162
Первая – но далеко не последняя в «Сценах» – насмешка над женщинами-писательницами и защитницами женских прав, которых в это время во Франции было уже немало.
Оба создателя утопических учений, и Клод-Анри де Рувруа, граф де Сен-Симон (1760–1825), и Шарль Фурье (1772–1837), ко времени выхода «Сцен» были уже мертвы, но оставили множество продолжателей и почитателей, что и дает Этцелю/Сталю основания уподобить их одному из верховных богов индуизма – Вишну.
Расин. Митридат. Д. 3, сц. 1; пер. Ю. Стефанова. В 1820-е годы под пером сторонников романтизма классицистические трагедии Расина представали символом устаревшей литературы, не соответствующей потребностям нового времени (см., например, трактат Стендаля «Расин и Шекспир», 1823–1825). Фраза о том, что за Расином «наконец согласились признать некоторые достоинства» – иронический намек на «реабилитацию» драматургии Расина и Корнеля, которая произошла незадолго до публикации «Сцен», в самом конце 1830-х годов, во многом благодаря появлению на сцене «Комеди Франсез» молодой актрисы Рашель (см. примеч. 265 и 608).
У Расина царь Понта Митридат делится с сыновьями своими планами завоевания Италии.
В статье «Заяц» из «Естественной истории» Бюффона (т. 15, 1767), на которую рассказчик ссылается чуть ниже, предельным сроком жизни зайцев названы 7–8 лет.
Андре Шенье. Молодая узница; пер. И. И. Козлова.
Реминисценция из повести «Кандид» (1759), в которой Вольтер, пародируя доктрину «предустановленной гармонии» Лейбница, вкладывает в уста доктора Панглосса оптимистическую констатацию: «Все к лучшему в этом лучшем из миров»; о полемике с этой доктриной см. также примеч. 61.
Король Карл Х очень любил охотиться в лесу, окружавшем его резиденцию Рамбуйе. Сразу после Июльской революции, свергнувшей его с трона, король бежал из столицы и прибыл в замок Рамбуйе вечером 31 июля, когда наместником королевства был уже назначен его кузен герцог Орлеанский (очень скоро ставший новым королем под именем Луи-Филиппа). 7 августа 1830 года Гранвиль выпустил карикатуру «Национальная охота на королевских землях», где король и его приближенные (с мордами медведя, осла, змеи и проч.) на четвереньках убегают от «охотников» – восставшего народа.
«Жалкий удел быть зайцем на этом свете. Но зайцы-то и нужны господину» (Шиллер. Разбойники. Акт 1, сц. 1; пер. Н. Ман).
Карл Х был изгнан из Франции собственными подданными и умер в 1836 году в Гориции, на территории Австрийской империи.
Расин. Эсфирь. Д. 3, сц. 1; пер. Б. Лившица.
Ф. Малерб. Утешение господину Дюперье (1599).
Этот трюк описан еще у Бюффона, который сообщает, что, поскольку заяц от природы легко усаживается на задние лапы, его нетрудно выучить колотить передними лапами по барабану. Такие дрессированные зайцы, судя по мемуарам, в самом деле водились во дворцах; так, в жизнеописании Людовика XVII, сына казненного в 1793 году короля Людовика XVI, упомянут эпизод, происшедший в Тюильри в июле 1792 года, незадолго до заключения королевской семьи в тюрьму Тампль: семилетний принц играет с подаренным ему дрессированным зайцем и говорит подошедшему придворному: «Мой заяц роялист, он выбивает дробь в честь короля; но вы никому об этом не говорите, иначе его убьют» (Beauchesne A. de. Louis XVII: sa vie, son agonie, sa mort. Paris, 1861. T. 1. P. 180).
Мольер. Тартюф. Д. 5, явл. 3; пер. Мих. Донского (реплика Оргона, убеждающего свою мать в том, что он собственными глазами видел, как Тартюф покушался на честь его жены). Что касается Зайца, то он «видел сам» события Июльской революции, происшедшие в «три славных дня» – с 27 по 29 июля 1830 года.
Швейцарские гвардейцы в традиционных красных мундирах начиная с XVII века служили в охране короля Франции. Во время Великой французской революции они преданно защищали короля Людовика XVI и почти все погибли. К использованию швейцарских гвардейцев для охраны короля Франции вновь вернулись в эпоху Реставрации: с 1814 по 1830 год два полка королевской гвардии были составлены из швейцарцев. После Июльской революции, 11 августа 1830 года, эти полки были распущены уже навсегда.
После Июльской революции белое знамя с золотыми бурбонскими лилиями сменил сине-бело-красный триколор.
Восставшие, как нетрудно догадаться, поют «Марсельезу», сочиненную Руже де Лилем в 1792 году (рус. пер. П. Г. Антокольского); она была гимном Франции с 1795 по 1804 год, в эпоху Реставрации находилась под запретом, а в июле 1830 года вновь стала актуальной.
Трехцветная (сине-бело-красная, как и знамя) кокарда была знаком перехода на сторону новой, «июльской» власти.
Фраза о мясе и крови зайца – точная цитата из статьи Бюффона об этом животном в «Естественной истории» (т. 15, 1767); там же содержится и информация о том, что зайцы спят с открытыми глазами. Что же касается фразы «Стиль – это человек», то она заимствована из речи Бюффона при вступлении во Французскую академию (1753); афоризм этот стал своеобразной визитной карточкой Бюффона.
Заяц полемизирует с теми философскими теориями, которые были доведены до абсурда и высмеяны Вольтером в повести «Кандид» (ср. примеч. 48); согласно этой оптимистической философии (сторонником которой был, в частности, Лейбниц с его теорией предустановленной гармонии), все в мире создано Богом целесообразно и все, что происходит на земле, совершается в согласии с божественным замыслом.
Заяц, барабанящий по разным политическим поводам, появлялся в нравоописательной литературе и прежде. Так, в очерке А. Помье «Шарлатаны и жонглеры», опубликованном в 1831 году во втором томе коллективного сборника «Париж, или Книга Ста и одного автора», среди уличных «артистов» описан ученый заяц, который умеет выбивать дробь на бубне и стрелять из пистолета, причем охотно делает это в честь французского народа и решительно отказывается показывать свое умение в честь консервативного министра Полиньяка (см. примеч. 64), но иногда ошибается, к негодованию хозяина и публики, потому что в революционные времена разрешенные и запрещенные темы сменяются слишком часто и бедный заячий мозг не может этого постичь. Это короткое упоминание у Сталя развернуто в сюжет. В число героев, прославляемых Зайцем, входят «звезды» политической жизни начала Июльской монархии: студенты Политехнической школы принимали активнейшее участие в революции, которая произошла в Париже 27–29 июля 1830 года; Луи-Филиппа эта революция возвела на престол; Жильбер дю Мотье, маркиз де Лафайет (1757–1834) был одним из тех либеральных политиков, которые в конце июля 1830 года способствовали падению старшей ветви Бурбонов и воцарению Луи-Филиппа; с августа по декабрь 1830 года он командовал парижской национальной гвардией и был чрезвычайно популярен в народе; Жак Лаффит (1767–1844) – банкир либеральных взглядов, активный участник Июльской революции, со 2 ноября 1830 по 13 марта 1831 года был председателем кабинета министров и министром финансов. Девятнадцать министров – члены кабинетов, после Июльской революции сменявшихся очень быстро (порой по прошествии недели). Польша, в которой в конце ноября 1830 года вспыхнуло восстание против российского господства и которая в сентябре 1831 года потерпела окончательное поражение от российской армии, была в «июльской» Франции предметом живого сочувствия; польские события обсуждались не только в газетах, но и в толпе, так что известие о занятии Варшавы русскими вызвало в Париже четырехдневные беспорядки. Наконец, фигура Наполеона, который не утратил во Франции популярности даже в эпоху Реставрации, после 1830 года стала особенно востребована в простом народе; спектакли, посвященные его деяниям, шли в парижских театрах и в Олимпийском цирке.
В варианте 1867 года Заяц стреляет уже не из пистолета, а из пушки.
Жюль-Огюст-Арман-Мари, князь де Полиньяк (1778–1847), был председателем кабинета министров с августа 1829 года по июль 1830 года; именно его консервативная политика привела к свержению Карла Х, и во время суда над ним и еще тремя министрами из его кабинета осенью 1830 года парижская толпа требовала их казни. Имя Полиньяка оставалось ненавистно многим французам спустя десяток лет после революции; в начале 1840-х годов в романе «Урсула Мируэ» Бальзак свидетельствовал, что в народе всех скверных лошадей именуют Полиньяками. Английский военачальник и политический деятель Артур Уэсли, 1-й герцог Веллингтон (1769–1852), был не слишком любим французами еще с тех пор, как в 1815 году командовал англо-голландской союзной армией, разбившей Наполеона при Ватерлоо, а после заключения мира был назначен главным начальником союзных оккупационных войск во Франции; в 1830 же году Веллингтон был премьер-министром Англии и отнюдь не приветствовал Июльскую революцию. Наконец, российский император Николай I резко осуждал свержение Карла Х и считал Луи-Филиппа узурпатором; после революции Россия поначалу отказалась признать новый порядок, установившийся во Франции, и французы даже опасались, что российский, австрийский и прусский абсолютные монархи объявят «июльской» Франции войну; хотя этого не произошло, российский император все равно оставался для парижской революционной толпы пугалом. Заметим, что в 1841 году российская «цензура иностранная» запретила для распространения эту страницу с упоминанием Николая (см.: Список книг, позволенных для публики с исключением некоторых мест комитетом ценсуры иностранной в июле 1841 года. СПб., 1841. С. 5).
