есть не буду. Без меня ешь.
В спальне рывками натягиваю одежду. В клубе меня и накормят, и напоят, и спать уложат. Затягивая галстук, спускаюсь вниз. Эниса стоит у лестницы, кусает губы.
- Камал…
Поздно. Я уже не готов разговаривать. Бросаю резко:
- Я занят. – хватаю ключи от машины, портмоне и вон из дома.
Пусть подумает. А иначе…
Глава 36.
Эниса
Я честно хотела всё… нет, не забыть. Но, хотя бы оставить в стороне. Потому что, мне не у кого искать понимания или защиты. Моя единственная защита – Камал, которого я разозлила вопросом.
Он больше не приходил ко мне в больницу. Правда, цветы присылал каждый день и сладости. Я его посыл поняла. Но, когда он обнял меня и коснулся поцелуем… у меня перед глазами так живо картинка встала, как он так же касался Миланы, как он целовал её, как ласкал. Я невольно вывернулась из его рук. Я оскорбила его.
И он наказал меня. Снова. Не став есть, ураганом пронёсся мимо и ушёл. Наверное, в клуб. Или к Милане. А что остаётся делать мне?
Глотая слёзы, убрала всю приготовленную еду, вымыла посуду и бродила до поздней ночи по пустому дому. Хочется выть. Что мне делать? Как жить? Самое страшное, что мне больно от того, что в душе уже живёт любовь к этому мужчине. Что между нами уже был не просто секс, а самые настоящие отношения. На Мальдивах он же глаз с меня не сводил. Как так можно?!
Камал вернулся под утро. Я слышала, как он принимал душ. А потом он не пришёл в мою постель. Лёг в своей спальне. Впервые после того, как мы первый раз переспали. Это больно. Я беззвучно плачу в подушку.
Все выходные я провела, как затворница, в своей спальне, кроме моментов, когда подавала Камалу еду. Он молчит и даже не смотрит на меня, показывая, что я стала для него пустым местом.
Мои нервы на пределе. А ещё и в университет идти, где Милана, даже если не открыто, то в душе точно будет насмехаться надо мной. Мерзко и противно.
Матвей везёт нас в напряжённой тишине.
- Хорошего дня. – желаю мужу прежде, чем выйти.
