шеей, как заправский боец, Ирина показала кулак и, как была с полотенцем в руках, так и попыталась им же достать до наглеца. Но Никита, не будь промах, ловко увернулся и обежал внушительного размера стол, маня к себе ладонями. А ещё называют себя взрослыми людьми.
Детский сад — штаны на лямках!
— Дядя Никита, опять с мамой в догонялки играете? — темноволосая девочка лет восьми с длинными хвостиками застыла в проходе, преграждая путь забияке-переростку.
— Ага. Ника, ты моё спасение, — парень подхватил девчушку и подкинул её матери. — Лови!
— Ребёнком прикрываешься? — Ирина тут же передала дочь Максиму и бросилась вдогонку, а девчушка удобно устроилась на руках очередного дяди.
— Дядя Максим, а давай я тебе тоже хвостики сделаю, — коварно улыбнулась девочка, запуская мягкие ладошки в отросшие волосы мужчины.
— Егор, угомони своих женщин! — Максим безуспешно пытался отцепить от себя прилипчивую и хохочущую Веронику. — Похоже, мне тоже пора сматываться. И как ты с ними справляешься?
Мы с Оксаной стояли в сторонке и тихо смеялись, держась за животы. Ну вот, а я ещё сомневалась — ехать ли мне? Вдруг на полной скорости в меня врезался трёхколёсный велосипед с озорным мальцом.
— Тётя, а чем это у тебя пахнет? — мальчик, который был очень похож на отца, указал на ароматный накрытый поднос в моих руках.
— Это не тётя, а дядя Витя, — поспешила исправить недоразумение Оксана.
А у меня аж волосы на голове зашевелились, не зря же говорят: «устами младенцев глаголет истина».
— Давай знакомиться. Я тётя Оксана, а тебя как звать, малыш?
— Захал, и я не малыш. Мне уже тли годика, — гордо представился мальчик, показав три пальчика, и взглянул на одобрительно кивающего отца.
— О, какой большой! Тогда это совершенно меняет дело. Захар, ты не покажешь, где тут у вас кухня, у нас есть кое-что вкусненькое? — сладкоголосо проворковала тётя Оксана.
Мальчик активно закивал тёмной макушкой и покатил по коридору. Буквально за углом мы зашли в просторное помещение в том же стиле, что и зал. Едва разложили нашу поклажу, как на пороге показались Ирина и Даша.
— Всем привет, — поприветствовала нас прибывшая девушка.
— Привет, Даша, как дела? — стандартно обняла и чмокнула её Оксана, когда я обошлась одним поклоном.
— Всё х-хорошо, даже о-чень, — загадочно произнесла Дарья.
Я ещё с прошлой встречи заметила, что она иногда заикалась. Не сильно, но всё же. Оксана, как давнишняя подруга, пояснила мне украдкой, что ещё в детстве Даша получила сильный испуг и долгое время вообще ни с кем не общалась. Так что эта странная особенность была последствием сильнейшего стресса, но все уже привыкли и не акцентировали внимания.
— Я вижу, вы здесь освоились. Что тут у нас? — Ирина приоткрыла полотенце на подносе и вдохнула аромат. — Оу, мясной пирог, чудненько. А тут что?
— Это Витя с Никитой привезли, — пояснила Оксана, когда хозяйка зашуршала пакетами.
— Салатики? Здорово! Вить, дай угадаю — ты постарался? Никита максимум, может только разогреть еду, и ту умудряется спалить до углей, — констатировала Ирина. Я скромно закивала, припоминая содержимое холодильника парня при первой встрече, а хозяйка продолжила: — Ты хоть и парень, но, думаю, отлично впишешься в наш женский коллектив на кухне. А теперь пойдёмте за стол, не то труды нашего повара не вкусим в должной мере, — девушка показала через окно на длинный стол под открытым навесом ограждённом фигурными кустами и идеальным газоном. — Вить, неси это на стол на улицу вон туда; девочки, берите пакеты.
Дружной компанией мы прошли в указанное место. Поставив поднос на стол, я поздоровалась с последним участником нашего сборища — Германом. Вероника и Захар то и дело крутились вокруг матери, выпрашивая вкусняшки, на что Георгий или как его звали друзья — Егор (благо не Гоша или Жора — мне почему-то эти производные от имени Георгий не нравились) — невозмутимо их приструнил, рассаживая за столом.
Беседка по периметру была украшена лёгкими прозрачными занавесями, собранными мягкими бантами и служащими явно декоративным украшением, создавая неповторимый уют. Здесь также была небольшая открытая кухня с большим мангалом-печью и удобной раковиной на каменной столешнице.
За разговорами Ирина похвалилась нам, что сию постройку целиком и полностью построил любимый муж, в которой удобно не только трапезничать, но и делать заготовки на зиму. Детишки быстро поев активно катались на тут же оборудованных качелях. Очень удобно: мать занимается своими делами, и в то же время дети под присмотром. Хотя, один курьёз у них всё же произошёл. А может и не один.
— Представляете, — продолжала любимую тему про детей Ирина. — Приехали родители Егора. Мужики жарят шашлык, мы с мамой с зеленью суетимся, Вероника нам помогает — тарелки раскладывает, а Захара нигде нет! Мы весь участок обыскали — ну нигде нет! В доме тоже, ворота закрыты. Вот куда ребёнок мог деться, не леший же забрал?.. Так вот, это чудо преспокойненько сопит на диване-качелях у нас под самым носом. Вот тут, — она показала рукой. — Сколько раз мы мимо пробегали и не заметили. Ребёнок просто устал ждать нас и уснул. Можете себе такое представить?
— У матушки тогда чуть инфаркт не случился, — смеясь, вспоминал Георгий. — Она вечно за всех переживает и принимает близко к сердцу.
— Да, помню я, как она в детстве устроила нам разгоняй, когда увидела порванные штаны Германа. Мы тогда в соседний колхозный сад лазили яблоки воровать, — припоминал события Никита. — Нам тогда где-то по десять лет было, кажется.
— Одиннадцать, — уточнила Ирина и дополнила. — Это притом, что в своих садах ветки ломились.
— Ну, а чё, чужие ведь вкуснее, — Герман откровенно хохотал, передавая через стол салатник. — Я тогда за гвоздь на заборе зацепился, когда улепётывал от лохматой собаки.
— Да ты вообще красавец был с огромной дырой на оголённом заде, — прыснул Никита и показал руками явно преувеличенный размер.
— Добронравов, нарываешься? Сам-то тогда с дерева свалился и плечо расцарапал. Вон, до сих пор шрам остался, — Герман бесцеремонно оттянул клетчатую рубаху, давая обзор на крепкое плечо Никиты, за что словил подзатыльник и злобный взгляд.
А я тем временем узнала фамилию парня, у которого жила — хорошая, добрая. Хочу такую же.
И о чём я думаю?
— Ага, а я потом нравоучения матушки выслушивал полночи: «Георгий, как можно, ты ведь старше их, почему не остановил?!» А почему я должен был их останавливать, когда у самого адреналин зашкаливал. Та псина натасканная была, одного пацана так за жопу схватила, что зашивать пришлось.
— Да, славное было время, — грустно подметила Ирина. — Сейчас этот
