Сухопутный люд выяснял и никак не мог понять, по какой причине затонула самая современная, самая необыкновенная, самая глубоководная атомная подводная лодка. Волновала не столько сама причина гибели лодки, волновал вопрос — почему погибли люди, почему флот оказался бессилен в деле спасения подводников. Раскручивался извечный вопрос — кто виноват? Задавались этим вопросом и моряки тоже.
Приближенные к морю люди с интересом наблюдали за «битвой» двух адмиралов: Главкома ВМФ Героя Советского Союза адмирала В.Н. Чернавина и бывшего командующего 1-й флотилией ПЛ Героя Советского Союза вице-адмирала Е.Д. Чернова. Адмиралы не сошлись во мнении, на ком лежит большая вина за гибель «Комсомольца»: на конструкторах лодки, «всучивших» военно-морскому флоту недоделанную подводную лодку, или на личном составе, не сумевшем освоить то, что дали, и тех, кто послал не обученный личный состав в море? Победил Главком, применив «силовой прием» — уволил своего строптивого подчиненного с воинской службы.
Но, как продекларировал «великий преобразователь» — процесс пошел. В 1990 году газета «Правда» известила о давнишней аварии реактора на атомной подводной лодке К-19. После Чернобыля тема ядерных аварий — что соль на рану! За освещение аварии на К-19 взялись специалисты и маринисты флотского масштаба. И не только на К-19. Копали на всю глубину истории ВМФ Советского Союза. К этому времени случилась глобальная катастрофа — Союз Советских Социалистических Республик превратился в Союз Независимых Государств. Военно-морской флот в море перестал ходить, предавшись размышлениям о былом. Думы о былом в основном были связаны с аварийностью на флоте. Тема аварийности стала актуальной не из-за желания проведения анализа причин ее порождающих, а как инструмент вскрытия пороков системы социалистического строя. Антисоветизм стал главной составляющей «нового мышления». Не мог он не внедриться в тему освещения аварийности на флоте.
Оживленное обсуждение аварийности советского ВМФ не могло пройти мимо внимания иностранцев. На авариях, произошедших в советском подводном флоте, «специализировался» бывший военно-морской атташе США в Москве Питер Хухтхаузен. С участием его и бывшего командира РПКСН капитана 1 ранга Игоря Курдина была написана появившаяся и у нас книга «Враждебные воды», в которой рассказано о гибели у берегов США советской ПЛА К-219. Не обошел Питер Хухтхаузен вниманием и аварию на К-19. Им была написана книга «К-19. Оставляющая вдов», давшая название голливудскому кинофильму.
Не оставили без внимания тему аварийности советского подводного флота и американские кинематографисты. Как же было не воспользоваться таким благоприятным моментом и не показать американскому народу ущербность бывшего вероятного противника, который, несмотря на перенесенные жертвы, упорно подбирался к американским берегам, неся угрозу мирной жизни американцев.
Фильм «Враждебные воды» появился как-то незаметно, без общественных скандалов при создании и без бурных обсуждений после показа. Судебная тяжба бывшего командира К-219 Игоря Британова с Голливудом в защиту своей чести и достоинства прошла мимо публики. Другое дело вышло при создании фильма об аварии на К-19.
Появившиеся в начале 90-х годов публикации об аварии на атомной подводной лодке К-19 привлекли внимание американского продюсера российского происхождения Инну Готман. У нее возникла идея сделать кино по этой теме. То ли из патриотических чувств (все-таки российское происхождение), то ли из финансовых соображений. Для осуществления такого проекта начала сбор материалов и денег. В 1994 году она побывала в Москве и при очередной встрече с Н. Затеевым заключила с ним договор о правах на историю его жизни. Вскоре был нанят голливудский сценарист австралийского происхождения, который к середине 1997 года написал сценарий, нуждавшийся в доработке. Тем временем Инна Готман искала партнеров для своего проекта, посвящая в свою идею многих людей.
В 1997 году Затеева посетили эмиссары режиссера Кэтрин Бигелоу с предложением заключить договор о правах на историю его жизни уже с ними. Договор не был подписан.
В то же время российская фирма «Эсконт» предложила ветеранам свою помощь в общении с иностранцами: она будет вести дела, а ветераны получат свое законное вознаграждение. Затеев, будучи к этому времени уже тяжелобольным, что-то подписал.
Сценарии писались для обоих проектов параллельно. Для Бигелоу его написали неудачно. А Инна Готман объединила свои усилия с американской компанией Intermedia, сценаристом Рустамом Ибрагимбековым и режиссером Франкенхаймером. Однако сценарий не получился, и Intermedia устранилась. Инна Готман с осени 1998 года стала развивать отношения с крупной международной компанией Helkon, которая согласилась финансировать проект, о чем было заявлено на Каннском фестивале в мае 2000 года.
В августе погибает российский подводный крейсер «Курск». Взоры мировой общественности обращены к очередной трагедии, случившейся в российском подводном флоте. На дне моря оказалась подводная лодка с двумя реакторами, находящимися в действии перед катастрофой. Как они себя поведут в дальнейшем? Не выльется ли гибель подводного крейсера в экологическую катастрофу? Обстановка явно благоприятствовала тому, чтобы интерес потенциальных зрителей утолить показом еще одной трагедии советского подводного флота — ядерной аварии в 1961 году на подводной лодке К-19, которую долгие годы скрывали от общественности. В общем, пришло очень удачное время поговорить о веревке в доме повешенного.
Голливудская студия «Парамаунт пикчерз» принимает решение снять исторический фильм «по мотивам реальных событий». Кэтрин Бигелоу, слывшая специалистом по фильмам категории «экшн», то есть активного действия, сумела убедить руководство компании Intermedia в том, что затея стоит свеч, то есть приличного, даже по голливудским меркам, бюджета в 110 миллионов долларов. Независимо от результатов проекта, Бигелоу становилась режиссером самого дорогого фильма, когда-либо созданного женщиной. Верить в искренность ее высказывания о выстраданном желании воспеть подвиг советских подводников — право каждого.
К. Бигелоу заявила о своем желании максимально приблизить повествование о подвиге советских подводников к реальности. Для этого, прежде всего, предстояло постичь тайны менталитета подводников, к тому же, чужой страны. ВМС США от сотрудничества с киношниками отказались наотрез. Не могут ВМС США не вызвать чувство уважения своей твердой позицией в отношении подводных сил — никаких комментариев о своей службе, никакого вмешательства «чужих» во внутреннюю жизнь подводников, в том числе и советских, и российских.
После отказа ВМС США от сотрудничества стало логичным обращение к ВМФ России. Осенью 2000 года в Москве появился «голливудский десант». От предложения, что американцы хотят сделать фильм про подвиг советских героев-подводников, у наших от восторга «в зобу дыханье сперло». А когда выяснилось, что за воспоминания еще и платить будут — как тут отказать! Часть съемочной группы смогла побывать даже на самой К-19, ожидавшей своей очереди на разделку в г. Полярном. По свидетельству самой Бигелоу, российские военные оказались гораздо приветливее американских коллег и охотно шли на контакт. Рассказывали и показывали гораздо
