пиа-стры! дебар-ка-дер!". Правда… речных пиратов, к сожалению, не бывает, – вздохнул он.
– Ну, это ты зря, – возразила я. – Ещё как бывают! В Средние века новгородские ушкуйники – это те же пираты. Всё Поволжье от них дрожало, причём, и русские, и татары: грабить-то им было всё равно кого. Целые города с налёта брали, а уж торговых речных караванов – и не перечесть, сколько захватывали.
– Города брали!? – изумился Ромка.
– Да-а… вот Кострому, например – несколько раз! Татарские города брали.
Я ещё не знала, но в его творческой фантазии уже как-то непостижимо соединились эти "пираты, которые города брали" и змеи-драконы из балок.
Корабль, покачиваясь на весёлых морских волнах, приближался к большому порту, показавшемуся на горизонте.
– Земля! Земля!..
– А что это за порт вдали?
– Кострома!
– Во-от, туда нам и надо! – раздался голос откуда-то сверху. – В Кострому родимую! Щас наследника убьём… и я буду навечно вместо него. А никто никогда не отличит!
Ромка поднял голову. Оказалось, разговаривала огромная жирная змея, обвившая корабельную мачту – сажисто-чёрная, под цвет пиратского флага.
– Что, правда, не отличит? – переспросил один из матросов.
– Ни фига никогда не отличит!.. Ты сам подумай своей деревянной башкой: мыслимое ли дело – отличить змею от человека? Ка-ак? По каким признакам? Ну, ладно, пионера от сосиски ещё можно отличить. А змею от человека – ка-ак!? Вот ты бы смог, например, отличить змею от… царя?
– Нет, – пожал плечами матрос.
– А змею от Бога?
– Нет. Как мо-ожно!?
– Ну, вот видишь – значит, никто никогда не отличит!
Рому несколько удивила странная логика, но своё мнение он оставил при себе. "Вдруг опять кто-нибудь захочет меня утопить!.. а пока я молчу, меня не видно".
Матрос долго смотрел на приближающуюся Кострому.
– Но ведь нам же, наверно, придётся брать её штурмом? – озабоченно спросил он.
– Да не впервой! Мы ж эту Кострому сколько раз брали! – откликнулся другой. – Нас там каждая собака знает! Бывало… по пять раз в день брали! По пятнадцать. По сто девяносто девять! Нас там ждут-дожидаются, чтоб мы её взяли: Кострома это любит.
– А что там за наследник?
– Да царь какой-то, что ли… Или может, даже кто повыше – я в этом плохо разбираюсь. – ответил другой матрос. – Вот наш капитан, он разбирается.
– Главное, убьём наследника – и наследство будет наше! – сказала змея-капитан. – Я-то в этом хорошо разбираюсь!
– Наследство всегда достаётся убийце наследника: это так прямо в законе и записано, – шепнул один матрос другому.
– Да ну!? – обрадовался тот.
– Ну да… только не помню, какая статья… кажется, 58-я.
– А что там написано-то?
– Ну, весь порядок вступления на престол! Чин по чину.
– И наш капитан станет царём!? – восхитился первый матрос.
– Да-а, это уж дело решённое! Один раз из-за какого-то там Сусанина, что ли, не совсем получилось – а теперь уж точно совсем получится!
– А мы-то кем тогда станем?
– А вы все станете как боги! – уверенно откликнулся с мачты капитан.
– Здо-орово!.. А кто выше – царь или Бог? – спросил первый матрос.
– Ну… царь уж, наверное! – сказал первый. – Хотя я в этом не очень разбираюсь. Вот капитан, он разбирается.
– Капита-ан выше всех! – осенило вдруг первого матроса. – Вон он как высоко на мачту забрался! Да если б не о-он… и корабль бы не плыл, и ветер бы не дул, и моря бы не было, и… нас бы всех на свете не было!
– Да и света бы не было! – углубил вывод второй матрос.
"Кр-рык", – подтвердила мачта своим скрипом.
Благоговению не было предела! Мачта со змеем воздвиглась, казалось, над всей Вселенной, как ось мироздания.
– Поклонимся Великому Кормчему!
"Кр-рык", – начала кланяться мачта.
Ромка проснулся. То, что было дальше, он досмотрел на собственном рисунке, копии ярославской фрески: сломавшаяся мачта вместе со змеёй свалилась в воду, корабль незадачливых пиратов потерпел крушение.
Он уже изготовился штурмовать с моря Кострому, вышел на траверз этого города, но… мачта не выдержала его тяжести. Никто с ним не сражался, не топил, не побеждал – сам "с дуба рухнул" (как оно всегда и бывает). Он всегда тяжелее того, что его держит!
– Мам! – осенило вдруг Ромку. – Давай рассуждать дедуктивно, как сыщики. Ведь Саурон тоже после поражения несколько раз перевоплощался… Может, этот змей – и есть тот самый утонувший и перевоплотившийся фараон?
– Ну, тогда поздравляю: получается, у тебя сон с продолжением. Можешь написать целую повесть-фэнтези по мотивам своих снов.
– Мам! – загорелся Рома, – а может ты её напишешь… я серьёзно? а то мне как-то в лом. Ну, надо до-олго сидеть, писать… а мне как-то лениво! А получилась бы клёвая повесть… или даже роман!
– Не-ет, Роман, привыкай, что за свой талант надо биться самому. Если хочешь, чтоб что-то вышло, никаких "в лом"!
– Мам, ну ты у меня такая умная, такая талантливая…
– А ты?
– А я?.. ну я, если хочешь, буду твоим консультантом.
– Не-ет, Ром. Давай наоборот. Я буду твоим консультантом, а автором всё же – ты сам.
– Ну ладно! а ты-то что будешь делать?
– Ну… консультировать тебя по вопросам мифологии змей, драконов, царей, фараонов и т. п.
– Ну-ка, проконсультируй меня… в чём-нибудь! – поддразнил Ромка, нарочито умно подняв взгляд к потолку.
– В том, что фараон перевоплотился в змею, нет ничего особенного.
– Прям совсем ничего особенного? – иронично переспросил Рома.
– Совсем! Все русалки поголовно произошли от затонувшего войска фараона, жабы и лягушки произошли – от затонувшего войска фараона, – начала я загибать пальцы. – Так – по мифологии почти всех христианских народов! Было даже слово "фараонки" – синоним "русалки"…
– Полицейские во всех странах, видимо, тоже произошли от фараона! – продолжил насмотревшийся фильмов Ромка.
– Так почему бы и змее из твоего нового сна не произойти от фараона. Круговорот царей в природе! Утонул – перевоплотился – стал змеёй… – тут же захотел ещё в цари, перевоплотился…
– …И построил себе корабль! – осенило Ромку. – Типа: разок утонул – надо ж хотя бы потом научиться плавать! Но… не прокатило. Всё равно опять утонул.
– Ну, судя по всему, такое-то добро не тонет! – сказала я. – А если и тонет, то всплывает… Так что, Ром, чует моё сердце, мы с ним ещё встретимся! И наверное, не раз.
Сказала – прямо как в воду глядела!
6. Змееборец
И мы могли бы вести войну
против тех, кто против нас,
так как те, кто против тех, кто против нас,
не справляются с ними без нас.
В. Цой
С тех пор, как св. Георгий
метнул копьё в пасть дракона,
тому есть, что
