Хлеб-соль вам! – забасил старик, репетируя. – Ми-и-илости про-о-осим!
Другие аниматоры потянулись за ним. Перед тем, как двери лифта закрылись, Пайпер успела вытащить оттуда Гарри:
– Выйдем на улицу.
– Если ты хочешь обсудить, – он перешел на шепот, – что произошло между нами вчера, то давай отойдем, хорошо. Хотя, блин, там дубак…
Они не успели спуститься, как в темноте нарисовалась фигура, преграждающая путь к выходу. Пайпер сначала показалось, что это животное, она еще подумала: только собак здесь, блин, не хватало, а потом поняла, что это тот мальчик, сын отца своего, и сглотнула от ужаса. Видимо, пока она мучилась с лифтом, он спустился по лестнице. Гарри тоже заметил нечто в темноте и включил на айфоне фонарик. Мальчик стоял на четвереньках и смотрел не моргая. Его лицо было полностью в крови, глаза вытаращены, нижняя челюсть отвисла, с нее что-то капало.
– Это что еще за хуйня? – Гарри попятился к лестнице и упал.
Мальчик слегка приподнялся, открыл неестественно широко рот и издал рычащий звук.
– Бежим наверх! – крикнула Пайпер.
Но мальчик в два прыжка преодолел расстояние между ними и вцепился зубами в горло Гарри. Тот завыл как резаный, нет, как укушенный! Мальчик вырвал у него кусок кожи и подбирался к артерии. Казалось бы, какой вред одиннадцатилетний ребенок может причинить взрослому тридцатилетнему лбу? А вот ведь – у ребенка было ни перед чем не останавливающееся желание убивать, рвать на части и пожирать. Общаясь на филфаке со Стефаном Цвейгом, Пайпер узнала, что такое амок, а теперь увидела это вживую. Будто не своей рукой Пайпер достала метательный нож и резко воткнула его ребенку в бок. Нож вошел удивительно легко, почти как в торт, – можно было подумать, что мальчик состоит из воздушного теста, но Пайпер уже не могла думать и сравнивать. Миф выпустил изо рта шею Гарри и драматично упал на несколько ступенек вниз.
– Тётя, зачем вы меня убиваете? – В глазах у него появились крупные, как в мультике, слезы.
Пайпер посмотрела на свои окровавленные ладони. Ее накрыло безнадежное ощущение фатальной ошибки. Наверное, «Джек Дэниелс» был паленым, у нее пошли галюны, мифы только привиделись ей, а сейчас она ни за что ни про что проткнула ребенка. А тот тем временем сквозь слезы хищнически открыл пасть и приготовился к очередному броску. Нож, воткнутый между ребрами, как будто не вызывал у него дискомфорта.
Пришел черед Гарри опомниться: он провел атаку лаптем мифу в голову, это не сработало, тогда он вытащил из кармана несколько дымовых шариков для фокуса и горстью бросил их в пол. Образовалась легкая завеса, Пайпер воспользовалась заминкой и потащила Гарри по лестнице вверх. Когда они достигли следующего пролета, на них уже бежали Венсдей и Макгонагалл. На лицах у них было написано, что Мерлин уже не вернется.
– Там… Он его… А! – Венсдей не смогла выговорить ничего содержательного, но поняла, что внизу тоже небезопасно.
Вчетвером они побежали на третий этаж, точнее, на чердак, где хранились крупногабаритные реквизиты для фокусов и прочая техника. Пайпер решила, что хоть у кого-то из коллег просто обязан ловить телефон, а на чердаке можно забаррикадироваться, выиграть время и вызвать полицию.
На лестнице внизу неровных шагов стало вдвое больше, по рычанию стало понятно, что сын и отец воссоединились.
Пайпер хватило времени ровно для того, чтобы найти дрожащими руками в связке ключей нужный, засунуть непослушный ключ в скважину, открыть дверь, впустить всех и закрыть ее с другой стороны. На дверь опрокинулись методичные молотящие удары, уже знакомое ей «бамм, бамм» всем телом.
– Тащите сюда всё тяжелое! – крикнула она.
Макгонагалл и Венсдей выдвинули из темноты тяжелый стол фокусника, стеклянный куб для погружения в воду, «горящую» клетку для появления и кое-какую мебель. Гарри и Пайпер, держа дверь, вплотную придвинули все хозяйство ко входу. Пайпер не встречала людей, которые могли бы вдвоем пройти сквозь заваленный такой горой проем, но совершенно неизвестно, на что те твари способны. Выключатель найти не удалось – возможно, он оказался забаррикадирован вместе с дверьми, но лунный свет хорошо проникал через круглое окно мансарды и придавал всему роковую тревожность.
Бумм… Бумм…
– Вызывайте ментов! – крикнула Пайпер застывшим аниматорам. – Их там двое!
– Ты… Ты хоть объяснишь нам, какого хера здесь происходит? – Макгонагалл взяла ее за плечи. – При нас только что человека сожрали.
– Ну… У вас было такое когда-нибудь, что вы проводите спиритический сеанс и делаете вид, что вызываете умерших культовых героев русской культуры, а потом они на самом деле появляются, но вселяются в гостей и превращают их в кровожадных монстров?
За дверью стало тихо. Все помолчали в неловкости. Гарри сполз на пол, все наконец обратили внимание на то, что у него из шеи, не переставая, течет кровь. Даже в лунном свете он выглядел бледнее всех остальных. Пайпер нашла в коробке с реквизитом платки для доставания из рукава и сделала ему перевязку.
– Блин… По ходу, я умираю, – сказал Гарри.
И умер. Пайпер проверила его пульс и молча констатировала смерть. Макгонагалл коротко опустила голову в знак принятия этого мрачного факта и снова начала искать пути отхода.
Венсдей не обратила на смерть Гарри никакого внимания, она продолжила наворачивать по чердаку круги и набирать полицию со «скорой». Увы, это оказалось бесполезно: на чердаке ни у кого не ловила связь. Макгонагалл, матерясь, выбила стекло, чтобы попробовать «с воздуха», – бесполезно. Центр все еще глушат. Она начала кричать из окна «Помогите!». Кто-то из арбатского дома напротив крикнул ей, чтоб она завалила хлебало и не мешала спать честным людям.
– Может быть, они ушли? – подумала вслух Венсдей, глядя в сторону притихшей двери.
Как бы в опровержение этих слов оттуда послышался рев мотора. Сперва было сложно понять, какое устройство его издает. Венсдей злобно спросила:
– А у нас в Доме, случайно, нет бензопилы?!
Пайпер и Макгонагалл на секунду задумались и одновременно вспомнили:
– Густавс Янсонс!
Это забавная история. Вообще-то, Олег Фомич был удивительным скрягой и мало того, что все костюмы волшебников и супергероев брал на маркетплейсах и барахолках по дешмаку, не обращая внимания на их жуткое состояние и неподходящий размер, мало того, что вычитал из зарплаты каждый пук сотрудников, мало того, что скупился на ремонт, подвергая все здание угрозе пожара, так ведь он еще сам, обладая ежемесячной чистой прибылью размером с новенький мерседес E-класса (Пайпер однажды подсмотрела отчетность), при этом всём ездил на метро и копил баллы «Перекрестка». Как-то под первое апреля Пайпер поспорила со всей бухгалтерией на бутылку «Кристалла», что заставит начальника
