большей своей популярности в массах, а также благодаря действиям кубинских сил – МПЛА в основном одерживает победу в гражданской войне, части заирских войск и сил ЮАР покидают территорию страны, УНИТА уходит в подполье и начинает действовать партизанскими методами, что до ФНЛА, то Фронт оказывается по большей части разгромленным. Остатки его войск беспорядочно отступили на территорию Заира. При этом ФНЛА постепенно утратил поддержку президента Заира Мобуту и ЦРУ США, которые более не интересовались ослабевшей структурой, но, напротив, видели риски, связанные с возможными ответами ангольцев на вылазки с территории Заира. Уже в 1977 году, как мы помним, отряды проангольской организации FNLC под командованием генерала Мбумбы с санкции правительства МПЛА вторгаются в заирскую провинцию Шаба. Вторжение 1977 года отбито заирской армией при решающей помощи марокканских войск. На следующий год формирования FNLC разгромлены в Колвези парашютистами французского Иностранного легиона. Тем не менее, хотя обе попытки и были безуспешными, Мобуту в полной мере осознал риски. Поддержка ФНЛА прекращается. В свою очередь, после двух поражений в Шабе правительство Анголы идет на нормализацию отношений с Заиром.
Казалось бы, мир? Но в 1980 году со смертью первого президента Анголы Агостиньо Нето в 1979 году обстановка в стране вновь обостряется, внешние силы решаются сделать по новой ставку на вооруженную борьбу, при этом теперь концентрируя свое внимание на УНИТА. Ведущую роль играет ЮАР, особенного накала боевые действия достигают в середине 1980-х. Мобуту, предполагая, что в любом случае над просоветским правительством Анголы скоро будет одержана победа, вновь начинает поддерживать УНИТА, что обоснованно воспринимается ангольцами как предательство. С этого момента отношения между государствами оказываются очень серьезно и глубоко испорченными. К концу 1987-го – началу 1988 года после грандиозной по размаху в масштабах региона битвы при Квинто-Кавале кубинско-ангольские силы достигают решающей военной победы, регулярные части армии ЮАР покидают страну. В 1988-м с целью уменьшения международного (Западного) давления на теперь находящуюся в безопасности Анголу ее территорию покидают кубинские и иные иностранные войска. Тем не менее логистическая, информационная и военно-техническая поддержка продолжает оказываться. Предполагается, что сохранившиеся сравнительно незначительные очаги вооруженного сопротивления правительство Анголы сможет успешно ликвидировать в самом скором будущем, однако вместо этого стремительное сворачивание советского влияния и присутствия во всех практически регионах мира, а затем распад СССР радикально меняют картину.
В 1991 году в Лиссабоне были подписаны Бисесские соглашения о политическом урегулировании между правящей МПЛА и оппозиционной УНИТА. В Анголу возвращается и основатель ФНЛА Холден Роберто. Лишившись советской поддержки, МПЛА пытается переориентироваться на США. Осенью 1992 года проводятся первые в истории страны многопартийные выборы. Объявляется о получении МПЛА большинства в парламенте. Вопрос о том, насколько честными были выборы, остается открытым и дискуссионным по сию пору. УНИТА оспаривает объявленные результаты выборов, причем устраивает массу разного рода провокаций с оружием в руках. МПЛА отвечает так называемой резней на Хеллоуин, после которой гражданская война возобновляется с новым ожесточением. Не пересказывая здесь всего ее хода, достаточно будет сказать, что УНИТА, несмотря на жестокий первый удар, сумела нанести противнику ряд поражений, но недостаточно, чтобы полностью перехватить у МПЛА власть. Постепенно в организации происходит раскол на радикальное и умеренное крыло. Вторые заинтересованы в компромиссе, мирном процессе и дальнейшей политической борьбе с МПЛА, в то время как первые ориентированы на строго насильственные методы. И именно они, во главе со старым вождем Савимби, находят поддержку и приют в Заире, устраивают там базы и лагеря.
В конце 1996-го – начале 1997 года правительство Анголы серьезно опасается того, что радикальная УНИТА в условиях войны в Заире и описывавшейся выше политики президента Мобуту сможет существенно нарастить свои доходы, вобрать в свой состав другие вооруженные группировки (в том числе даже части заирских ВС), договориться с белыми наемниками – и нанести удар на юг через границу, провоцируя очередной виток конфликта уже непосредственно на исторической родине движения. Решение принимается быстро и однозначно – допускать такого сценария развития событий нельзя. Режим Мобуту слаб, никогда наладить с ним конструктивные отношения Анголе не удавалось. Как следствие, возобладала линия на его свержение. Ангола вступает в войну, действуя по следующей схеме: против УНИТА в бой вводятся непосредственно регулярные войска, а помимо них в дело вступают так называемые tigres – тигры, отряды, сформированные из потомков ополченцев Катанги, изгнанных из Заира, которые атакуют прямо армию Сесе Секо. Впрочем, временами ограничения отбрасывались, если обстановка к тому располагала.
Ангольское вмешательство окончательно перевесило чашу весов. Режим Мобуту, и без того слабый, держащийся исключительно на финансовых запасах (это в чудовищно нищей стране), затрещал по швам и стал рассыпаться. Попытки заслониться от всех врагов разом привели к тому, что заирцы оказались слабы практически повсеместно. Боевой дух их был крайне низок.
После непродолжительной оперативной паузы в конце февраля 1997 года с возобновлением войны у Мобуту практически не было шансов удержаться у власти. Его армия была в руинах, а продвижение повстанцев Кабилы сдерживали лишь климат и отсутствие дорог. 3 марта они берут город Кинду, 15-го – Кисанги, бывший Стэнливиль, один из крупнейших и важнейших населенных пунктов страны. За остаток марта и апрель уже почти без борьбы занимается весь богатейший в отношении сырья юг Заира, а в мае начинается решающее наступление на Киншасу. По мере продвижения повстанцев к Киншасе были предприняты попытки со стороны международного сообщества договориться об урегулировании. В наибольшей степени Мобуту рассчитывал на французов, на их прямое вмешательство. Однако АДСЗОК не воспринимал перспективу переговоров всерьез, хотя и принял в них участие, чтобы избежать международной критики, а внешние силы так на помощь правительству Заира и не пришли. Правительственным войскам не удалось в конечном счете организовать даже оборону столицы, на окраине которой повстанцы были уже в мае. Киншасу обороняло теоретически весьма солидное войско – около 40 тыс. солдат армии Заира, правда, существенная часть из них – без оружия, и около 1000 бойцов УНИТА. Вот только боевой дух был крайне низок. Никто не верил в победу, да особенно и не желал ее. Мало того, Мобуту к тому моменту уже покинул пределы страны. Большинство генералов бежали вслед за ним. 16 мая 1997 силы АДСЗОК триумфально вступили в город. Танковая колонна, состоявшая из машин китайского производства «Тип-62» (облегченная версия «Т-54»), так и не нанесла запланированный контрудар и вообще до сражения не доехала. Танкисты банально бросили технику и разошлись по домам.
Бросивший все Мобуту сперва некоторое время прожил в Того, потом – в Марокко. Потрясение от поражения и потери власти было так велико, что отставной диктатор на удивление быстро – и, по-видимому, исключительно в силу естественных причин (по крайней мере, нигде сомнений в этом автору найти не удалось) угас и
