Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 155
льняным маслом, добавляя для пигмента толченую киноварь. Школьный совет настаивал на обычной коммерческой эмали, они говорили, что Алисина смесь слишком похожа на засохшую кровь. Она сказала: это красный цвет ее предков, настоящий красный старой сожженной земли, злая краснота киновари. Она будет работать с этим красным, или пусть посылают свой грант обратно в Вашингтон. Теперь она с удовлетворением отмечала, что это единственный сохранившийся цвет на всей фреске.
Она заметила в зеркале, что к ней приближается забинтованный нос Альтенхоффена.
– Газету, леди? Читайте, тут все написано.
Усмехаясь, как мальчишка-газетчик, он протянул ей белый листок с тусклой печатью на обеих сторонах. Это был копирочный отпечаток с названием газеты, добавленным отдельно массивными зелеными буквами:
МАЯК КУИНАКСКОЙ БУХТЫ
– Альтенхоффен, ты ненормальный, – вздохнула Алиса. – И это уже не лечится.
От комплимента Атвязного Алеута Альтенхоффен гордо просиял:
– Шесть экземпляров – пять копий и один оригинал. Буквы для заголовка я вырезал из картофелин. С тебя тринадцать баксов.
– Тринадцать баксов?
– Картофель в «Херки» по доллару за штуку, – объяснил он. – Ой-ой, смотри! Радист уже собрался докладывать утренние новости информагентств. Держи «Маяк». Я пришлю тебе счет.
Он понесся вверх по склону, размахивая блокнотом. Алиса опустила лобовое стекло джипа и села на приборную доску, чтобы лучше слышать. Из единственного отверстия в бочке высунулся Радист с эфкаэсным формуляром в руках. Был он маленьким существом странного вида, без подбородка, но с колючей щетиной, и мигал глазками от непривычно яркого света, как ехидна, выглянувшая на секунду из своей норы. Он прокашлялся и стал читать записи:
– С восьми до девяти утра, цитата: ПРОСТЫЕ ВЕЩИЗАБЛОКИРОВАНА ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА ПОРТЛЕНД БЕЗ ЗДЕСЬ ЧТО-ТО ПРОИСХОДИТ НЕ ОЧЕНЬ ЯСНО ЧТО [111] ПОМЕХИ ПОМЕХИ ЭТО СОПЛИВЫЙ КРАСНЫЙ ЭТО СОПЛИВЫЙ КРАСНЫЙ В ЛАЙТОНВИЛЛЕ НАЧАЛИ ЕСТЬ М-М-МУЛОВ, конец цитаты. – Он перевернул страницу. – С девяти до десяти утра, цитата: ХОЛЕРА ХОЛЕРА НА ПОМОЩЬ НА ПОМОЩЬ ШУТКА ХА ХА ХА ХА ШЛИТЕ ТЕЛОК…
Алиса слушала сколько могла, потом решила, что эти новости не стоят времени и нервов. Она сползла обратно за руль и выжала сцепление. Джип покатился вниз. Не в том дело, что садится батарея, – заводиться с разгона стало вдруг просто принято.
В мотеле ее встретило семейство Йоханссен в полном составе, не считая Шулы. Они выстроились у трех своих коттеджей с котомками и коробками, как стояли давным-давно, месяц назад, когда только появились. Шестилетка, которую все звали Нелл, вышла вперед объявить об их общем решении:
– Мы уезжаем, миссис Кармоди. В комнатах чисто, как у негра на камбузе.
– Я в этом не сомневаюсь, Нелл. Но почему? Оставайтесь сколько захотите.
– Дедушка говорит, мы должны вернуться к тому, что было, вот поэтому.
– Радость моя, скажи своему дедушке, что я очень ему сочувствую. Многим хотелось бы вернуться к тому, что было. Боюсь, вам нелегко будет найти человека, который согласится полететь с вами в Баффинс.
– О боже мой, миссис Кармоди, дедушка знает! Он знает, что мы тут за-стряли, как все. Он будет искать место здесь. Он будет искать место на берегу, где можно ловить рыбу и смотреть, как живут звери.
Алиса улыбнулась девочке:
– Я, кажется, знаю такое место. Большой красивый длинный дом, прямо на берегу. Хозяин в отъезде, но вам, правда, придется как-то поладить с котом. Скажи им, чтобы забирались в машину, поедем посмотрим, подойдет или нет. Или надо сначала найти твою сестру?
Девочка покачала головой:
– Она больше не с нами. Она ушла жить в церковь.
– В церковь? Я думала, церковь закрыта с тех пор, как с отцом Прибиловым случился удар.
– Она поэтому туда ушла. Эй! Эй, все! – Нелл направилась на ту сторону двора, хлопая в ладоши, затем с клекотом, точно мелкая задиристая курица, принялась раздавать инструкции своим родственникам: – Т’алсу сан-сан!
Пока Йоханссены грузили в джип котомки и коробки, у Алисы появилась возможность просмотреть новостной листок Альтенхоффена. Там был список пропавших без вести лодок и членов экипажей, а также тематическая статья о самых известных из пропавших людей.
НИКАКИХ ИЗВЕСТИЙ
О НАШИХ ЗНАМЯНИТОСТЯХ!
Местонахождение всемирно
известного режиссе-
ра Герхардта Стюбинса
и знаменитого природо-
защитника Ай-
Зека Салласа остается
неизвестным на
вторник, 3-е. Пропали
выдающийся рыболов,
Майкл Кармоди, Арч
и Нельс Каллиганы, а также
дороженец этих мест
продюсер Николас
Левертов…
Зек и Дороженец. Алиса улыбнулась. Интересно, как бы им это понравилось. А мистеру Выдающемуся Рыболову? Она попыталась засмеяться, но жгучий звук застрял в горле. Она закусила губу, надеясь удержать его там, но жгло все сильнее. Наконец она втянула в себя дрожащий воздух, повернулась и всмотрелась в другой конец двора, где скрывалось море. Ее глаза заливала ярость. Скользкая сука, ты все-таки дотянулась своими холодными клещами до моих злосчастных мужчин? До всех? Отец, сын, муж, любовник, кто, лять, еще? Синюшная породительница вдов, шлюха с плоскими сиськами и вялыми ляжками, довольно прикидываться морской царицей, я не верю тебе сейчас и не верила никогда! Ты не королева, и я не стану тебе кланяться, как те чванливые поэты, что висят на тебе гроздьями, ибо знаю твое истинное лицо, и если я когда-нибудь доберусь до твоих злых колючих глаз, тварь…
– В этом болтании вверх-вниз давно нет ничего забавного – а ты, чертов пароход, не добавляешь к нему ни капли веселья! – Гигантский кальмар вот уже несколько часов то поднимался, то опускался неподалеку от Айка и не сводил с него глаза. Этот глаз был размером с колесо, а сама тварь, насколько Айк мог судить, раз в пять больше его лодки, от щупалец до хвоста. Кажется, он не замышлял ничего плохого, просто болтался у носа по правому борту и умоляюще смотрел на Айка сбоку этим большим одиноким шаром. – Чего уставился, глаз колесный? – Слова трескались и сочились кровью. – Будь у меня хоть какие-то ответы, думаешь, я болтался бы тут вверх-вниз? Прочь! – Тук-тук.
– Эй, отец! – девчоночий голос. – Можно войти?
Отец Прибилов ответил долгим стоном. С тех пор как его нашли Псы, ему то и дело досаждали своим вниманием заботливые прихожане, вторгаясь в его сосредоточенные мысли всякий раз, когда нечто очень важное вот-вот было готово попасть в фокус. Стук не прекращался.
– Ну ладно, – простонал он. – Заходите, если так уж надо.
Он почувствовал запах печенки с луком и резины. Узнаваемый знак того, что это мальки и они пришли его кормить. Он знал эту компанию. Черные резиновые овцы его паствы. Возбужденный девичий голос он, правда, не узнавал.
– Эй, отец, да благословит вас Господь. Мы с друзьями пришли вам помочь.
– Умоляю вас. Со мной все в порядке. Мне уже принесли обильное питание. Мне очень нужно побыть одному, вот и все…
– Конечно. Мы понимаем. Мы хотим помочь вам в церкви. Свечки продать, окна помыть. Я могу даже читать катехизис, если вы не возражаете против иезуитов. Но сначала мне нужно
Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 155
