Эксперимент «Тринадцать» - Татьяна Петровна Новикова

Армен собрался, практически не дыша, разрезал канцелярским ножом бумажный скотч и приподнял картонные створки коробки. Непроизвольно у всех задвигались крылья носа.

– Ай, что застыл? Считай, на раздаче! Угощайтесь, да. Это лю-ючшая в Москве кюфта[18] от Погосяна – традиционное армянское блюдо из мясного фарша.

Настроение улучшилось.

– Лена-джан, а что у тебя по смерти Широковых в такси? – продолжил совещание Саринян.

– Подкинули вы мне задачку, Петрос Багдасарович. Отправила запросы. В конце следующей недели буду готова доложить.

Распределили задачи. Саринян «колет» Баймурдинова. Уфимцев работает над версией о конкурентах компании «VR-DIGITAL». Казарян по поручению следователя мотается по городу, уточняя кое-какие детали по делу Широковых. Свистушкина готовит постановление и передает эксперту на экспертизу ошейник Эфи. Потом вместе с Ворожцовой допрашивают Соню Лихоманову и ищут ответ на вопрос: почему тело ее супруга оказалось в вагоне перед окнами места работы его родителей?

– Я ни разу никого не допрашивал. Меня не подпускали к подозреваемым. Па-анимаешь?

Баймурдинов с удивлением посмотрел на Сариняна. Этот полный смешной мужчина казался ему совершенно безобидным.

– Ты думаешь: что мне сделает этот старый толстый армянин? А он может… Может позвонить своему дяде: «Здравствуй, дорогой дядя Егиш! Ты все еще живешь в поселке Шубаркудук? А знаешь ли ты такого почтенного аксакала, как Рустам Баймурдинов с улицы Курылыс? Знаешь? Передай, что его сын Мансур опозорил свою семью, весь свой род: он убил человека ради часов».

Чем дольше говорил подполковник, тем ниже склонялась голова Мансура.

– Не надо, прошу вас, уважаемый. Я не убийца. Я расскажу. Спрашивайте.

Через полчаса Саринян знал все, что было известно Баймурдинову.

У Свистушкиной и Ворожцовой допрос Лихомановой тоже подходил к концу.

Соня выглядела похудевшей и уставшей. Ей пришлось повторить для протокола все, что она рассказала Асе, и ответить еще на несколько вопросов следователя.

– Какие отношения у Ольги Кирилловны и Михаила Лаврентьевича?

Соня задумалась:

– Они странная пара. Рядом, но не вместе, хотя любят сына и внука. Что-то их объединяет. Возможно, общие интересы, наука. Я не знаю.

– А кто глава семьи?

– Конечно, Ольга Кирилловна. Последнее слово за ней.

– Соня, Сергей часто проявлял агрессию по отношению к вам и сыну?

– Нет. Это случалось, когда у него что-то не ладилось, было не так, как ему надо. Он расстраивался, злился, раздражался из-за пустяков. Лихоманов – маньяк порядка. Все должно быть так и не иначе. Мы не заходим в его кабинет: стоит переложить книгу или переставить стул – жди неприятностей. Когда контроль коснулся детской, я взбунтовалась. Тогда он впервые ударил меня. Это было еще пару раз, не больше.

Соня разволновалась. Голос дрогнул, выступили слезы, которые она старалась подавить.

– Вы уверены, что видели в то утро часы на руке супруга? Как запомнили? – перевела тему Свистушкина.

– Все просто. Недавно он разбил стекло старых часов из-за расстегнувшегося браслета. Поэтому когда купил новые – зашел в мастерскую и попросил убрать застежку. Носил не снимая.

«Это объясняет, почему Соловьева избавилась только от фитнес-браслета, стянуть часы с руки у нее не получилось. Нашелся еще один потерянный кубик головоломки», – поняла Ася.

– Соня, а были накануне исчезновения Сергея странные звонки, необычные посетители, угрозы?

– Нет… Ничего такого. Вот только… Как и многие молодые мамы, я параноик. Просто нервы шалят, но иногда ловила себя на ощущении, что за нами следят.

Ася насторожилась. Со студенческих обзорных лекций она помнила, что такое бред преследования. Спорить с официальной психиатрией никому бы не посоветовала, но понимала, насколько тонка грань между патологией и нормой. Уж не говоря о том, кто именно устанавливает рамки обеих категорий.

– Привезли ошейник?

– Да. – Соня достала из сумочки аксессуар. – Вот уж удивили… Ошейник зачем?

– Проверим и вернем. Не беспокойтесь. Как давно у вас кот?

– Летом прошлого года купили.

– А не помните где?

– Недалеко отсюда, в зооцентре.

– Почему именно там?

– Мне посоветовали, и правда магазин хороший оказался. Ошейник там заказали.

– А кто порекомендовал?

– Не помню. Извините.

Баймурдинов рассказал Сариняну много интересного. «Моя задача – выполнять поручения, подчищать возможные косяки за другими, следить за кем-нибудь, информацию собрать. Часы забрал. Признаю. Хотел уничтожить, но решил, раз застежка снята, значит, недешевая вещь. Оставил себе. Погрузил человека на тачку и к машине привез. Он живой оказался. Потом умер. Честное слово».

Петрос Багдасарович предъявил фотографии с видеокамер на территории завода.

Мансур не стал отпираться: «Да, неделю ходил. У студента пропуск взял в аренду за три тысячи рублей. Выяснил расписание профессора Лихоманова и его жены. Рассчитал, чтобы вагон точно под их окна встал. Контролировал, чтобы все прошло, как сказали. Получилось. Я не убивал. Труп уже в вагоне приехал».

– Почему ты этим занимаешься, Мансур? – спросил Саринян.

– Поймали на бабе, шантажировали. Я в Видном дворником у коммерсанта работаю. Его жена постоянно одна. Вот и зазвала меня к себе в спальню. Сначала я боялся, что муж застанет. Постепенно привык. Только однажды в дворницкую подкинули фотографию, где я с чужой женой, и предложили выбор: либо отправят снимок хозяину, либо буду на них работать. За деньги, не даром.

– Мансур, а кто они?

– Не знаю, но платят нормально.

– Ты понимаешь, что это страшные люди? – удивился спокойствию Мансура подполковник.

– Были и пострашнее. Эти хотя бы платят.

– Ни разу никого из них не видел?

– Видел.

– А говоришь, что не знаешь.

– Не знаю.

– Отправлю завтра тебя к художнику. Портрет нарисуете.

После того как Саринян поделился итогами допроса с отделом, Ася попросила задать Мансуру еще один вопрос.

– Какой, Ася-джан?

– Нет ли в спальне, где его застали с женой хозяина, оборудования из зоомагазина?

Саринян узнал и передал ответ Мансура: «Оборудования нет. Аквариум есть».

Эксперт провел техническую экспертизу ошейников и обнаружил там не только GPS. В ошейнике кота Лихомановых был еще миниатюрный диктофон. Задумался: «Интересно, а как снимали информацию с ошейника? Это же кот».

Свистушкина перезвонила Соне и спросила, как часто Лихомановы бывают в зооцентре. Выяснилось, что они заключили договор обслуживания: «Там ветеринары принимают, осматривают, прививки делают, когти стригут. По договору услуги дешевле, если своевременно проходишь контрольные мероприятия. Очень хороший сервис, могут все сделать без участия хозяев. Заберут кота и вернут. Удобно».

– А кто занимается вашим Пушком?

– Доставляет Захар, прием ведут разные специалисты, а контролирует качество директор центра. Кстати, кот его обожает.

Свистушкина недобро глянула на Асю: «Ну, Ворожцова!»

Вечером Саринян довел до сотрудников новую информацию. Еще одного программиста из компании Лихоманова нашли