СВОими глазами - Николай «Veles» Шарапов

За окном была темнота, где-то мелькали блики фонарика, откуда-то доносились голоса, а издалека, эхом — звуки стрелкового боя: продолжалась зачистка этого многострадального города. Ближе к обеду мы перекусили банкой тушенки и двинулись дальше по улице.

Память рисовала в голове наброски картин из разрушенных домов и изрешеченных фасадов зданий, с дворами, где разбросаны детские игрушки и вещи… Через дворы от дома к дому тянулся наш путь до места назначения. Оставалось выбрать точку, наиболее безопасную для размещения. Выбор пал на небольшой погреб на одном из участков: около трех метров глубиной, с бетонным перекрытием и валом земли сверху. Нас это устраивало.

Скинув рюкзаки и немного отдохнув, мы начали облагораживать свой новый домик: вычистили мусор и остатки сгнивших овощей, из полуразрушенного здания принесли несколько матрасов и одеял, стеллаж для солений послужил нам полками под снаряжение и столом одновременно. На входе повесили несколько простыней для остановки дронов-камикадзе. Из недостатков: оказалось, что отсутствует вентиляция, и, как следствие, большие капли конденсата, срываясь с потолка, иногда падали на лицо.

После одной такой капли я сразу вспомнил лягушку, которая умудрилась сесть мне на лицо в одном из мест размещения. Брррр… Меня передернуло от этих воспоминаний, я вытер перчаткой лицо и присел. В скудном свете фонаря увидел шоколадку на столе, отломил кусочек и закинул в рот. Приятная горечь тронула мои вкусовые рецепторы, и я вдруг вспомнил девочку, которая подарила Лешему эту шоколадку…

Прислушался к обстановке, на улице в небе привычно гудели дроны, редкие разрывы доносились со стороны железной дороги, по радиостанции сделал доклад по ситуации и почему-то очень захотел горячего чая…

Зажег горелку и поставил кружку, из контейнера достал, собственно, чай и пакетик сахара. Пока наслаждались чаем, осознали, что одежда сама себя не высушит, и решили воспользоваться старым дедовским способом: положить влажные вещи под матрас и сушить их теплом тела.

Заканчивался очередной день, ночью на охоту вышли аграрные дроны, получившие прозвище «Баба-яга» (в силу большой грузоподъемности они скидывают на укрытия разного рода мины), противник, засекая передвижения во дворах, накрывал район из миномета или «кассетами», а иногда просто вел беспокоящий огонь. В такие минуты мы сидели внизу и смотрели разного рода фильмы и сериалы.

Приближался новый день, а это значило только одно— нужно двигаться дальше.

На последующей точке мы соединились с группой Сокола — разведчиками одной из мотострелковых бригад, уточнили обстановку и решили, не дожидаясь рассвета, сделать рывок через железную дорогу, соединяющую Авдеевку с коксохимическим заводом.

Короткие перебежки от здания к зданию. Досмотр и зачистка строений. Полуразрушенная постройка около железнодорожных путей выглядела максимально некомфортно, но здесь — несколько минут отдышаться и через рельсы — до первых зданий максимально быстро.

Небольшой дом и погреб рядом стали нашим убежищем. На поверхности — минимальное передвижение, дабы не привлекать внимание вражеских дронов. Времени отдохнуть и приготовиться к дальнейшему движению — достаточно.

Розовые лучи света сквозь щели проникали внутрь, солнце полновластно вступало в свои права. Давно я не видел солнце в этих местах… Сквозь легкую дымку тумана можно было разглядеть гаражный кооператив и здание авдеевской автобазы…

До Индустриального проспекта оставалось около полукилометра, мы сидели и размышляли, как нам быть. Скоро начнется штурм, не хотелось попасть в эту мясорубку, находясь между двух сторон. Решили продвинуться по дворам дальше, чтобы иметь более точную информацию об обстановке, а потом, до начала штурма, откатиться за «железку».

За кружкой горячего чая в очередной раз взвесили все за и против, поняли, что лучше двигаться по-светлому. Стараясь обходить локальные очаги стрелковых боев, мы короткими перебежками перемещались от дома к дому. К исходу дня собрали информацию, и можно было со спокойной душой возвращаться обратно, зная, что штурмовики случайно не зайдут в огневой мешок. Путь до нашей временной обители занял непродолжительное время. Новый день и новые приключения ждали нас впереди.

К нам присоединилась группа Росича. Росич — доброволец, пришедший по зову Родины в роту снайпером, не смог остаться в стороне и решил идти с нами в сторону автобазы. Пока обсуждали план действий, Малой был занят приготовлением ужина: кипятил воду для лапши и разогревал банку тушенки (получается очень быстрое и калорийное блюдо), вдобавок открыли баночку фасоли в соусе чили, любезно предоставленную оппонентами из-за рубежа. Передавая тарелку и банку по кругу, рассудили, что заходить будем через гаражи и дальше — на территорию автобазы.

Солнце близилось к закату, а значит, пора было действовать. Я со своей группой двинулся первым, пройдя крайнюю улицу, вышел к железнодорожным путям. В этот миг из-за кустов в небе появился дрон-камикадзе. Я с Малым рванул в кусты. Леший, видя, как дрон выслеживает нас и ищет возможность для удара, начал уворачиваться, бегая вокруг дерева с густой кроной.

Разрыв раздался где-то позади него. «Цел», — крикнул Леший, и мы бегом отправились дальше. Забежав в кооператив через дыру в гараже, мы остановились внутри и осмотрелись. Традиционно в каждом гараже есть что-то наподобие погреба или подпола, и, найдя вход, мы спустились вниз: нужно было отдышаться и перекурить.

Осматривая гаражи, мы направились дальше. Мимо, в нашу сторону, то и дело пролетали дроны. В каком-то из гаражей мы нашли несколько банок тушенки, воду и синий пакет с логотипом змеи вокруг иглы. Быстро закинули всё это в рюкзак и — перебежкой — до ворот автобазы.

Ворот не оказалось, как и двух первых цехов: на их месте была груда бетона и искореженного железа в огромной воронке. Видимо, наша авиация бомбами разрушила всё. Пробираясь через развалины, мы нашли нечто похожее на укрытие — полуразбитое здание с проломами в стене и крыше.

Заходили медленно, осматривая каждый угол, тишина сдавливала виски, только из разных помещений доносилось: «Контроль, контроль», — мы закрепились, в здание начали заходить штурмовые группы, которым нужно было двигаться вперед.

На подходе уже были группы Росича и Сокола. Первым из пролома появился Сокол, следом — Росич, оба сказали, что остались только они, остальные бойцы групп — «триста»: всё же задел на перебежке дрон-камикадзе, вот и задержались, пока оказывали помощь и оттаскивали своих ребят в укрытие.

Ночь нам предстояло провести здесь. Среди развалин мы нашли укромный уголок, прикрытый от глаз противника, заставили окно каким-то ящиком и обломками досок. Место было удобно тем, что хорошо контролировался один из входов в здание, да и путь отхода был приготовлен через выломанное окно. Прижавшись друг