о том, как могла бы сложиться ее судьба, если бы она не работала в той булочной, не встретила бы Джерри, не поехала бы с ним в тот вечер и не вышла бы за него замуж с такой бездумной поспешностью.
Но Лорейн тут же начинала ругать себя за то, что посмела вообразить свою жизнь без Энни. Она хватала девочку на руки, притягивала к себе ее хрупкое тельце и прижималась щекой к ее нежной щечке, а девочка обнимала мать за шею, и мысли Лорейн о другой жизни тут же исчезали.
Обезоруживающая сила детей: их нужды заставляют нас забыть о наших собственных.
К тому времени, когда Энни исполнилось три, у Лорейн появилось предчувствие, что брак ее не будет долговечным. К тому времени, когда Энни исполнилось четыре, у нее уже в этом не было сомнений. Джерри теперь отсутствовал не только из-за работы. А когда она заговаривала с ним об его изменах, он взрывался. Лорейн терпела его из ложного чувства вины и из-за того, что, по ее мнению, девочке нужен был отец – каким бы дурным человеком он ни был.
Но после того, как ее муж выместил свою злобу на Энни и избил ее из-за того, что она без разрешения открыла холодильник, Лорейн нашла в себе силы и решимость, о которых и не подозревала, и выгнала Джерри из дома. Она сменила замки и в тот вечер, посадив девочку себе на колени и прижав к груди ее кудрявую головку, горько плакала. Энни тоже плакала, правда не понимая, из-за чего именно она плачет.
Развод тянулся до бесконечности. Джерри заявлял, что потерял работу и с деньгами стало очень туго. Лорейн теперь работала на дому – машинисткой. Она знала, что ее дочь не понимает, почему отца нет дома, и старалась сделать жизнь девочки как можно счастливее. Она разрешала ей громко петь и танцевать сколько душе угодно. Они вместе с хохотом бегали под разбрызгивателем и часами играли в настольные игры. Как-то раз Лорейн разрешила Энни, стоя перед зеркалом, накрасить губы розовой помадой и самой выбрать костюм на Хеллоуин. Много месяцев подряд мать с дочерью спали в одной постели, и каждый вечер перед сном Лорейн пела Энни колыбельную песню.
Однако со временем стало ясно, что денег, которые Лорейн получала, работая дома, не хватает, чтобы оплатить все счета, и ей пришлось выйти на работу в офис. Она попросила соседей присматривать за девочкой после школы, а когда вечером возвращалась домой, была уже без сил. Энни теперь спала в своей комнате. Со временем мужчины из офиса, где работала Лорейн, стали приглашать ее на свидания, и она принимала их приглашения – особенно тех, что предлагали оплатить приходящую няню. Ее романы были скоротечны и безуспешны. Но она продолжала встречаться с мужчинами в надежде изменить свою жизнь к лучшему.
А потом случилось несчастье в парке «Пирс Руби», и жизнь ее действительно переменилась, но только совсем не так, как ей мечталось.
На небесах можно увидеть события глазами другого, и Энни вдруг оказалась в одном из воспоминаний своей матери. Они сидели за столом на заднем дворе их самого первого дома. Небо казалось каким-то белесым. На веревке сушилось постельное белье. И в соседних дворах – та же картина. На Лорейн – белая блузка, синяя юбка и туфли на высоких каблуках, так она обычно ходила на работу. На коленях у нее большой желтый конверт, а в руках – какие-то бумаги.
– Энни, знаешь, что я держу в руках?
Энни, все еще недоумевая, как они очутились в этом месте, отрицательно мотает головой.
– Это документы, посланные адвокатом. По требованию твоего отца.
– Для чего они? – изумляется Энни.
– Он заявляет, что я никудышная мать. Из-за того несчастного случая. И требует полной над тобой опеки.
– Надо мной?
– Да, над тобой. Полной опеки.
– Но я не видела отца…
– Годы. Я знаю. Но он хочет засудить парк развлечений, и для этого ему нужна ты. Он считает, что может хорошо на этом заработать. А когда Джерри втемяшится в голову, что он может разбогатеть, его не остановишь. Но я-то знаю, какая тебя ждет жизнь, если он заберет тебя к себе. Он жестокий человек. И я приняла решение.
Энни взглянула на окно спальни и увидела там себя – девочку-подростка, высматривающую что-то на улице.
– Я помню этот день… Тогда еще к нам заявились репортеры.
– Верно.
– А на следующее утро мы уехали.
– И я так и не объяснила тебе почему. – Лорейн положила бумаги на стол. – Теперь ты знаешь, почему я это сделала. – Она встала и расправила юбку. – По крайней мере, это начало, – сказала она.
– Начало чего? – спросила Энни.
– Я хочу покончить со всеми тайнами. Пошли. Я покажу тебе еще кое-что.
Энни почувствовала, как плывет рядом с матерью. Они поднялись над домом. Полуденное небо сменилось на рассветное, и Энни увидела, как от дома отъезжает их машина.
– Мне так не хотелось уезжать, – сказала она.
– Я знаю, – отозвалась мать.
– Все в моей жизни переменилось.
– По-другому и быть не могло.
– Мы оставили позади себя все самое дорогое.
– Нет, не все.
Они опустились ниже, и стало видно, как Лорейн ведет машину, а Энни спит на пассажирском сиденье рядом с ней.
– Мы не оставили друг друга.
Энни совершает ошибку
Ей четырнадцать. Семья Пауло собирается переезжать в Италию.
Энни с ужасом ждет этого дня. Они с Пауло теперь вместе едят ланч в кафетерии. Встречаются на переменах. Она считает его больше чем другом. Он ей очень нравится, и она в него по-детски влюблена. Но дальше этой влюбленности дело не идет. Она таится в ее сердце, словно растение, что прячется от солнца и способно расти исключительно в тени.
Тем не менее Энни думает о Пауло каждый день: воображает, как они идут, держась за руки, как, шутливо толкая друг друга, бродят по зоопарку или торговому центру. Но теперь он уезжает, и Энни теряет не только близкого друга, но и свою защиту от других девчонок в школе.
Утром в последний день перед его отъездом Энни подходит к своему школьному шкафчику, чтобы достать учебники. И тут Меган, популярная девочка, которая ни разу в жизни с Энни не заговаривала, приближается к ней со словами: «Могу поспорить, ты будешь скучать по Пауло». Энни заливается краской. «Нет, серьезно, он ведь очень симпатичный парень. Если бы он обращал на меня внимание так, как на тебя, я бы точно
