на восток, ее тело отчетливо видно, единственная тень - складка под грудью. Ни один из снимков не был плохим, но был один, на котором поля шляпы закрывали достаточно лица Моники, все, что вы видели, это левую сторону ее рта, обнаженные зубы, когда она улыбалась, и подбородок. Невозможно было сказать, что это была Моника или, что более важно, Мэгги. Изображение было четким, с ограниченным фокусным расстоянием, а все, что находилось позади нее, было совершенно размытым.
“Любая из них могла быть опубликована в одном из этих журналов. Вот почему они вышли”.
Эндрю не был уверен, так ли это. Он был гламурным фотографом-самоучкой, работавшим только с одной моделью. Он согласился, что снимки Моники были великолепны, но не было объективного способа оценить, насколько хорош он сам. Моника не хотела, чтобы ее фотографии публиковались. В результате остался один снимок со шляпой. Эндрю поинтересовался, перекинулся ли Тони парой слов с Мэгги.
“Вы хотите отправить фотографию, на которой мое лицо скрыто шляпой?”
“Ты хочешь, чтобы я? Ты хочешь, чтобы тысячи мужчин и женщин смотрели на твое обнаженное тело?”
Мэгги на мгновение замолчала.
“Как всегда, ответ - и да, и нет. Мечта, фантазия - да, но реальность, обратная опасность - нет ”.
У Эндрю был свой ответ. Возможно, она изменит свое мнение в последующие годы, если так, то у них была фотография, но ему действительно было все равно. Он не был гламурным фотографом, он был другом Мэгги. В кадрах в замке Танталлон не было ничего плохого, но и в них не было ничего уникального. Даже спустя год после съемок в замке Крейгмиллер кадры были бы свежими, но это было слишком рано. Они не стали задерживаться на съемках. Принимая во внимание, что снимки на пляже Сиклифф изучались в течение длительного времени. Эндрю сделал небольшую серию снимков, на которых он фокусировался на людях, которые были дальше всех на расстоянии, а затем с каждым снимком переориентировался на следующих ближайших людей. На первом снимке Моника была всего лишь розовым пятном на переднем плане, как будто Эндрю приложил к объективу часть большого пальца. Но по мере того, как точка фокусировки Эндрю становилась все ближе и ближе, Моника появлялась все более детально, пока снова не оказалась в центре кадра. С Моникой, спрятавшейся за буреломом, это была почти студийная съемка с необычным фоном и реалистичным песком на полу студии. Только когда она поднялась выше, раскрылась истинная природа съемок.
Но все это было вторично по отношению к финальному ходу съемок. Изменившееся выражение лица Моники было эпичным. Как и инструктировал Эндрю, она рассказала ему, что делал Тони, не сказав ни слова. Возможно, это было потому, что они все были там, но все трое могли видеть разные эмоции, разыгравшиеся на ее лице. И снимок оргазма был настоящим, даже такие простые детали, как побелевшие костяшки ее пальцев от того, что она так крепко сжимала шесты. Вместо того, чтобы что-либо сказать о снимках, они все просто сидели и смотрели на них довольно долго.
“Победить их будет сложно. Как вы превзойдете их?”
Именно тогда пригодилась стопка журналов для девочек. Они просмотрели их все, снова пропустив статьи, чтобы посмотреть, есть ли какие-нибудь идеи. Но три четверти съемок были посвящены красивым женщинам в спальне, которые надевали, а затем сбрасывали нижнее белье, прежде чем позировать в разной степени откровенности. В 30 журналах и на более чем 150 съемках было ровно три снимка, где модель была на улице. Они были сами по себе.
“Я не буду выбрасывать все это, но не думаю, что есть смысл покупать что-то еще. Итак, расскажи нам, Эндрю, о чем ты думаешь?”
“Если вы знаете Эдинбург, то можете сказать, где мы снимали, может быть, не совсем точно, но вы можете примерно это представить. Кто-нибудь из ваших друзей, кто-нибудь из вас, работает где-нибудь в интересном, самобытном месте? Позвольте мне привести вам пример. Мама занимается садоводством и часто водила Скотта, когда он был маленьким, в Ботанический сад. Сейчас там слишком открыто, чтобы мы могли что-то предпринять, я думаю, нас поймают, но, может быть, если бы вы знали кого-нибудь из садовников, кто мог бы провести нас пораньше или позволить задержаться допоздна, что-то в этом роде ”.
Оглушительная тишина встретила этот пример.
“Я поднимался на памятник Скотту всего один раз, чертовски холодно было в марте, может быть, в апреле, во всяком случае, на Пасху. Но когда я был там, там было пустынно, ни души. Так что это идея. Отсюда открывается великолепный вид на замок, и вы находитесь на удивление высоко. Еще одна вещь, которую следует иметь в виду, это то, что я вернусь только в декабре. Не совсем идеальная погода для прогулки голышом. ”
Они вдвоем, похоже, пытались что-то придумать, но идеи были у Эндрю. Как всегда, когда он общался с ними как с парой и говорил о модельном бизнесе, в разговоре была определенная сюрреалистичность. Но, похоже, они не хотели останавливаться в ближайшее время. Он побеспокоится об этом позже. После быстрого ланча он отправился в путь, зная, что увидит их вечером. Мэгги подтвердила, что в тот вечер не будет упоминаний о Монике.
Вечеринка имела большой успех. Это короткое предложение заключало в себе множество различных аспектов, которые способствовали успеху. Семья приехала пораньше, чтобы они могли устроиться, и Эндрю мог сказать, что они были в хорошей форме. В тот день его бабушка воздержалась от бутылки, и ее так мучила жажда, что утолить ее мог только шерри. Он оставил бутылку рядом с ней на столике и получил похлопывание по руке в знак благодарности. Он много болтал со своими тетями, дядями и двоюродными братьями о людях, которые приедут, рассказывая им о большинстве гостей, но не обо всех. Кэмпбеллы были прекрасными хозяевами, гостеприимными и старающимися расположить всех к себе. Но невозможно было не смотреть на слона в углу комнаты; на то, что вечеринку устраивали они, а не родители Эндрю. Но из-за наплыва людей, прибывших одновременно, они пропустили момент. Лесли, Джулиан и его родители приехали все вместе на такси, и Эндрю приветствовал их всех объятиями и рукопожатиями. Он пригласил своих близких друзей из школы, и поэтому там были Сюзанна, Пит, Джун, Дон Уайт и Мэри Джонс. Эндрю решил пригласить нескольких учителей, и поэтому миссис Грейвс из библиотеки, Трэвис из CCF и двое его коллег-тренеров по хоккею были все там. Каждый мог
