удивления.
– Позвольте, какая пирамида? Каких денег? Это просто эмуляция, программа, которую ребята использовали с моего ведома. Никаких денег нет.
– Это как это нет?! – чуть не подпрыгнул на стуле Артур. – Все есть. И они еще обещали каждому золотые горы. Это ведь самые…
– Артур, – перебил его Илья Николаевич. – Не переживайте так. Как профессионал по кибербезопасности, уверяю, никаких денег не было и нет. Есть только странная программа.
– Как это нет? – перебил Артур и начал что-то смотреть в своем модном навороченном пятом айфоне. – Не может быть.
Его чуть не затрясло.
– Где доступ?! Доступ где? – прошептал Артур и с дикой яростью посмотрел на Илью Николаевича.
– Какой доступ? – выдержал тот его взгляд. – К данным, что собирала не «ваша» программа? Так я, как только ее заметил, сразу немного поменял и адаптировал. Подытожу. Нет ни пирамиды, ни вреда школе, ни каких-то там денег.
– Кинули, меня кинули, – шептал Артур. Он вскочил из-за стола и под удивленные взгляды и шепот учителей выскочил из кабинета.
Пашка хлопал глазами и не мог ничего понять. Казалось бы, бесконечное падение в пропасть должно было вот-вот закончиться. Но в какой-то момент оно словно превратилось во взлет. Будто бы кто-то взял и разом поменял краску с черной на белую.
– К тому же ребята мне помогли в моем эксперименте по кибербезопасности, – добавил Илья Николаевич, – и заслуживают всяческой похвалы.
– Рад, что ученики оказались на высоте и не дали повода сомневаться в них, – пробасил директор.
* * *
– Ну и что ты теперь делать будешь? – услышал Пашка из-за угла до неприязни знакомый голос.
– Не знаю, – прошептала Яна.
Пашка выскочил и чуть не столкнулся с Артуром, который навис в школьном коридоре над Яной.
– Отвали от нее, – прошипел Пашка и толкнул Артура.
– Ох ты защитник какой, – сплюнул тот на пол. – Только мне пофиг. Деньги мои вы сперли. Радуйтесь. Но ноутбук я не прощу. Или твоя подружка отдаст до конца следующей недели мне его в целости и сохранности, или отдастся…
Закончить он не успел и только вскрикнул от боли, получив с правой стороны в челюсть. Наверное, если бы Пашка после этого ухмыльнулся, взял под руку Яну и увел ее оттуда, то выглядело бы это эффектно. Но Пашка об этом не думал, он тряс горящий от боли кулак и крепко сжимал зубы.
– Ах ты…
Но сделать Артур ничего не успел, Рябого рядом не было, а с лестницы приковылял Илья Николаевич. Артур зло посмотрел на него и ушел.
– Поднимись ко мне, Савельев, – сказал Илья Николаевич и пошел в свой класс.
– Спасибо, Паш, – прошептала Яна.
* * *
– На вот, – положил Илья Николаевич на стол жесткий диск. – Ну чего так уставился? Здесь все ваши сбережения. Или думаешь, что я сразу не понял, чем вы тут занимаетесь? Но вы и помогали мне, а потом, потом очень ты себя по-рыцарски повел, когда к стенке приперли. В общем, забирай свое добро.
Пашка, не веря своим глазам, взял винчестер. Казалось, тот был еще теплый. С запахом надежды и радости. Скоро, совсем скоро он сможет купить новый комп и тогда… Тогда снова вернется в реальность на «Нормандию».
– Только сперва надо всем их долю раздать, – сказал Пашка.
– Правильно я в тебе не сомневался, – улыбнулся Илья Николаевич.
– Но я думал, что Артур их себе забрал.
– Он тебя обхитрить решил. Это как условный вирус. Он поделился им с тобой, а ты со всей своей юной активностью и, гхм, дурью разнес этот вирус вокруг, многократно расширив его действие.
– А каким образом они тогда здесь? – показал он на жесткий диск.
– А таким, друг вы мой юный, – улыбнулся Илья Николаевич, – что на каждого умного и хитрого найдется настоящий программист. Ну чего ты так смотришь? Переписал я чутка программу, заблокировал возможность перемещения оттуда биткоинов без моего пароля, а после перебросил их на этот диск.
– Спасибо, спасибо еще раз, Илья Николаевич! И я вам переведу немного биткоинов из своих, на память и в знак благодарности.
– Много не переводи только, – засмеялся учитель. – И впрямь если только на память. А там, глядишь, лет через десять-пятнадцать, как вырастут в цене, стану миллионером.
* * *
Все участники клуба «Спектр» получили свои биткоины. Правда, об одном Пашка и Витёк не подумали. Вывести их и превратить в настоящие деньги или в товары оказалось крайне сложно. Но кто-то выяснил, что в пиццерии неподалеку принимают оплату биткоинами. Поэтому очень скоро почти все участники пула приобщились к местной итальянской еде.
– Получилось? – спросил Пашка, глядя на сияющее в свете монитора напряженное лицо Витька. Правда, быть может, он напрягся от застрявшей в зубах ириски.
– Ща! – сказал тот. – Опа! И кто тут у нас мастер серфинга, поиска и переговоров? За три тысячи биткоинов они нам и видяху, и проц продадут. Правда, у нас ничего не останется.
– Ну и ладно. Заказывай скорей!
Вечером Пашка минут десять ходил в нерешительности у дверей подъезда Яны. Но тут дверь открылась, и она вышла на улицу с мусорным мешком.
– Ты чего тут делаешь? – спросила Яна и сразу начала поправлять волосы и вытирать раскрасневшиеся и припухшие глаза. – Аллергия. Да. Очень сильная аллергия.
– На вот, – протянул Пашка коробку с видеокартой и процессором.
– Ты чего? Нет, я не возьму… Я… я хотела тебе на день рождения намайнить на оперативку, чтобы ты играть мог в Mass Effect. И еще дополнение купить. И…
Пашка улыбнулся и приложил указательный палец к губам.
– Ян, не нужен мне никакой Mass Effect, мне… – сказал он и потупил взгляд. Потом снова посмотрел на нее и кивнул на коробку. – Хочешь помогу поменять?
– Да, мой коммандер, – улыбнулась Яна.
И они, смеясь, взбежали вверх по лестнице мимо капитанского мостика, к каюте старшего помощника фрегата-разведчика «Нормандия». Космос ждал. Ждал их двоих.
Артак Оганесян
Ванька-дурачок
7 класс. Январь 2009
У седьмого «А» понедельник начинался с математики, а сам урок – с того, что Леонид Петрович, войдя в класс, здоровался и спрашивал:
– Все справились с домашней работой?
Кто же скажет «нет» такому строгому учителю? При нем и тогда никто не вздумал бы забаловать, а как назначили его через год директором, так совсем строгие порядки завел. Хотя по части дисциплины больше прессовала Нина Александровна, остававшаяся в вечных завучах.
В ответ на вопрос про домашку ученики обычно кивали Леониду Петровичу, и он приступал к новой теме или примерам.
А тут впервые в ответ на его
